О жругризме

Народ – жругроносец...

Эдуард Надточий

Про философа Александра Моисеевича Пятигорского есть такой любопытный апокриф:

Одна из последних записанных за ним цитат: (тихо, задумчиво) "Главная особенность России — не воровство, не коррупция, не глупость, не злоба... (переходя на еле слышное бормотание) не хамство, не тщеславие, не невежество. Главная особенность России (вдруг переходит на крик) — ЭТО Х**НЯ! ВСЯКАЯ Х**НЯ!!! (отсюда)

Следуя методу самого Пятигорского, надо бы здесь остановиться и вдуматься: «главная особенность России»... - ЧТО? Как это назвать?

Глядя на гладкое и самоуверенное возвращение форм сознания и совместной жизни, вроде бы наконец-то когда-то оставленных в историческом «позади», задумаешься об имени для этого «чего-то». Это не «сталинизм», потому что сталинизм стал вообще возможен благодаря «этому», и, конечно, не исторически совсем ещё недавний «путинизм».

Чтобы хоть как-то назвать эту «главную особенность России», можно обратиться к богатой образности Даниила Андреева. В его визионерском трактате «Роза Мира» речь идёт о некоем демоне великодержавной государственности, обитающем глубоко в земных недрах и мистически связанном с происходящим на поверхности. На этой поверхности происходят исторические события, но «на самом деле» они являются проекцией отношений между уицраорами. Так вот, если вообразить себе такого уицраора, то проясняется сущность вышеупомянутого «чего-то». Она есть поклонение уицраору. Его собственное имя – Жругр.

Итак, поговорим о жругризме.

1. Жругризм есть гражданская религия в одной большой и очень известной стране Старого света. Жругрист не мыслит свою жизнь без включения в иерархии. Жругр – покровитель иерархий. Они сложны, образуют сцепления, расхождения, зияния и слияния. Ориентирование в иерархиях заменяет жругристам доблесть, точнее – в этом и состоит доблесть жругиста. На чужеземца жизнь в таком социальном лесу производит странное впечатление. Один духовный писатель прежних времён назвал её «невидимой бранью» – несомненно, от слова «браниться». «А не пробовали по-другому?» – спрашивает чужеземец, не понимая, что самим этим вопросом предлагает жругристам начать поклоняться другим демонам. Это неприемлемо.

2. Сквозь многочисленные скважины из-под земли от Жругра истекают слава, мощь и величие. Местная наука, которая могла бы внимательнее интересоваться Жругром, озабочена доказательством естественного – либо, наоборот, сверхъестественного – права населения этой страны распоряжаться или не распоряжаться осадками от этих истечений.

3. Основоположниками изучения собственно жругризма является Даниил Андреев. Однако он был мистик и писал о жругризме, пытаясь увидеть в нём выражением мировой борьбы добра и зла. А нету там уж давно ни добра ни зла, но лишь их взаимные переходы. Эти переходы позволяют дееспособному жругристу выходить сухим из любой воды. Поэтому жругрист мало озабочен эсхатологическими вопросами, но очень озабочен вопросами юридическими: виной и ответственностью. Кто ответит и за что именно? Философы-жругристы видят в этом основы для новой глобальной морали. Впрочем, они не скрывают понимания простой, но основополагающей истины, что Жругра на всех не хватит.

4. Жругризм – не синоним сталинизма. Сталинист, который выходит на жругристские демонстрации с портретом Сталина, поступает так потому, что лучшего портрета для этого не может подобрать. Сталинизм – это символическое имя жругризма; не важно, что сам Сталин, по-видимому, не был жругристом (как не был он и сталинистом), хотя и всемерно поощрял жругрофилию и жругроманию. Много лет спустя после смерти Сталина жругризм сталкивается с неприятной наличной нехваткой символики. Поэтому используются с культовой целью любые более или менее подручные символы: портреты Хозяина, кресты или некие двухцветные флаги. Важно только одно: внутреннее понимание того, что именно поднимающий этот символ хотел сказать – а именно: славен Жругр и превыше меня!

5. Жизнь жругриста проходит в тени жругра. Выходя из этой тени, жругрист или жругристка ощущают себя неуверенно. Рефлексивные жругристы задумываются о Жругре и о его месте в этом мире. Нерефлексивные жургристы ищут других жругристов, чтобы к ним прильнуть, и благодаря этой интимной тесноте получить с избытком ответы о месте жругриста в этом мире. Цвет штанов, форма черепа, объем таза и раскраска плеча придают отношениям съединившихся жругристов непредставимую для всех остальных тонкость оттенков переживаний. Жругр благослокнен к массовым собраниям жругристов. Чтобы привлечь его внимание, они поют песни о подвигах военнослужащих армий прошлого. В пространстве, притом, действительно иногда становится как-то благодатнее и мощнее.

