Диалог ценностей

Пару дней назад, а именно 26 мая, завершилось интеллектуальное событие, довольно знаковое не только для Москвы и России, но и для мира в целом. В стенах ГУ-ВШЭ собралось большое количество овеянных всемирной славой экспертов, чтобы обсудить вопросы диалектического взаимодействия двух казалось бы столь далеких друг от друга сфер социальной жизни человека – экономики и культуры Называлось мероприятие просто, но со вкусом «Симпозиум памяти Самуэля Хантингтона: культура, культурные изменения и экономическое развитие».

В пользу того, что мероприятие имеет большое значение, свидетельствует, помимо большого числа именитых иностранных гостей, и тот факт, что его посетил президент России Дмитрий Медведев. Встретившись с участниками симпозиума, он, подчеркнув важность темы, которую обсуждали ученые на этом форуме, сказал, что к экономическим проблемам необходимо подходить, основываясь не на «голом экономическом прагматизме, а исследовать взаимосвязь между культурой, нравственностью и экономическим развитием <…> Сейчас, после того, что мы все претерпели в 2008 и в 2009 году во время финансового кризиса, становится совершенно очевидна глобальная взаимосвязь между всеми этими явлениями в современном мире и необходимость более широкого подхода к экономическим проблемам, не основанного только на голом экономическом прагматизме».

Нужно сказать, что это – второй подобный симпозиум на «тему». Первый состоялся еще при жизни и активном участии самого Хантингтона в 1999 году и носил название «Культурные ценности и прогресс человечества». Характерно и примечательно, что участники, если и развивали в своих выступлениях какие идеи почившего уже корифея западной социальной мысли, то не поздние (навязшее на зубах «столкновение цивилизация»), а те его мысли, благодаря которым он и приобрел славу серьезного политического ученого в 1970-х годах, а именно его прочтение теории модернизации и ее влияния на политический порядок в подвергшихся изменениям обществах.

Среди гостей нынешнего мероприятия был не только нынешний президент России, но и бывшие главы различных государств, лауреаты Нобелевских премий, политики, ученые, теологи. Особо необходимо выделить политического социолога Рональда Инглхардта, теолога Майкла Новака, -менее известного в России благодаря своей переведенной на русский язык книге «Непреднамеренные последствия» социального теоретика Дипака Лала (вскоре их интервью появятся на «Русском журнале»), а также соорганизатора нынешнего собрания Евгения Ясина и кинорежиссера Андрея Кончаловского, который становится все более знаменит своими достижениями на ниве политической публицистики.

На этом, вероятно, следует закончить фактический раздел и перейти к оценкам самого мероприятия. Каждый из участников симпозиума выступил с собственным докладом, укладывающимся в рамки, которые были намечены организаторами мероприятия. Одним из тех, кого ждали с особым нетерпением был Рональд Инглхардт, прочитавший доклад «Культурные изменения имеют важные последствия». Данный исследователь практически незнаком в России, хотя именно он является одним из создателей мирового социологического проекта «World Value Survey». Впрочем, сказать о том, что об Инглхардте в нашей стране вообще ничего не слышали, значило бы покривить душой. В 1997 году в журнале «Полис» опубликовали перевод его статьи о ценностях в стремительно меняющихся обществах с нехитрым названием «Постмодерн: изменяющиеся ценности и изменяющиеся общества». Если кто-то, кто знаком с его работами 1970-х годов, познакомился бы и с этим его докладом, то понял бы, что ничего нового этот политолог уже не говорит. Все то, о чем он начал говорить в 1970-х, Инглхардт повторяет и сегодня, представляя нашему вниманию, лишь новые социологические данные. Согласимся также, что название доклада не просто банально, но представляет тезис, с которым просто невозможно спорить и который является самоочевидным.

В своем выступлении докладчик, автор огромного количества книг, утверждал, в частности, что «ценности – ключевой фактор культуры»; также он сообщил, что при социологических исследованиях нужно изучать не только ценности демократических и процветающих стран, но и недемократических и бедных, иначе, какие именно ценности являются неотъемлемыми для западных демократий, будет не ясно. Согласимся, что эти постулаты доказательств не требуют.

