| Помощники Бараева состарятся в тюрьме Мосгорсуд вчера вынес приговор четверым чеченцам, обвинявшимся в организации взрыва у ресторана «Макдоналдс» и пособничестве при захвате заложников на мюзикле «Норд-Ост» осенью 2002 года. Алихан Межиев (кстати, в прошлом -- чемпион России и Европы по вольной борьбе), его брат Ахъяд, Аслан Мурдалов и Хампаша Собралиев были приговорены соответственно к 22, 20, 18 и 15 годам лишения свободы в колонии строгого режима.
«В целом приговор справедлив, и соответствует тяжести совершенных преступлений», -- заявил гособвинитель Александр Молчанов. Слушания проходили в закрытом режиме, и судья Алексей Мариненко зачитал на публике лишь резолютивную часть приговора, то есть просто перечислил статьи УК, по которым подсудимые признаны виновными, и наказания.
Организатором преступного сообщества был признан Асланбек Хасханов, но рассмотрение его дела суду пришлось отложить, поскольку еще в самом начале разбирательства он впал в «реактивное состояние». «Я лев, спустившийся с гор!» -- кричал он, отказывался «сидеть под американским флагом», указывая при этом на российский триколор, нелестно отзывался о судье и беспрестанно ругался матом. Сейчас Хасханов находится на принудительном лечении в психиатрической клинике. Как только к нему вернется рассудок, он вернется на скамью подсудимых.
Суд установил, что Хасханов был отправлен из Чечни в Москву по личному заданию Басаева. Сообщников он подобрал из чеченцев, проживающих в столице. Свое первое задание -- организацию взрывов у здания Госдумы и «Макдоналдса» на Большой Бронной в 2001 году -- они провалили, как отмечено в обвинительном заключении, «по не зависящим от террористов причинам». Бомбы, вмонтированные в бензобаки машин ВАЗ-2108, оказались обыкновенными муляжами, которые им под видом настоящих продал какой-то прапорщик.
Летом 2002 года Басаев провел совещание, на котором было решено вновь провести в Москве подряд несколько терактов и захватить заложников в театральном центре. Хасханову, который, как выяснили следователи, лично присутствовал на том совещании, поручили обеспечить боевиков Бараева жильем, телефонами и машинами.
Кто именно привез в Москву взрывчатку, пояса шахидов и оружие (15 автоматов, 23 пистолета и револьвера, 141 гранату и гранатомет РПГ-26), следствие так и не установило. А вот встретили «КамАЗ» с боеприпасами именно Хасханов с сообщниками.
19 октября 2002 года они пригнали на улицу Покрышкина к ресторану «Макдоналдс» начиненную взрывчаткой «Таврию», а к Концертному залу имени Чайковского -- заминированный ВАЗ-2108. Взрыв у «Макдоналдса» произошел в час дня, на семь часов раньше намеченного срока. (Тогда один человек погиб и семеро были ранены.) Трагедии у концертного зала удалось избежать -- не сработал таймер бомбы, заложенной в «Жигулях». Ночью братья Мурдаловы и Межиев вынули ее из машины и передали Бараеву. Именно эта бомба была установлена во время захвата в центре зала на Дубровке.
Задержали террористов сотрудники 5-го отдела МУРа во главе с полковником Евгением Тараториным. Сейчас он сам находится в СИЗО в ожидании суда по делу «оборотней в погонах». Из-за незаконных действий муровцев, в частности, прокуроры были вынуждены отказаться от обвинения Межиева и Собралиева в хранении наркотиков.
Обвинению также не удалось доказать вину подсудимых в умышленном уничтожении имущества. Эти два эпизода стали единственным промахом прокуратуры.
Кроме Собралиева, который сознался, что хранил у себя оружие, никто из подсудимых вины не признал. «Этот приговор несправедливый», -- как один заявили осужденные. Адвокаты также уверены: приговор необоснован и должен быть обжалован.
«Ахъяда Межиева взяли около его дома на Красногвардейском бульваре, а вовсе не в районе Олимпийской деревни, как утверждает обвинение, -- заявила адвокат Зоя Усманова. -- Оперативники намеренно подбросили ему оружие и наркотики, а потом пытали и избивали, добиваясь признания в совершении теракта. Позднее муровцы вымогали у матери Межиевых 20 тыс. долл. и доверенность на машину Audi-8, обещая отпустить ее сыновей». Адвокат рассказала, что в своем последнем слове ее подзащитный сказал, что «верит в справедливый Божий суд и что некоторых виновных в его беде людей Бог уже покарал, и они сами сидят в тюрьме».
Адвокат Ибрагим Гишкаев, представлявший интересы Мурдалова, считает, что все дело в несовершенстве судебной системы: «Я не могу пожаловаться на судью. Он вел процесс демократично и внимательно всех выслушивал. Но наши суды склонны принимать только доводы обвинения. На следствии права Мурдалова на защиту были грубо нарушены. Меня два месяца к нему не пускали, а добытые в отсутствие защитника показания суд учел, хотя обязан был исключить». Он также уверен, что его подзащитного пытали: «били, подвешивали, надевали противогаз и перекрывали кислород, жгли руки, надевали на голову целлофановый пакет».
Осужденные приняли приговор без особых эмоций. «Они уже адаптировались и смирились», -- сказал г-н Гишкаев. Только мать братьев Межиевых, Зарган Межиева, убивалась по сыновьям: «Это несправедливый суд! Они ни в чем не виноваты, я это знаю. 15 лет они прожили в Москве и даже ни разу за это время в Чечне не были. Я этого так не оставлю, буду добиваться справедливости, напишу письмо Путину, пускай он разберется». Екатерина БУТОРИНА |
