Бунт, которого нет (аудиозапись, стенограмма)

Это личный блог. Текст мог быть написан в интересах автора или сторонних лиц. Редакция 7x7 не причастна к его созданию и может не разделять мнение автора. Регистрация блогов на 7x7 открыта для авторов различных взглядов.

Цифрами обозначены члены ОНК Иркутской области беседующие с воспитанниками Ангарской воспитательной колонии через неделю после события, официально названного предотвращением попытки бунта в АВК. В – это воспитанники. Статус события- проводится общественное расследование сведений о жестком обращении над воспитанниками АВК. Время события - август 2017 года. Стенограмма посещения членами ОНК Иркутской области воспитанников АВК 19.08.2017 г.

1: Еще да кто то подойдет? Вы вместе будете говорить или можете по отдельности?

В: Вместе наверное.

2: Сча тогда подойдет. Двое…

1: Ребята то ваши у нас были?

В: Да……Яяяяя

В: А к вам тогда. По части чего беседа будет?

1: Если вас бьют, если вам угрожают. Если в отношении вас кто то совершает противоправные действия, вы можете к нам обратиться. Мы можем двумя путями, как бы, привлечь внимание к вашей проблеме. Если вы заявление напишщите, то это будут меры прокурорского реагирования, уполномоченный отреагирует. Если вы просто нам расскажите, то об этом появится информация на интернет ресурсах, где правозащитники с различных регионов читают статьи. Вот, и эти статьи мониторят в том числе сотрудники ФСИН. И, со временем, если будет много отрицательной информации по фактам происходящим в каких-либо учреждениях, то им приходится реагировать на эти сообщения. Ну, можно как бы в открытую, можно в закрытую. Смотрите как вам хочется.

В: Так то лучше в закрытую. Чтобы наши сотрудники не знали.

В2: И не только наши.

1: Вы просто хотите рассказать о чем то, чтобы мы довели до сведения уполномоченного и опубликовали в статье, правильно?

В: Ну, чтобы нас тут не били и письками не махали.

1: Понятно

2: а что прям машут?

В2: Как полотешком.

В1: Не все конечно. Были тут случаи. Проплывали. С это…Счас получается как неделю уже, приданные силы, сюда приезжают. Меняются, все вот, короче, получается.

В2: Опера сюда, откуда то, с СИ-6 или откуда, ездят.

В1: С СИЗО шестого.

В2: Они вот вытягивают по одному и начинают там чухмарить, ну, бить.

В1: Спрашивают: «Кто по жизни? Какая статья там?»

1: А вы можете позвонить мне или вот. Мы как бы…Меня Веденей зовут…Это Павел…Это Бахтибек. Если бы они сюда приехали, а нам бы кто-то сказал, что они сюда приехали, мы бы могли приехать сюда, понимаете? И, организовать проверку, и, разумеется, посмотреть, что они тут делают с вами.

2. То есть они вообще не имеют права сюда заходить.

1: да, это другие сотрудники.

2.: У них свое учреждения, своя работа.

В: Но, они почему то сюда постоянно ездят

2: Есть фамилии то, знаете кто приезжает?

В Да нет.

2: Ну, как зовут хотя бы?

В: Фамилии нельзя, они не говорят

В2:Без фамилий, не представляются никак.

В: Здесь получается…

1: Бейджа у них нет, ничего?

В:Не говорят кто такие

В2: У меня вот еще такой интерес можно вот…?

В3: Вас хотели попросить вот те, кто с вами в кабинете сидели разговаривали…

В4: ДПНК для чего то наши фамилии записал. Мы у него спрашивали фамилии для чего?

2: Они по обращениям записывают. О чем разговаривали

1: Ну, они всех записывают, да, кто ходит. Имейте ввиду, ели вас будут избивать и говорить, что как бы в этом виноваты мы, что вы ходите там к нам что то говорите, то это не так, это чистейшей воды провокация. Мы в следующий раз приеме я вам распечатки привезу с сайта где мы публикуем статьи. Там абсолютно все анонимно, там никаких фамилий нет, абсолютно ничего.

В: Вот даже когда 13-го (августа 2017 года) то, получилось, в воскресенье, что, когда на плацу то всех уронили

2: А что получилось ?