6. Поскольку Жругр есть демон великодержавной государственности, постольку неудивительно, что ритуалы его прославления неминуемо принимают милитарные черты, либо вообще проводятся в виде военных мероприятий. Жругист верен памяти предков: они брали крепости, сжигали чужие флоты в отдалённых бухтах, бомбили вражеские столицы. Жругрист в глубине души тоже присоединился б к ним в этих занятиях, но, поскольку времена изменились, остаётся отводить душу в ритуалах воспоминания о прошлых победах и завоеваниях. Жругристка не отстаёт от жругриста, встречая изумительное прошлое плечом к плечу. В этом состоит равенство и примирение полов.

7. В целом, жизнь жругриста неказиста.

Но не каждому дано быть жругристом, вернее: не всякого избирает себе Жругр!

8. Среди жругристов не принято говорить о том, что «избраник/избранница Жругра» это и есть высшая карьера для их детей. Дело в том, что такое избранничество, с одной стороны, часто приходится оплачивать, а с другой стороны – никто не может быть уверен в нём «до конца». Даже если всё успешно складывается... Поэтому отношения со старшими служителями Жругра всегда покрыты неким тонким маревом недосказанности. Отсюда, с одной стороны, такое изобилие тайн и секретов, причём их иерархии столь же ветвисты, как и вообще иерархии в тени Жругра. С другой стороны, Жругр не любит, когда говорят о важном. Он любит, когда говорят о неважном (но громко). Наконец, почти все знают, что вслух высказывать упования на то, что дети будут ближе к Жругру, и потому их жизнь будет лучше нашей, не совсем прилично. Однако «не совсем прилично» – это предрассудки интеллигентных жругристов, позаимствованные из книжек, которые ещё прежними поколениями признаны морально устаревшими, а потому безвредными. Обновлённому Жругру – обновлённую мораль!

9. Возможно ли самообновление Жругра? – вот тема многих дискуссий. Именно для них нужна так называемая «свобода слова». Чаще всего побеждают оптимисты. Они доказывают: да, возможно, и уже началось!

10. Некоторые жругристы с помощью специальных упражнений над собственным духом возгоняют жругризм в себе, достигая немыслимых для других высот в этом занятии. Тогда у них открывается особое загоризонтное видение. «Далеко пойдёте!» – говорят им с искренним восхищением. Такие выдающиеся индивиды получат почётное право кого-нибудь запинать на глазах у остальных. Запинывание оформляется в виде специального обряда. Вообще, запинывание без обряда – это уголовщина, а с обрядом – общественный праздник.

11. Жругристы признают две науки: одна настоящая, во имя Жругра и ради него, и другая – не настоящая, зеркалящая чужеземные кунштюки. Первая – секретна и другой быть не может. Вторая посвящена вслушиванию в мерное подземное дыхание Жругра. Особенно это касается так называемых социальных наук.

12. Жругрист живёт в медленном времени. Это связано с тем, что сам Жругр — огромен, обл и не склонен к резким движениям, а склонен к спокойному медленному шевелению. Можно сказать, что он склонен к стабильности. Поэтому жругризм – это культ умиротворённости. Также культ порядка. Верховный жругрист может и должен позволять себе резкие движения, его зеркально повторяют подчиненные чины иерархии, но при движении вниз резкости импульс должен стихать и превращаться в благорастворение воздухов. Есть такое верное правило: «Не лезь!». Если всё работает как следует, то с одной стороны кажется, что политическое тело приходит в движение и совершает работу, с другой же стороны – работа эта никому не мешает, жизнь остаётся прежней, хотя и чуть-чуть лучше; это «чуть-чуть» и есть, конечно, жругристское оправдание добра, то есть умиротворенности. «Могло быть хуже!» – говорит жругрист, и с этим трудно поспорить: могло. Если посмотреть на каких-нибудь соседей...

13. Однако жругризм не предполагает отношения «соседства». Сосед жругриста – это зеркало жругриста (выше уже упомянута роль зеркальности в отношениях в затенённом Жругром мире), поэтому отношения соседства сводятся к сочетанию зависти, подсматривания и понтов. «Добрососедские отношения» – это когда соседи взаимно признают понты, подсматривают только стыдливо таясь (не усугубляя) – и завидуют вместе третьим лицам. Формальным признанием межсоседского доверия является признание в доверии Жругру. Переход от совместного ворчания по поводу Жругра к совместной молитве иногда становится ярким событием жизни, её моментом истины.

Что касается так называемых международных отношений, то, попросту говоря, жругрист чурекам не сосед!

14. Чтобы угодить Жругру, надо рожать! Так называемый «отец» в мире жругристов – это случайность. Хотя Жругр, конечно, больше любит мужчин, но не отцов. И в общем-то к этому почти все давно привыкли. Секс жругристы не уважают, поскольку на своем опыте знают, что вполне можно обходиться без него.

* * *

Всё это – длинный ответ на вопрос «кто виноват» «в этой всякой х**не». Виноват жругризм.

И тогда есть очень простой и короткий ответ на вопрос «что делать».

Преодолевать и отменять жругризм.

Ничем иным по большому счёту не стоит заниматься истинным патриотам России.