| Правительство изменило свою экономическую стратегию Разработка бюджета 2005 года находится лишь в начальной стадии. Однако не успел глава Минфина Алексей Кудрин на заседании правительства рассказать о его концепции и основных параметрах, как начались споры: способствует ли бюджетная политика экономическому росту. Точнее -- удвоению ВВП к 2010 году, к чему президент побуждает страну уже во втором подряд ежегодном послании Федеральному Собранию.
Начало дискуссии, видимо, сам того не желая, положил лично г-н Кудрин. Помог ему развить модную ныне тему роста премьер-министр Михаил Фрадков. Неделю назад на заседании кабинета министров глава Минфина заявил, что бюджет 2005 года работает на структурные изменения экономики и поддержание экономического роста. Правда, в качестве доказательства привел лишь один пример: снижение с 2005 года ЕСН с 35,6 до 26%. «280 млрд руб. останется у предприятий. Это главный вклад бюджетной политики в экономический рост», -- сказал тогда главный финансист страны. Сумма, безусловно, немалая. Однако Михаила Фрадкова такое доказательство не убедило. «Не увидел ориентиров в бюджете, которые бы позволили увеличить в два раза ВВП», -- прервал он докладчика. Последовавшие разъяснения главы Минфина премьера также не удовлетворили. Он еще по меньшей мере дважды уточнял, не является ли бюджетная политика сдерживающим фактором для экономического роста. Министр Кудрин доказывал, что не является.
Глава Минэкономразвития Герман Греф в дискуссию не вступал. Г-н Греф сказал все, что хотел или мог, до Алексея Кудрина, когда докладывал о прогнозе развития страны до 2007 года. И премьер, и министр финансов, и все остальные члены правительства услышали из уст коллеги Грефа то, о чем и без того хорошо знали: выкладки МЭРТ не позволяют рассчитывать на удвоение ВВП к 2010 году. Только на нефти необходимого роста не достигнешь, нужна модернизация промышленности, чтобы повысить конкурентоспособность продукции и довести объем ее экспорта к 2010 году до 25--30 млрд долл. против нынешних 12 млрд руб. (причем львиную долю экспорта сейчас занимает военная техника). Герман Греф убеждал, что государственные вложения инвестиционного характера должны находиться на уровне 3,5--4% от ВВП, а не 1,5%, как сейчас. И пытался доказать, что при этом не надо бояться небольшого роста инфляции.
Однако очередная попытка Германа Грефа наставить правительство на путь истинный оказалась безрезультатной. Его поддержал, по сути, лишь глава Минприроды Юрий Трутнев, заявивший, что в стране ничего не делается для повышения конкурентоспособности экономики.
У экспертов подобная ситуация удивления уже не вызывает. «Голос Грефа потерял вес», -- сказал газете «Время новостей» аналитик финансовой корпорации «Уралсиб» (бывшая ФК «НИКойл») Владимир Тихомиров. Причина в том, что, несмотря на учиненный премьером допрос главы Минфина о влиянии бюджета-2005 на рост ВВП, у правительства ныне другие приоритеты, и бюджет строится именно исходя из них. Если еще полгода-год назад речь шла о необходимости производить продукцию с высокой добавленной стоимостью на основе модернизации производства, то теперь, по мнению г-на Тихомирова, на первый план вышли борьба с бедностью, снижение инфляции, а также достижение конвертируемости рубля. (Напомним, что Владимир Путин поставил задачи уменьшить за три года в два раза количество бедных, снизить годовую инфляцию к 2008 году до 3% и создать в ближайшие два года необходимые условия для обеспечения полной конвертируемости рубля.) Что касается модернизации экономики, то, как считает г-н Тихомиров, «бюджет 2005 года в этом отношении не делает ничего».
Подтверждение тому, что правительственная стратегия развития экономики изменилась, Владимир Тихомиров нашел в выступлении Михаила Фрадкова на недавней конференции по инвестициям, организованной компанией «Ренессанс Капитал». По словам премьера, отныне главная задача -- рост доходов населения, в том числе бюджетников. Далее схема такова: граждане получают больше доходов, у них возникают накопления, они несут накопления в банки, у банков появляется больше средств на инвестирование экономики.