В: Да вообще просто, стоим нормально, нас с клуба вывели. С Суса тоже, чтобы проверить условия содержания, оттуда тоже всех осужденных вывели. Они там их загнули всяко разно.

2:Много вывели?

В: Кого?

В: Четверо. В СУСе было четверо. И трое в ДИЗо.

В: а НУ ТАК ДАЖЕ.

В: И все, их выволокли маски. Все мы стоим спокойно. Ниче никого не говорим. Ходят вокруг нас: Дайте нам повод, дайте нам. СПРОВОЦИРУЙТЕ ГОВОРИТ НАС. Мы ниче не делали, потом один просто руками как дернет и все, и нас всех положили.

В: К НЕМУ ПОДОШЛИ ВОТ ТАК ВОТ (слышен громкий хлопок). Ну как сказать, придавили. Он просто руку так сэтовал. Ему второй раз. Все, он руку так просто хотел скинуть.

В: Убрать.

В: Все и подрасценили так, что он заломал руку сотруднику.

2: Провокация была со стороны сотрудников?

В: Угу, да.

В:Да, они специально провоцируют.

1:А это был исполняющий обязанности Киланова, да, кто подходил все так вот по плечу хлопал?

В: Да, это Гиричев был. Зам генерала, полковник

В:А потом зам.генерала, как он?

В:Космылин

В:Космылин. ДАЙТЕ ПОВОД МЫ СЧАС ПОПРАВИМ ВСЕ.

1:Космылин, да?

В:Спровоцируйте говорит нас. Дайте повод

В: 17 ЛЕТ ПАЦАНУ. Не лечат здесь тоже ниче (ОНК увидели больного воспитанника)

1:Вас первый день скрючила то или нет?

В: Второй раз уже

В: Первый раз увозили на больницу – опять привезли

1: А скрючила то, что заставляют заниматься в одних футболках на холоде?

В: Да. Что-то случилось. Все. Упал-отжался. Отжимаешься и нагрузка все это на спину….я упал просто на плацу и загнулся не мог

В:А так то они нас не должны выгонять в майках на улицу с самого утра?

1: Ну конечно в куртках, уже же холодно

В: А они нас вот так

В: У меня еще такой интерес. Смотрите вот, ну получается, с утра встал, в плохом настроении вот анпример. Позавтракал с утра в клую зашел начинаешь вот. Как бы сказать. До конца не взбодрился сидишь засыпаешь. Они берут тебя поднимают. Все. Ну, ты раз встал, но ты не можешь себя контролировать. Все у тебя глаза опять смыкаются. Они тебя два подымают. Потом всех

В: Зеков поднимают

В: Воспитанников поднимают, выводят на улицу. Там если что не так, они заставляют отжиматься, это же не правильно? КАК?

1: Разумеется, это же мера принудительного воздействия. Такого характера. То есть воспитательная мера они должны быть более мягкими и более убедительными. Вы же сами знаете, что сколько прут не гни, он либо сломается либо назад выпрямится.

В: а вот Гиричев еще, стоял когда приказ зачитывал, что типа там сотрудникам применять физическую силу, спецсредства, при нападении там применять дубинку, ПР, там газовый балончик, собак

1: а применялись спецсредства или нет?

В: Да ПР применяли

В: Дубинкой били нас

В: И собаки рядом были

1: А газ?

В: Газ нет.

В: Только дубинки.

В:Как зачитывали, что я не хочу работать, будут заставлять, не буду, не буду, могут применять физическую силу, чтоб я работать начал

1: А на ком-нибудь из вас есть следы побоев, четко видные?

В: Вот только, когда меня протащили.

В: И вот, у меня тут, тоже также все со..

1: Мы можем сфотографировать, только без ваших лиц, следы побоев.

В: Царапины остались когда они по плацу нас таскали.

1: Фотографируем, Паша, ссадины? В журнал хотя бы, в сатью поставим.

В: Где-то здесь еще.

В: Когда будете выносить это все, пожалуйста прошу вас фамилии наши не называйте.

1: Нам смысла нет, вы не обратились как бы с заявлением. Нам зачем как бы, смысла нет.

2: Встаньте поближе, чтоб так видно было, что много народу и много ссадин.

