Original Material
Без лишних вопросов
Дмитрий Медведев представил в Таджикистане «большую восьмерку»
Самым ярким впечатлением вчерашнего дня, проведенного в столице Таджикистана, стала незапланированная встреча президента этой страны Эмомали Рахмона с журналистским сообществом, прибывшим освещать четырехсторонний саммит президентов Афганистана, Пакистана, России и Таджикистана. Точнее, беседа г-на Рахмона с одним из журналистов.Эмомали Рахмон стоял в своем великолепном президентском дворце перед красивыми высокими дверями, за которыми открывался вход в зал с круглым столом и четырьмя стульями. Г-н Рахмон стоял и явно скучал, это можно было видеть по его сложенным на животе рукам. Вокруг него в некоторое подобие каре выстроились репортеры. Президент и хозяин встречи -- это чувствовалось во всем его облике -- ждал своих гостей. Они запаздывали. Прошло пять минут, потом еще несколько. Молчание становилось неловким, если не сказать тягостным.
Первым не выдержал российский журналист, фотограф из «Комсомолки» Анатолий Жданов. У него уже был опыт непосредственного общения с г-ном Рахмоном. В прошлом году они минут двадцать говорили про помидоры и урожай на них. Вот и вчера Эмомали Рахмон увидел своего старого знакомого, сидевшего на полу в самом центре журналистского каре. Как вежливый человек, он поздоровался и говорит ему: «На базар-то уже ходили?» «Да надо, -- говорит Анатолий, -- ведь только у вас тут можно купить дешевые дыни». «Конечно, -- поддержал тему президент, -- дыни у нас удались в этом году». «А базар-то у вас когда закрывается?» -- озабоченно, снизу вверх, как и полагается в разговоре с главой государства, решил уточнить фотокорреспондент.
Этот вопрос, кажется, поставил г-на Рахмона в тупик. Он заулыбался, огляделся по сторонам, как будто ожидая услышать подсказку из зала. Но ее не было. И нашел самый правильный ответ: «24 часа работает». И после паузы добавил: «Еще персики и абрикосы надо купить, цены в этом году значительно упали, процентов на 10--15».
После этих слов Эмомали Рахмон широко заулыбался. Наконец появился Дмитрий Медведев.
Таджикская столица встречала вчера российского президента привычной летней жарой и практически полным отсутствием людей на улицах. Только милиционеры и внимательные молодые люди в штатском провожали подозрительным взглядом автобусы с журналистами. И это тоже было вполне понятно, тем более после недавних взрывов у душанбинского аэропорта и дворца президента Таджикистана -- двух крайних точек маршрута, по которым двигался кортеж с гостями.
Некоторые западные коллеги даже позволили себе циничные предположения, что эти взрывы, обошедшиеся, к счастью, без человеческих жертв (ответственность за взрывы таджикские власти тут же переложили на неких боевиков иностранного происхождения, прошедших подготовку в Афганистане), оказались весьма кстати перед четырехсторонним саммитом. Действительно, созданная этими взрывами атмосфера как нельзя лучше подходит к выражению озабоченности скорейшим урегулированием ситуации вокруг Афганистана.
Нечего говорить, что именно такой озабоченностью был пропитан состоявшийся вчера в Душанбе саммит. Продолжался он недолго, не более часа, но ознаменовался подписанием совместного заявления четырех президентов. Они «приветствовали готовность...», «подчеркнули озабоченность...», «придали важное значение...», «отметили необходимость...», «подчеркнули целесообразность...» и «выразили заинтересованность».
Все эти выражения имели отношение главным образом к стремлению помочь Афганистану. Лаконичнее это выглядело в кратких заявлениях, сделанных президентами Таджикистана и России. Эмомали Рахмон сообщил, что афгано-пакистано-российско-таджикская встреча «органично вписывается» в контекст выявленного на недавней встрече «большой восьмерки» в итальянской Аквиле стремления привлекать к решению афганской проблемы соседние страны. А Дмитрий Медведев, единственный участник той встречи, самим своим присутствием подтвердил правильность вывода коллеги. Он как бы говорил от имени саммита «восьмерки», обращаясь к коллегам, которым там не посчастливилось быть: «мировое сообщество выделяет огромные средства на эти цели, и Россия готова вносить посильный вклад в эти усилия».
Президент Афганистана Хамид Карзай, выглядевший вчера несколько необычно без привычного чапана (халата), наброшенного на плечи, скромно поблагодарил за приглашение участвовать в этом важном саммите. Потом его пакистанский коллега Али Зардари добавил: «Все мы, весь мир должен помочь чем только можно народам этого региона». А затем президент Таджикистана, назвав почему-то состоявшееся мероприятие пресс-конференцией, объявил его закрытым. Видимо, он вспомнил, что на один вопрос, о времени закрытии базара, он все-таки ответил.
И только после всего этого началась программа двустороннего визита в Таджикистан президента России Дмитрия Медведева. Встреча в узком составе, встреча в широком составе -- все как полагается. Только вот никакого общения с прессой уже предусмотрено не было. Подобное решение представляется весьма благоразумным. Ведь если рассказывать, даже бегло, о проблемах сегодняшних отношений между Москвой и Душанбе, то может показаться, что речь идет чуть ли не о враждебных государствах, а не о ближайших союзниках по ОДКБ и ЕврАзЭС.
Могли, к примеру, спросить президента Таджикистана о причинах, побудивших его буквально накануне визита российского коллеги издать указ о лишении русского языка статуса языка межнационального общения. Или о том, с чем связано его стремление изменить условия пребывания в Таджикистане 201-й российской военной базы. Могли и у Медведева спросить, когда в России будут обеспечены безопасные условия для иностранных гастарбайтеров и когда там перестанут убивать таджиков. Возможно, кто-то мог бы поинтересоваться, почему Таджикистан не выплачивает достигшую 30 млн долл. задолженность за поставленную Сангтудинской ГЭС электроэнергию. Кстати говоря, именно запуск этой ГЭС в окончательную эксплуатацию и стал поводом для визита Медведева в Таджикистан. Как раз вчера соответствующее межправительственное соглашение заключили вице-премьер РФ Игорь Сечин и первый вице-премьер Таджикистана Асадулло Гуломов.
Сегодня российский президент примет участие в этой церемонии и вместе с Рахмоном посадит там у самого машинного отделения станции деревья. А еще осмотрит оптико-электронную станцию слежения и распознавания космических объектов в Нуреке (больше известна как объект «Окно»), построенную еще в советские времена, а нынче переданную Таджикистаном в аренду России. Среди тех, кто будет сопровождать немногих журналистов, допущенных к ее осмотру, будут «начальник и старший офицер службы защиты государственной тайны «Окна».