Трольнуть девяностыми

Не успели еще мы забыть о «лихих 1990-х», попытаться осмыслить их, взглянуть на них по-другому, как вдруг на всякий случай нас, эти самые 1990-е переживших, решили еще раз окунуть в ужасную атмосферу очень непростого для россиян времени. А сделали это продюсеры Константин Эрнст, Игорь Толстунов и режиссер Антон Борматов. Вместе они взялись экранизировать одноименный роман Владимира (ака Адольфыча) Нестеренко.

В картинке мы видим следующее. Украина, сентябрь 1993 года. Во время дела убийца «Бабай» «запалился», и правоохранительные органы его «прищучили». Ему предлагают сдать своего босса на очень выгодных условиях. Испугавшись того, что «Бабай» пойдет на сделку, криминальный авторитет «Рашпиль» посылает четырех бойцов в Чехию, чтобы те привезли оттуда родную сестру незадачливого убийцы, известную под «кликухой» «Чужая». Если ее удастся достать, «Бабай» не пойдет на сделку. Пересказывать фильм далее будет несправедливо по отношению к тем зрителям, которые его собираются посмотреть. Тем более что премьерные показы этой кинокартины начинаются уже 17 июня. Впрочем, дело и не в сюжете. Однако с большой степенью вероятности можно сказать, что фильм вызовет большой резонанс в обществе. Почему?

Кино сделано довольно крепко и, особенно если сравнивать с другими отечественными фильмами, качественно. Смотреть его интересно от начала и до конца, хотя особого удовольствия зрелище не доставляет. По его окончанию не остается никаких положительных чувств и фильм воспринимается как развлечение – не больше. Хотя поначалу он кажется довольно тяжелым (кроме того, его таким и позиционируют), после тридцати минут он становится менее жестким, и вообще свой первоначальный драйв картина резко теряет. Так что в нем не так много сцен, которые было бы сложно перенести. Сказать честно, «Терминатор 4» и «Трансформеры 2» смотрятся тяжелее: постоянный рев, шум и гам сознание воспринимает значительно более негативно, чем четырех «ботающих по фене» лысых мужиков с пистолетами и в тренировочных штанах.

Единственная идея, которая есть в фильме, кроме очевидной экскурсии в 1990-е для самых маленьких – это любовь. Да, про это кино только и можно сказать, что оно про любовь и предательство. Главная героиня, хотя и использует героя в своих корыстных целях, кажется, искренно его любит. А если даже и не любит, то он ее любит наверняка. Как он заявляет однажды ее брату: «Да тебе такая любовь и не снилась!». Я не знаю, видели ли режиссер или кто-либо из съемочной группы восхитительное кино Питера Медака «Ромео истекает кровью», но очевидно, что «Чужая» многое позаимствовала из этого фильма. Может, это архетипическая мужская черта полагать, что женщина способна легко манипулировать мужчинами и погубить их?

Забавно, что фильм «Ромео истекает кровью» вышел в 1993 году (именно тогда, когда происходит действие фильма «Чужая»), а его премьера была назначена на 14 февраля – День всех влюбленных. Критики справедливо возмущались, что любви там не больше, чем в любом другом боевике, а вот крови и насилия как раз хватает. Продажному копу в исполнении Гари Олдмана боссы мафии поручают найти и доставить очень опасную и не менее коварную женщину. Она, конечно, его соблазняет и использует в своей грязной игре (хотя он любит не ее, а свою жену, что не меняет сути дела). В итоге он остается один, и кино заканчивается тем, что каждый день он ожидает возвращения жены, которая, понятное дело, уже никогда не вернется. Те, кто посмотрит «Чужую», поймут, насколько пересекаются сюжеты двух картин.

Так вот, кроме самой идеи о сложной, запутанной, но очень сильной любви, в фильме нет идей. Даже само название кино совершенно безыдейно. Хотя в фильме действительно присутствует эффектная концовка, где говорится о том, почему главную героиню зовут «Чужая», на самом деле – это лишь шутка, не больше. Она только свидетельствует в пользу того, что пацаны, посмотрев фильм «про космос», в котором «дракон с кислотой всех убивает», решили, что "по приколу" будет так называть свою коллегу Анжелу. Последняя же не откладывает яиц в мужском организме (даже метафорически), не «брызгает кислотой», а людей уничтожает не ради самого уничтожения, но лишь ради своего собственного благополучия. Потому ясно: никаких дополнительных смыслов название кино не несет.