1: Нет ты сфотографируй так, чтобы лиц не было видно, чтобы опознать нельзя было. Фотографируй.

В: Вы лица закройте да и все.

1? У тебя вспышка то работает?

2: Работает, но.

В: Я как вот эти ссадины получил, меня потом в дисциплинарный изолятор увели и опер Федор Федорович говорил, ты где их получил?

В: Я говорю: на плацу, а он мне «на каком плацу?»… специально

В: Вы знаете, Скуратов да, Федор Федорович

1: Нормально, нормально

В: Вы может знаете оперативника бы Скуратова что попросить – видеорегистратор. Вот когда нас…

1: Они скорей всего, выключали когда вас..

В: Камера профессиональная была

В: Нет, нет, подожди, вот когда нас били. Вот это вот все , когда с самого начала началось, Скуратов ходил все, с видеорегистратором. Все время снимал.

В: Вот они привел меня сразу после обеда в ДИЗо, в дисциплинарный изолятор и, дальше говорит, пиши объяснения, откуда у тебя ссадины на ноге. Я говорю так вот, когда на плацу всех положили. А он, кого всех проложили, не так все это. И заставил меня, силу ко мне применил, чтобы я написал, что упал. Шел-упал.

В: И сдпшников каких то..

1: а СДПшники это кто, служба?

В: Это короче как бы определить…согласен дисциплинарно

В: Дежурный помощник начальника…типа такого.

В: Вот например СДП. Я там нечаянно на него плюнул, наступил. Этот СДПшник вот стоит, чик чик, в блокнот тычканул, унес к оперативнику, он там раз прочитал, что мол Иванов там, Цыганков там наступил на то-то на то-то, плюнул в том то том то неположенном месте, все там тебя уводят к членам бить.

В: Как раньше здесь был, в четырнадцатом году

1: Ну, а если вот так разобраться, ну да, действительно, бывают у нас оплошности, когда мы поступаем , ну может и некрасиво, да, с одной стороны, что плюнул. Вот если не бить, то на какую меру взыскания, воздействия, вы хотели бы заменить, просто?

В: Чтобы нормальное отношение хотя бы..

В: Чтобы в ДИЗо закрывали да и все

В: В дисциплинарный изолятор…

1: Просто не бить, а просто закрывали чтоб в ДИЗо?

В: У нас счас боятся туда ехать потому что там …счас там будет не прогулочные боксы, а пресс-боксы

1: а кто будет прессовать?

В: сотрудники

1: Какие?

В: Сергей Александрыч, как фамилия?

В: Шестаков

В: Шестаков Сергей Александрович мне это сказал, заместитель начальника

1: ну местные сотрудники же правильно? Они обычно же сами не прессуют. Они находят же, среди тех же кто…

В: Они тоже сами что

В: Не так давно он сам зека избивал

В: В прогулочном боксе

В: А вот смотрите. Там камера висит, она как раз смотрит на этот бокс, когда меня там избивали

1: Можно выемку по камере еще сделать

В: Она работает?

В: Да, она работает. Это было в ДИЗо, когда со мной беседовали. Я смотрел в компьютер, атм видно этот бокс.

В: Кого в этом боксе избивают, там всех видно будет. Если конечно они не удалили не вырезали.

В: Посуду как заставляли кушать, вам рассказывали? Всемером одного..

1: Да нам, рассказали. А что всемером одного?

В: Пятеро держут, один рот открывает, ложки пихают прямо в горло.

В: Если не хочет человек есть, заставляют.

В: Вот есть у нас, О… фамилия у него. Он кашу вообще не есть по утрам, а тут они увидели , что он не ест и заставили его. Ложкой кормили в это утро. Хотя он также на обед, на ужин кушал как все. Просто на завтрак не ел.

1: А вас раньше тоже также водили на ужин таким количеством сотрудников?

В: После того случая как нас положили на плацу и ссылаются на то, что якобы бунт там

В: Раньше, когда хорошо все было. Они нас водили только ДПНк и зам.ДПНк, два человека. В зоне всех всего только два сотрудника водят, либо мы сами шли в столовую.

В: Вот еще. В бокс могут завести, раздет до трусов до майки, холодно. И, можешь часа два-три просидеть в боксе.