В подобной схеме г-н Тихомиров увидел несколько изъянов. Во-первых, в последние годы рост доходов населения и так превышает рост производительности труда и ВВП. Это значит, что россияне частично получают доходы от высоких цен на нефть. Цена упадет -- дополнительных доходов уже не будет. Соответственно, не будет сбережений, и банки не получат средств для инвестиций. Во-вторых, кто сказал, что россияне бросятся сдавать «лишние» деньги в российские банки. Сомнительно, учитывая последние осложнения в банковской системе после конфликта Содбизнесбанка и ЦБ. Одни оставят свои кровные в кубышках, а многие воспользуются новыми возможностями, открывшимися 18 июля с вступлением в силу нового закона «О валютном регулировании и валютном контроле». Этот закон, напомним, позволяет физическим лицам в уведомительном порядке открывать счета в зарубежных банках. Правда, только в банках стран, входящих в ОЭСР и ФАТФ, но ведь таких государств не один десяток. В-третьих, еще не факт, что нынешний уровень жизни соотечественников вообще позволит им передать дополнительные доходы банкам. Эти деньги скорее уйдут на приобретение товаров, что, впрочем, тоже неплохо для экономики. Правда, при условии, что покупатель поддержит отечественного товаропроизводителя. Отсюда следует четвертый изъян новой правительственной стратегии: сегодня в условиях крепкого рубля народ вновь покупает импортное. Поэтому деньги будут уходить из страны,а не попадать в российские банки, которым нечего будет инвестировать в производство. Повысить же импортные пошлины правительство не может ввиду предстоящего вступления России во Всемирную торговую организацию.
Точки зрения, согласно которой, «как и в последние годы, бюджет-2005 не стимулирует экономический рост», придерживается и эксперт Центра развития Наталья Акиндинова. По ее словам, доля вложений федерального бюджета инвестиционного характера очень низка -- 0,4% ВВП. «Это формальная сумма, которая не может ничего решить», -- сказала Наталья Акиндинова газете «Время новостей». Такое положение дел она объясняет тем, что в бюджете очень высокий уровень текущих обязательств. Тем более учитывая дыру в Пенсионном фонде, которая возникнет в связи со снижением ЕСН. Как известно, Минфин в 2005 году предполагает направить на покрытие дефицита Пенсионного фонда 90 млрд руб., причем взяв их из стабилизационного фонда. Наталья Акиндинова одна из немногих, кто считает, что средства стабфонда после решения проблемы Пенсионного фонда могут направляться на инфраструктурные проекты, толкающие экономику вперед. По ее словам, при незначительном влиянии на инфляцию такие инвестиции хорошо стимулируют экономический рост.
Тогда возникает следующий вопрос: а есть ли такие проекты. Главный экономист инвестиционной компании «Тройка Диалог» Евгений Гавриленков считает, что нет. Он пояснил газете «Время новостей», что сначала нужно разработать бизнес-планы, а потом под них давать деньги. В этом он солидарен с Минэкономразвития, которое требует разобраться наконец с многочисленными федеральными целевыми программами (ФЦП): часть пересмотреть, а часть отменить вовсе. В МЭРТ обнаружили, что средства, выделяемые в рамках ФЦП, используются зачастую на текущие нужды министерств и ведомств, а не на финансирование прорывных проектов или формирование инфраструктуры. Евгений Гавриленков говорит, что деньги пока лучше попридержать, иначе они опять уйдут в песок.
Что касается вопроса, способствует ли бюджет 2005 года экономическому росту, Евгений Гавриленков уже доволен тем, что "явно не мешает". Сам г-н Гавриленков делает ставку на частный сектор, который в следующем году должен вздохнуть свободнее из-за очередного снижения налогов. "Бюджет -- не вся экономика", -- подчеркивает г-н Гавриленков. Михаил ВОРОБЬЕВ |