Впрочем, можно добавить, что ильм - это чистая феноменология 1990-х – таких, какими мы их знали и какими мы их запомнили. Времени бандитского беспредела, нищеты, безвкусицы (как элемента стиля), неурядиц, нестабильности, страха перед будущим и т.д. В некотором смысле "Чужая" может быть хорошей исторической зарисовкой. Между тем, для многих это может показаться даже неисторической зарисовкой, а вполне себе слепком с повседневной жизни. Так что эта категория зрителей смело может потребовать назад потраченные денежные средства: действительно, чего им покажут такого, чего они не видели на улице?

Мои студенты, родившиеся после 1990-го, говорят, что помнят и знают первое десятилетие своей жизни лишь обрывочно и черпают свое знание о том времени из учебников по истории. Поэтому мало удивительного в том, что именно эти 1990-е для них оказываются «другими». Но зрители двадцати лет и младше не являются основной целевой аудиторией фильма, несмотря на то, что заманчивый пиаровский слоган «не рекомендуется лицам до 18 лет», разумеется, призывает посетить кино именно эту категорию зрителей. Для них, однако, это будет лишь очередной русский развлекательный фильм, разве что на порядок выше по качеству других русских фильмов. Тем не менее для них это будет всего лишь фильм, пускай и хорошо сделанный.

Тогда для кого это кино? А как раз для всех тех, кому 1990-ые небезразличны, кто вспоминает это время либо с содроганием и, может быть, даже каким-то неприязненным чувством (уверен, в России таких большинство), и для тех, кто вспоминает это время с приятной тоской и сожалеет по безвозвратно ушедшей молодости. Да, представьте, оказывается, ностальгия может быть и вот такой (!). И все те, кто помнит это время, и все те, кто посмотрит фильм, а после пары-тройки скандалов его обязательно посмотрят многие (к тому же его обязательно ночью покажет Александр Гордон и, конечно, «обсудит сам» Максим Шевченко: так что свободные денежные средства можно на билеты и не тратить), будут долго спорить о фильме и о его «идейном наполнении».

В интернет-жаргоне есть такое слово «трольнуть». Сложно сказать, что оно означает наверняка, но можно сказать с определенностью: это кино предназначено «трольнуть» точно так же, как «трольнула» российское общество «Школа». Хотя Константин Эрнст называет это «поиском нового формата», представляется, что более подходящий термин для этого феномена все же будет «тролить» или «трольнуть». Чем больше общество будет разглагольствовать по поводу кино (а к теме 1990-х, и без того не безразличной российскому социуму, прибавляется еще и тема жестокости и насилия), тем больше общество «трольнется». Кажется, ясно, что когда тебя «тролят» – это не очень хорошо и довольно обидно… Тем не менее нас «тролят».

Теперь давайте зададимся вопросом, который напрашивается сам собой. Зачем этот фильм? Ясно, что касса в данном случае не главное. Для того, чтобы любители кино типа «О чем говорят мужчины?» или «Невеста любой ценой» посмотрели этот фильм и стали плеваться, или затем, чтобы они же подумали: «А что, есть ведь и такое кино; оно посерьезнее», то есть с тем, чтобы приучить публику к более качественному кинематографу? Такого не будет. Затем, чтобы «трольнуть» общество и вызвать всеобщее бурление по поводу? Это сколько угодно.

Затем, чтобы еще раз «мокнуть» общество в 1990-ые и показать, что вот были де 1990-ые?.. Пожалуйста. Но если мы захотим посмотреть фильмы про 1990-ые, мы и посмотрим фильмы 1990-ых. Благо, были картины, сделанные на уровне, типа «Тело будет предано земле, а старший мичман будет петь», «Брат», «Окно в Париж» и т.д. Или это некая форма новой «русской мелодрамы»? Но если люди захотят посмотреть фильм про любовь, они посмотрят фильм про любовь – красивый и легкий. Так зачем такое кино? Просто, чтобы было. Ну, пускай, будет. С нас не убудет. Простите за каламбур не к месту.