В: Счас догола раздевают.

В: Полностью всего раздели да, трусы сняли и на растяжку, на безопасную стойку поставили

1: Самое то удивительное то, понимаете, систему то ее не сломаешь. Не ту, не вашу. Вашу систему не поломаешь, ту систему тоже нельзя поломать. Ее можно изменить как то, а для того, чтобы чуть-чуть как то ее изменить и направит в каком то направлении, для этого нужно очень много работать. Мы просим вам просто нам помочь в правильно направлении работать, нам просто нужна информация, которую мы будем публиковать и соответственно, на наши публикации должны будут реагировать

В: Вы понимаете

В: А если вот говорят могут расформировать

1: Вряд ли, конечно

В: А говорят Читу и Улан-Удэ не будут возить, пока из Бурятии?

1: Не знаю

В: Мне сказали , что запретили

В: А вообще вот так могут за один день 30 человек взять и вывезти?

1: Должно быть основание

В: Как это произошло, 30 человек вывезли.

В: 15 человек, 15 лет было там. Куда его могут увезти. У не во взрослый .

1: Ну, мы сейчас поедем. У нас есть списки. Мы сейчас поедем проверять.

В: Маленький ростиком. Медведев в Красноярск уехал сказали.

В: Медведев Евгений, Банин Алексей на Красноярск говорят поедут

В: Суворов, там им всем по 16 лет.

В: Тимошин…Там несколько было кому 18

1: Мы с ними свяжемся. У нас же ОНК во всех регионах. В Красноярске есть наши же коллеги, кто работает

В: Вообще отлично. Там вообще по другому занимаются.

В: а вы сможете как-нибудь помочь вообще перевестись отсюда?

1: из этой колонии?

В: Да, на Канск или в Красноярск

1: Вопросы с переводами мы же конечно не решаем

В: я общался с сотрудниками. Хотел написать, чтобы перевестись. Нужна веская причина из за чего

В: Сотрудники кого отсюда вывезли. Они говорят мы вам видео привезем, как избивают, какими были, какими стали теперь. Что с ними будет. Типа там счас каждому гребень приколотят. На СИЗО-1 там одному побрили гребень из волос оставили. Он ходит там один по продолу бегает.

В: Трусы, из трусов сделали как,

В: Стринги

В: Стринги. Издеваются.

В: Счас нам видео будут привозить, говорят, показывать, ну, как они там живут.

1: Это может быть..

2: Если у вас будут такая информация и вам покажут, вы нам сообщите. Мы сообщим коллегам в другом регионе и они проверят. Сразу же причем. Мы сейчас что сделаем самое главное, чтобы у вас был телефон, чтобы вы могли звонить. Нам известно, что у вас нет телефона и вы не можете позвонить никому не можете сообщить о том, что, ту прессовщики, допустим, приехали. Что здесь, допустим, вас избивают. Мы со связью сейчас проблему реши в течение недели.

В: Понимаете, сейчас пишется заявление только на то, чтобы позвонить родственникам. И все. Больше никому нельзя. И то, мы уже сколько не звоним. У нас даже чайника нету попить чай.

1: Почему, в ОНК же вы можете позвонить? Правильно? Ну, смысл тогда вывешивать списки членов ОНК и с мобильными телефонами и при этом запрещать?

В: Ну, конечно.

В: Мы набирали, ну конкретно я, в тот раз, когда еще телефоны работали. Правда не со своего логина, но набирал, Семеновой (УПЧ по правам ребенка ИО). Номер запрещен. Я раз 5 наверно ввел. Все тоже.

1: а у вас ни у кого тут мобильного нету?

В: Раньше были. Но мы их сами отдали. Нельзя же, запрещено законом.

1: понятно что запрещены, но бывает так, что они есть.

В: сдали сразу.

В: Возле каждого стола по сотруднику стоит, какие у нас могут быть телефоны, вы что?

В: по два ходят, по три штуки. Как воронье. Мы разговариваем, 5 человек сидит, слушает.

В: Если только письмо.

1: а вам дают возможность, допустим, выйти в интернет, написать письмо?

В: Нет

В: Письмо дают конечно.

1: Нет, в Интернете письмо.

