Slava, музыкант и художник

Премьера клипа на DIS, релиз альбома на лейбле Форда и Лопатина, упоминание в секции «Лучшие новые музыканты» на SPIN. Простое перечисление объективных достижений Славы способно выбить слезу у любого другого молодого русского музыканта, для которого эти сайты являются важными источниками информации. Но здесь стоит оговориться — называть Slava русским в контексте именно музыки не совсем честно. Из Москвы он уехал в 12 лет и не куда-нибудь, а в Чикаго — город, который звучит громче любой ностальгии по дому. Именно там он получил степень бакалавра по математике и заодно вырос в музыканта и художника. Первый понемногу начал записывать собственную музыку и вместе с друзьями основал лейбл Moment Sound Recordings, который, кажется, до сих пор поддерживает. О деятельности же Славы как художника можно получить представление, например, здесь.

Но в свете последних событий говорить имеет смысл в первую очередь о музыке, которая поначалу была скорее экспериментом Славы над собой — причудливо увязанные (и совершенно, казалось бы, разнородные) жанры выполняли роль расходных материалов, через полученный из них продукт слишком явно просвечивал молодой продюсер, накрытый амбициями. Что, впрочем, не помешало ему засветиться на сборниках нескольких примечательных лейблов (например, Mathematics Recordings), а главное — набраться соответствующего опыта и знаний, с которыми и сидя в Чикаго можно было забраться довольно высоко. Слава же решил переехать в Бруклин, и, как выясняется, не зря. Зачастую на месяцы уходя в студийную работу с головой, он начал наконец выстреливать полноценными релизами. Из первых результатов — многочисленные знакомства в продюсерской среде Нью-Йорка и хвалебные (хоть и сдержанно) отзывы на Pitchfork, XLR8R и некоторых других важных ресурсах.

И эта история могла бы быть закрытой — бойкий юноша скрещивает джук, вог и все остальное, что можно приклеить к слову «хаус» и пронести вместе с ним через клубы любой, в общем-то, страны. Перелом, очевидно, произошел тогда, когда Slava, помимо удачных звуковых решений, стал предлагать еще и медийные. Проще говоря, по-настоящему его заметили только тогда, когда он сам вышел из тени. Пара фотосессий в присущей упомянутому DIS футуристичной эстетике, клип с собой в главной роли — и встречайте, что называется, звезду. На деле все, конечно же, сложнее — и то, что за каждым звуком и пикселем, исходящими от Славы, стоит работа, которую многие здешние музыканты до сих пор считают необязательной. Кроме всего прочего, в Нью-Йорке Слава продолжил образование и получил магистерскую степень, но в области уже не математики, а интерактивных телекоммуникаций — и это многое объясняет. И то, что его в итоге подписал лейбл Software, ответственный за самую, пожалуй, вдумчивую электронику последних лет, — не столько удача, сколько симптом. Того, например, что баланс между сложным устройством и яркой внешностью далеко не всегда держится на увлеченности последней.

Альбом Raw Solutions — первый официальный лонгплей Славы, выходит 23 апреля — прежде всего исследование, главный метод которого — вынесение автора за скобки. Нельзя ведь сказать, что Slava проживает свой материал в том смысле, чтобы быть связанным с ним не только через звук, но необходимое в таком случае притворство имеет одни корни с научностью: Славе столь же необязательно сливаться с бруклинским асфальтом, как физику-атомщику ощущать себя распадающимся ядром. Теоретический и технический фундамент, благодаря которому этот уход в сторону возможен, у Славы присутствует — и в избытке. Альбом звучит так, будто записавшему его сначала сделали безумно дорогой маникюр, а потом воткнули по игле под каждый ноготь, или наоборот. И он одинаково понравится сторонникам любой из двух методологий. Боль и роскошь в музыке Slava — явления равно надуманные и продуманные. Именно поэтому альбом, будучи по сути механизмом, разговаривает на человеческом языке без акцента. И искать здесь опасную иронию — себе дороже, гораздо интереснее — видеть в этой двойственности образ неизбежного будущего и как следует к нему подготовиться.