Далее им утверждалось, что при переходе от индустриального общества к обществу постиндустриальному происходит и колоссальное изменение в структуре господствующих ценностей: ценности самовыражения приходят на смену ценностям выживания. Определенно, ценности самовыражения характерны для развитых стран Запада и, если сравнивать их, то, простите за каламбур, гораздо более ценны. Примерно та же мысль звучала и в докладе Валерия Чиркова, который, сравнивая мироощущение жителей двух стран – Канады и России – (правда, почему именно их, за исключением субъективных причин, других названо не было – если только не считать за объективную причину похожие «климатические условия») заявил, что жители Канады живут лучше, чем в России, а потому и чувствуют себя психологически более комфортно. Не могу сказать, звучали ли в других докладах иные тезисы, альтернативные данному подходу, однако основная идея выступавших ясна.

Если угодно, приведу еще один пример. Когда Евгений Ясин в своей реплике, прозвучавшей как реакция на доклад о рейтинге ценностей западного социолога Ричарда Нисбетта, сообщил, что США нарушили условия игры, на словах пропагандируя экономическую ответственность, а на деле отказавшись от этого принципа, и спросил, что докладчик думает на этот счет, выступавший ответил: «У меня другой подход» к тому, о чем идет речь. Так что основная идея западных ученых ясна: все ценности ценные, но ценности, присущие западным демократиям, ценнее. (Хотя нужно признать, что Нисбетт в конце своего доклада сообщил, что в будущем единой системы ценностей не будет, а будет несколько конкурирующих систем. Вместе с тем ясно, что из подобной посылки можно вывести какие угодно заключения).

Когда же Валерий Чирков стал сожалеть, что в России люди живут не как в Канаде, ему ответил уже Андрей Кончаловский: «У меня такое ощущение, что я нахожусь на собрании докторов, где все в унисон твердят, что из двух человек – один здоров, а второй болен. То, что больной болен – плохо, и хорошо было бы, чтобы он выздоровел. Однако как вылечить его, никто не говорит». «Я спрашиваю, – сказал Кончаловский. – Как его лечить?». На это Чирков ответил, что этого никто знать не может, а тот, кто узнает, получит Нобелевскую премию.

Так что от докладов создается довольно грустное впечатление. Однако это не значит, что само мероприятие прошло плохо, или что его проведение было излишним. Как раз наоборот. Хорошо, что организовываются такие симпозиумы. Ведь только благодаря им можно увидеть, на каком языке говорят западные эксперты, и то, что язык этот сильно отличается от русского. То, что было предметом острых дискуссий в западной политической науке в середине ХХ века, ныне свелось на нет.

Политологи проводят количественные исследования о ценностях на основе ценностей же и подают это под соусом научного анализа и серьезных теоретических выкладок. В этом смысле упрек Дипака Лала Рональду Инглхардту более чем справедлив. Не согласившись с подходом последнего, Лал заявил, что помимо тех ценностей, о которых ведет речь Инглхардт, есть ценности глобальные, космологические, которые не укладываются в рамки каких бы то ни было вычислений. То есть, ценность – это совсем не то, что поддается измерению; операционализированное понятие – уже не то понятие, каким оно было изначально.

Однако этот упрек остался без внимания. Как следствие создавалось ощущение, что Инглхардт даже и не может себе помыслить, что «национальная гордость» как таковая и «национальная гордость», загнанная в схему опросника и количественно обработанная – совершенно разные вещи. Более того, он стал утверждать, когда Лал упомянул словосочетание «глобальные ценности», что и нации, и цивилизации также могут быть единицей анализа… Дипак Лал на это ответил, что нельзя подходить с инструментарием экономического анализа к более сложным явлениям культуры, что социологи не должны советовать политикам, как тем поступать во время принятия решений. На это уже стал возражать содокладчик Инглхардта, заявивший, что на самом деле они изучали не только материальные ценности, но и духовные. И этот пассаж со всей очевидностью свидетельствовал об элементарном непонимании логики Лала.