В: Нет, нет такого.

В: Нет, мы письме письма на листочке.

1: я просто понимаете, в вашу колонию пожертвовал два компьютера новых, сказали, что они нужны для воспитанников, чтобы они могли, допустим, выйти в интернет, написать письма. Я задам вопрос Киланову. Куда дели они эти компьютеры?

В: Может в школу.

В: Это может в задумках только.

В: А давно это было?

1: Это было полгода назад.

2: Развели тебя.

В: 7 месяцев сижу не было такого.

1: Компьютеров? Два черных системных блока, два монитора.

В: Маленькие компьютеры?

1: Нет, не маленькие. Большие, большого размера.

В: В дежурной части посмотрите.

1: я не видел их здесь. Я вот сколько проходил.

В: У нас в школе есть компьютерный класс. Там компьютеров 10 стоит. Мы на них только печатаем. Там мониторы такие маленькие.

1: а вы на них только печатаете, вас не учат в экселе считать там, в паурпоинте делать презентации?

В: Почему учат, в старших классах.

1: В абсцессе работать?

В: Нет , вот это нет. Там видеокарта слабая в некоторых компьютерах. Вообще зависает просто.

1: Вообще ребята, знаете, если бы вашим воспитание нормальные педагоги занимались, у вас бы не было проблем вообще никаких. Если б у вас хорошие педагоги были, вы бы и не ругались матом.

В: Здесь были сотрудники нормальные, они после вот этого вот «…лицом в землю» половина поувольнялись. Не могут смотреть на это.

1: да, это конечно очень неприятно видеть, когда детей берут и избивают

В: Здесь тоже вот кто-то был 13-го числа из комиссии, только не понял с какой. Нам потом сотрудники говорят, если бы этого дяденьки не было нас бы вообще убили так, что мы бы обосрались потом, нам вот так сказали. Прокурора бы не было и еще одного.

В: То же такой в годах.

2: Самойлов:

В: Да

2: Это как бы бывший сотрудник ФСИН.

В: Да, раньше да, он работал.

В: Нам сказали, что если бы его не было, то нас бы вообще тут до смерти заколотили бы всех.

В: И прокурора бы еще…

2: Интересное кино, вообще.

В: Ну, у них должно быть где –то видео, потому что я видел что у них камера большая профессиональная черная была, они ходили, все снимали.

В: Я все это видел своими глазами.

1: Для вашего интереса, мы выходим в журнале пишем есть замечания или нет. Мы допустим, уходим пишем, что замечания будут доведены до руководства, до Уполномоченного, они выходят пишут, замечания доведены до руководства колонии. Вы сами понимаете, руководство колонии варится в своей каше и варится.

В: Вот также вы говорите письма писать, оно не уйдет это письмо никому.

В: Да, если даже закрыли.

1: Передавать нам, передавать нам обращения. Мы их передадим кому надо.

2: В конверте на имя ОНК.

В: у нас даже вот сколько писал письмо, оперативникам дашь, они его здесь даже бросят, домой не доходит никакое письмо.

В: Потом как-нибудь время свободное найдется отправят как-нибудь. Когда я домой написал ждал, ждал 4 месяца ответ.

В: Вон Чукасов написал письмо неделю назад, оно еще до сих пор в кабинете валяется у них.

В: Я например 3 недели назад написал письмо, они его забрали получается. Ну, забрали там, без матов, без всего, вынесли за зону, заклеили, разрезали, занесли обратно, сказали, что там маты, зачеркнули пару слов, там, где я писал люблю там, целую – родным. Зачеркнули пару слов и сказали, что там маты.

1: Ребят, мы на следующей неделе приедем. Мы сейчас поехать должны, сейчас нужно еще в одно место заехать.

В: Вот так же письмо приходит, там номер телефона пишут, они его зачеркивают.

В: Да, номера во всех зачеркнуты.

1: Вообще вот так заштриховывают?

В: Да, да, да. И не видно вообще.

1: Что даже вот на свет вот так вот не видно?

В: Не увидишь вообще никак, они с двух сторон зачеркают, ну, чтоб не отпечаталось на этой стороне, они с другой стороны.

В: Чтоб не было видно.

