| Завтра премьера фильма Петра Буслова «Бумер» «Бумер» -- это совсем не дебиловатый розовый великан с длинными резиновыми руками из рекламы жевательных конфет. Так называют еще и немецкую машину BMW, на которой сломя голову убегают из Москвы четверо друзей -- Костян Кот (Владимир Вдовиченков), Леха Килла (Максим Коновалов), Димон Ошпаренный (Константин Мерзликин) и Петя Рама (Сергей Горобченко). Уже по прозвищам можно понять, что консерваторий они не кончали, а вот угнать чужую машину для этих простых и молодых ребят не проблема. После сумбурной и крайне неприятной истории с применением огнестрельного оружия и вынужденным отключением мобильной связи они собираются отсидеться подальше от порта пяти морей, пока там все более-менее не уляжется.
Вынесенное в название жаргонное слово, общий кожано-курточный антураж и лицо Владимира Вдовиченкова, как ни крути, памятного по «Бригаде», настраивает на вполне определенный лад. Виделось лихое многоцилиндровое кино с оглядкой на криминальных киноавторитетов недавнего прошлого, постмурзенковской феней и ненатуральной, как и все остальное, стрельбой в белый свет как в копеечку. Плюс саундтрек Сергея Шнурова, от которого возможно ожидать как надмирных откровений, так и вполне поточной халтуры в духе рекламных радиоджинглов (к слову, музыка в «Бумере» поделена на «откровения» и «джинглы» примерно поровну). На деле же оказалось, что «Бумер» не только не похож на отечественную продукцию последнего времени, но даже и на самого себя в первом приближении. Назвать фильм боевиком или криминальной драмой язык не повернется, а определение «роуд-муви», встречающееся едва ли не в каждой из уже опубликованных рецензий, обозначает все-таки место, но не обстоятельства действия. Стрельба, впрочем, есть, и рукоприкладство тоже, но пресловутого «экшена» здесь не больше, чем в дворовой потасовке за гаражами. Как и почему четверка оказывается в чужой машине и что именно их ждет, останься они на месте, -- не очень понятно, да и неважно. Ибо сев в ворованную «катафалку», Кот, Килла, Ошпаренный и Рама уже попрощались с привычной для них жизнью. Далеко бежит дорога -- впереди веселья много.
750-я модель BMW, конфискованная у невесть чем проштрафившегося коммерсанта (виновного, впрочем, хотя бы в том, что являлся владельцем подобной роскоши передвижения), не просто банальная «тачка». Она кровная сестра стивенкинговской ревнивице Кристине, она почти что разумна и на равных является пятым участником неорганизованной преступной группировки: может выручить, может подставить... Второе, впрочем, куда вероятнее. Черный-черный гроб на колесах и с музыкой. Который не может вывезти никуда, кроме как в обледенелые пространства Родины-Смерти. Вырулив за московскую окружную, «бумер» и его пассажиры оказываются на территории, где не действуют привычные законы пространства-времени, где стрелки часов вот-вот начнут вращаться в разные стороны, а мобильными телефонами можно забивать гвозди -- пресловутый «поиск сети» ничего не даст: в вакууме абсолютного покоя радиоволны не распространяются. У них нет даже монеты, чтобы заплатить запредельным стражам на последней бензоколонке реального мира -- впрочем, вполне сгодится и «реальный мафон». Все остальное -- километры бесполезного риска, накручиваемые по местам, не обозначенным на карте. «Бумер» едет по Великому Ничто, которое так легко принять за «глубинку». Все пробелы и провалы в посконном реализме и достоверности «деревенских» сцен кажутся сознательным ходом. Именно так человек видит во сне место, о котором много слышал, но никогда не бывал. Провинциальная Россия «Бумера» сродни той Америке, по которой путешествовали некогда помещик Свидригайлов, поэт-бухгалтер Уильям Блейк и брат якудзы Аники Ямамото. Здесь все случается одновременно, потому что на самом деле ничего не происходит. Все позволено, но ничего невозможно. И финальный налет на захолустную компьютерную фирму (атака на оплот виртуальности весьма показательна, хотя и вряд ли осознанна) происходит только потому, что пассажиры «бумера» хотят окончательно убедиться в том, что всем остальным давно уже очевидно. Этакий кодекс самурая наоборот: умирай так, как будто ты еще жив. За несколько секунд до титров отдает концы и сам «бумер», последним подмигом фар обозначая окончательный и бесповоротный финал истории.
Наверное, это главный фильм о смерти, вышедший у нас за последнее время. Точкам пули в конце не превратиться в обещающее продолжение многоточие. Второго «Бумера» не случится, как бы удачно ни сложилась прокатная судьба оригинала. Правда, предавший братьев Ошпаренный уходит от погони -- но только для того, чтобы навеки застрять на мебиусном треке вечности, где, кажется, не будет ему ни покоя, ни прощения. Или будет -- не нам решать. В конце, когда из зала уже начинает расходиться народ, Шнур хрипит закадрово свое «Никого не жалко». А в голове, вместо этих, казалось, идеально подходящих строк, в голове ворочается совсем другая песня: «Всех мертвых пожалей, теплый ветер, всех гордых пожалей, темный вечер, всех влюбленных пожалей, Свет Предвечный. А наутро улетай к Живому Солнцу».
Мобильный телефон -- даже самый навороченный -- такое не сыграет. А на кинопленке все отпечаталось вполне отчетливо. Станислав Ф. РОСТОЦКИЙ |
