Паника и панихида

В стране, где все время говорят о православных ценностях, священника хотят отправить в тюрьму за намерение провести молебен

Григорий Михнов-Вайтенко — петербургский священник, архиепископ Апостольской православной церкви, правозащитник и один из главных организаторов помощи беженцам — в полдень 17 февраля был задержан у парадной своего дома за намерение провести у Соловецкого камня на Троицкой площади панихиду по Алексею Навальному.

После 8-часового пребывания в отделе полиции (откуда его намеревались впоследствии везти в суд) он почувствовал себя плохо, адвокат Андрей Чертков вызвал скорую, и Григорий Александрович был госпитализирован с инсультом.

Теперь суд, естественно, откладывается — но от этого абсурдность обвинений в адрес Михнова-Вайтенко не становится меньше.

Панихида по умершему — классический христианский обряд, на который (как и на другие религиозные обряды и церемонии) не распространяется действие петербургского закона «О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях в Санкт-Петербурге». Это специально записано в пункте 3 статьи 1 этого закона. Поэтому Григорий Михнов-Вайтенко не обязан был подавать никаких уведомлений городским властям на проведение панихиды и не обязан был это с ними согласовывать. Это во-первых.

Во-вторых, он не успел провести эту панихиду, потому что, как сказано, его задержали прямо у парадной. Намерение же провести какое-либо мероприятие (даже если полиция считает его нарушением), по закону, наказуемым быть не может.

Тем не менее Михнова-Вайтенко хотят судить по той же административной статье 20.2.2 Кодекса РФ об административных правонарушениях, по которой в Петербурге уже третий день судят тех, кто 16–17 февраля возлагал цветы к мемориалам жертв политических репрессий в память о Навальном. И, как правило, присуждают арест — на разные сроки, начиная с трех и заканчивая 15 сутками.

Указанная статья сформулирована крайне расплывчато.

Она предполагает административное наказание (или штраф до 20 тысяч рублей, или арест на срок до 15 суток):

• за «организацию не являющегося публичным мероприятием массового одновременного пребывания и (или) передвижения граждан в общественных местах»;

• за «публичные призывы к массовому одновременному пребыванию и (или) передвижению граждан в общественных местах»;

• за «участие в массовом одновременном пребывании и (или) передвижении граждан в общественных местах» — в случае, если это «массовое одновременное пребывание и (или) передвижение» повлекли за собой «нарушение общественного порядка или санитарных норм и правил, нарушение функционирования и сохранности объектов жизнеобеспечения или связи либо причинение вреда зеленым насаждениям либо создали помехи движению пешеходов или транспортных средств либо доступу граждан к жилым помещениям или объектам транспортной или социальной инфраструктуры».

Не могу не заметить: в ситуации «снежно-ледовой катастрофы» в Петербурге в последние полтора месяца, если что действительно мешает движению пешеходов — так это обледеневшие тротуары, по которым нельзя передвигаться, не рискуя каждую минуту упасть и получить травму. Но никто не задерживает и не арестовывает тех, кто виноват в таком состоянии…

Понятно, что при таких «резиновых» формулировках статьи практически кого угодно — было бы желание у правоохранительных органов и суда — можно привлечь за любое «одновременное массовое пребывание или передвижение в общественных местах». Например, шли компанией по улице — мешали движению встречных пешеходов. Остановились послушать уличных музыкантов — та же диспозиция. А уж про возвращение болельщиков с футбольного или хоккейного матча и говорить нечего.

Конечно, и за перечисленные выше ситуации никого не штрафуют — но статья-то есть! И в нужный момент, когда надо наказать неугодных, ее начинают применять.

К тому же, поскольку эта статья в качестве наказания предусматривает в том числе административный арест, полиция получает право задерживать граждан на срок до 48 часов до суда. Что практически со всеми задержанными 16–17 февраля и происходило, в том числе и с Григорием Михновым-Вайтенко, которого собирались (в субботу вместе с его женой, Наташей Сивохиной, и его друзьями я несколько часов был в этом 43-м отделе полиции) держать до суда.

И только резкое ухудшение его здоровья, вызов скорой и госпитализация прервали эти планы правоохранителей. Между тем

ситуация с Михновым-Вайтенко примечательна еще и тем, что он и не принимал участия ни в каком «массовом одновременном пребывании» у Соловецкого камня, и не организовывал его (он лишь заявил, что будет проводить там панихиду, но никого не призывал там «массово собраться»).

И, конечно, претензии к нему, по моему мнению, никакого отношения к закону не имеют.

Последнее. В стране, где православие исповедует большинство, где нам все время говорят о православных ценностях, вере и традициях, и необходимости их уважать и соблюдать, где на них непрерывно ссылаются и используют как основу, православный священник хочет провести панихиду.

И за это его задерживают и отдают под суд.