В: Вообще не видно номер телефона. Мне так бабушки номер пришел.

В: Фотография если приходит, что-то там написано, они фотографию обрезают.

2: А как звонить родным? Если сменился. Это вообще воспрепятствование полностью…каких-то социальных связей.

1: Ну да. Мы реши вопрос с телефоном. Будем приезжать смотреть

В: а вы можете еще узнать, что нам сделать, чтобы перевестись, что написать?

1: Это невозможно.

В: Это самая близкая к Забайкалью колония?

1: Нужно подавать прошение, а прошение ваше могут удовлетворить, могут не удовлетворить.

В: На кого надо прошение. Кому надо прошение подавать?

1: Начальнику управления Иркутской области.

В: А кто у нас?

1: Киланов. Гиричев временно исполняющий обязанности.

В: А Киланов где?

1: Ну, он в отпуске сейчас.

В: Завтра должен приехать на строевой смотр Гиричев.

1: Что мы тоже завтра приедем сюда? Во сколько он приедет завтра?

В: В 8 часов по утрешней проверке. Нас почему сразу переодели. Вы бы видели в какой мы робе ходили, поизорванной вообще.

В: Гачи такие широкие ушьешь, тебе на плацу заставляют распарывать.

В: Пока один распарывает вся зона отжимается.

В: От нас счас в зону и31 человек уехал, это законно вообще?

2: официальная версия бунт, подготовка к бунту. Они предупредили бунт.

В: Так мы же даже не знаем ничего, было все спонтанно и обыденно. Вот у нас неделя шла, день как день. Обычный день начинался. Мы постоянно в 6 утра на улицу…

В: Чисто постоянно было в жилке. Вообще грязно стало.

В: Работаем…Пришли в отряд. Так же спать легли, помылись. Мы не знаем, никакого бунта не должно было быть.

2: Получилось, что трое также сходили в СУС, вышли оттуда и сказали, что мы обсуждали условия бунта. И все.

В: В СУС, у нас ходили в СУС? У нас не было такого.

2: До нас дошла такая информация. Заходили, так то тяжеловато туда зайти.

В: Конечно, все через сотрудников, там вообще инспектор.

В: Вот его и уволили, Федор Саныча. Потому что он запустил туда их…

2: а он когда дежурил?

В: Он уже получается, 13го был с суток. 12 он заступил.

2: Ну, вот думайте кто туда заходил.

В: Никто туда вообще не заходил.

2: а что ж его тогда уволили то?

В: Не подобраться к камерам вообще никогда никого. Мы даже когда ходили дворики подметали. И то нас кое как там с сотрудниками смотрели чтобы никто никуда не заходил.

В: Знаете как могло быть, вот мы общаемся да, с СУСОм. Может кто Шегеичу сказал, он начальнику сказал, начальник сказал попробуйте, чтобы они туда зашли. И все, специально, чтобы они сообщили…

В: Специально задумали, провокацию сами создали.

В: А бунт для чего. Если итак все нормально было?

В: У нас нормально. Нас на то время все устраивало.

В: Всех устраивало все. Вообще всех.

В: Все работали спокойно. М даже с сотрудниками не вступали ни в какие конфликты. Там были такие моменты, что-нибудь не устроит. Просто уйдешь.

2: Но, говорят, с Управления приезжали с проверками туда-сюда, говорят, в них хлебом кидались? Через локалку?

В: Не было такого вообще (хором). Хлеб со столовой не выносим.

В: Если так сказать, у нас администрации запрещено выносить что-то со столовой и среди зеков тоже есть такие понятия, что там, пацаны попросили, чтобы мы что-то со столовой не выносили, чтобы мы в столовой кушали. Чтобы все было по людски, правильно.

1: а правда, что когда смешивали посуду, вы в карманы ложили еду и выходили со столовой?

В: Не было такого.

В: Подождите стойте. Один случай был, что нас начали осматривать. М пришли на обед и нам дали конфетки, мармеладки и все. Ну, вот их кто-то взял вынес с собой. Ну, простые мармеладки конфетки. Счас вот взял потом покушать и все, а чтоб хлеб не хлеб по карманам пихали выходили такого не было.

2: Пора завязывать, надо идти. Отбой.

В: Досвидание (хором).