| На экранах Москвы вторая часть мультфильма В новом «Шреке» многое иначе -- кроме персонажей, которые появлялись в первой части, но и они те же только с виду. Вместо пародии на диснеевские мультики новый фильм высмеивает штампы Голливуда. Новые сценаристы, которых призвали сочинить продолжение столь понравившейся всем антисказки, вынуждены были перезагрузить обстоятельства заново. То есть тех же щей, да в новый горшок. Шрек снова должен завоевать принцессу Фиону, а Фиона заново полюбить Шрека, для чего в дело была введена Крестная сила в лице Феи. Оказывается, у Феи есть сынок-дебил, которого под видом Прекрасного принца она уже было совсем впарила королевской семье. И так все хорошо шло, брак на мази, и тут на тебе -- тролль Шрек. На счастье Феи молодожены, вернувшись из свадебного путешествия, получают приглашение от родителей: королей с королевой хотят видеть этого человека! Шрек разумно предполагает, что лучше бы им его век не видать, но Фиона скучает по маме с папой и уверена, что муженек-людоед им понравится.
Тут и начинается сказка сказываться с начала, а сценаристы и художники получают возможность спародировать романтические коллизии старого доброго Голливуда. Начиная с его собственных холмов, на которых очень узнаваемым шрифтом красуется надпись Far Far Away. По-русски звучит как Тридевятое королевство. Вообще русский текст оказался вполне забавным, но, увы, ни Эдди Мерфи, ни Антонио Бандераса нам не услышать, так что главный трюк с отождествлением Осла и Кота с озвучившими их суперзвездами в российском варианте не проходит. (Кстати, в новом российском мультфильме «Незнайка и Барабас», который в прокат выходит осенью, мы услышим знакомый голос Геннадия Хазанова, озвучившего Мурзилку, прием освоен, а на результаты посмотрим.)
Кот в сапогах -- лучший персонаж фильма, даже и без Бандероса, голоса которого широкая публика и не знает. Зато повадки этого обаятельного бандита и так понятны, а его неотразимые глазки, которые мошенник умеет вовремя состроить, действуют на всех без исключения.
Главные герои на его фоне выглядят бледнее. Конфликт старого короля с зятем разыгран уж очень ожидаемо, однако все равно взрослым зрителям будет приятно увидеть знакомый по анекдотам расклад отношений (не знаю, как в Америке, а для России уместнее бы выглядел конфликт с тещей, тут уж бы мы посмеялись). Однако даже чтение девичьих дневников с их откровенным мечтами о Прекрасном принце не в состоянии замутить кристальную душу Шрека, который только вот лицом и манерами не вышел, а так -- человек человеком. И не очень понятно чем, кроме политкорректных установок, вызвано упорное нежелание Фионы оставаться вместе со своим мужем в человечьем обличье, раз уж так подфартило и можно отлично вписаться в жизнь Далекого, но уже душевно близкого Королевства. И что за дискриминация по половому признаку -- Фиона, значит, может из любви к мужу стать троллихой, а муж из любви к ней не в состоянии пожить ну не Прекрасным принцем, так хоть Добрым молодцем. Ведь внутренне-то он никакой не тролль уже, а вполне цивилизованный и прирученный мужчина.
Все-таки мне первая часть понравилась больше. В ней Фиона меняла не внешность, а стиль жизни, становилась вместо благонравной Барби отвязной и хулиганистой, неприрученной, неодомашненной, дикой, естественной особью, освободившейся от условностей. Во второй части выясняется, что болото-то ничем от дворца не отличается, только привычки другие. Шрек оказался никаким не панком, а обычным мещанином, довольным сам собой, своим обедом и женой. Эта победа семейных ценностей, возможно, делает фильм более приемлемым с точки зрения буржуазной морали, но мы полюбили его не за это. Голливуд победил свою пародию. Алена СОЛНЦЕВА |
