Шапочный разбор

В городе новый скандал, связанный с горзаказом. Чиновники решили приобрести 100 шапок из элитного меха, норки и песца, причем обязательно цельного, а не кусочками, для пациентов психоневрологического интерната. Возможно, душевнобольные люди, находящиеся на попечении у государства, имеют право на роскошь. Если только она уместна на фоне казенных стен и при запасе из двух пар трусов в год, носков за 18 рублей и панталон за 70. В противном случае эксцентричный заказ заставляет усомниться в здоровье самих заказчиков.

Вкус — дело тонкое
Скандальный шапочный заказ размещен на официальном сайте петербургского горзаказа. Сразу девять электронных торгов по закупке предметов одежды для психоневрологического интерната № 2 должны состояться с 10 по 20 августа. К 20-му числу конкурсная комиссия определит будущего поставщика меховых изделий.
Согласно документам, опубликованным в интернете, пациентам интерната требуется 100 недешевых головных уборов. Главное условие — они должны быть сшиты «исключительно из натуральной норки или песца». «Полностью из цельного меха, а ни в коем случае не из кусочков», — отдельно подчеркивается в техзадании. Здесь обозначены конкретные модели и цены. За самую дорогую — «русскую ушанку» — готовы выложить по 9 тысяч рублей за штуку. Таких ушанок планируют купить 60. Модели попроще — «кубанки с хвостом» и классические — стоят 5–6 тысяч рублей. Их психоневрологическому интернату понадобилось 20. И самые бюджетные — «мономахи с ушками» — тут возьмут по 4500 рублей за каждый из 20 необходимых головных уборов. Всего на модные шапки для душевнобольных городские власти рассчитывают потратить около 750 тысяч рублей.
К тому же благодаря неожиданной закупочной активности лечебного заведения 139 проживающих в стационаре станут обладателями цигейковых безрукавок по 7 тысяч рублей. Вкус — дело тонкое. Но вряд ли меховые безрукавки и шапки из норки и песца удачно дополнят гардероб, включающий носки за 18 рублей, трусы за 30, панталоны за 70. Плохо вписываясь в этот стиль, «русская ушанка» завершает образ обитателя клиники для людей с психическими расстройствами.

По Сеньке ли шапка
К осени в целом администрация ПНИ № 2 намерена обзавестись различным бельем и одеждой для 705 подопечных на сумму более 6,5 млн рублей. Солидные затраты объясняют не только расходами на дорогие меха. Помимо них, пациентам обещают и другие предметы гардероба: летнюю и зимнюю обувь, нижнее и нательное белье, выходную и повседневную одежду. Стандартный набор: шерстяные носки за 40 рублей, варежки за 150, шарфы по 300. Ничего вычурного, кроме шапок, какие могут себе позволить не все работающие модницы. Когда в доме семеро по лавкам некормленые сидят, не до норки и песца.
Однако в психоневрологическом интернате на ситуацию смотрят с другой колокольни. Говорят, раньше брали головные уборы из меха подешевле и из кусочков. Но те оказались некачественными и недолговечными. Практичная же цигейка, по утверждениям руководства медицинского учреждения и Смольного, не устраивает дам.
— Во-первых, цигейка — это некая ассоциация с заведениями, где люди находятся под абсолютным присмотром, — убеждена пресс-секретарь Комитета по социальной политике администрации Петербурга Екатерина Майборода. — Во-вторых, у нее нет такой шкалы выбора. Цигейковая шапка как выглядит, так и выглядит. Нормальная женщина 56 лет, которую разбил инсульт, но она может на коляске передвигаться, у нее куча родственников, — она себе на голову цигейковую шапочку нацепит что ли? Или поедет в вязаной? Право слово…
— Это просьба больных, — объясняет необходимость дорогого заказа и. о. директора ПНИ № 2 Константин Кузьминов. — У нас 100–150 человек регулярно выезжают в музеи, театры, любят в «Макдоналдсе» кофе попить, в супермаркет съездить. Что им еще носить?
— Разве интернату не на что больше потратить деньги?
— У нас нет проблем, — уверяет Кузьминов.

Любой каприз за деньги пациентов
В городском Комитете по социальной политике обижаются на вопросы «Новой»: на каком основании администрация ПНИ № 2 тратит бюджетные деньги на закупку дорогостоящих меховых изделий и зачем они подопечным интерната? Но отвечают:
— Что пациенты хотят, то они и вправе заказывать, — заявляет Екатерина Майборода. — Закупка одежды (в частности, меховых шапок) производится фактически за счет средств проживающих в ПНИ, отчисляемых в размере 75% от пенсии на основании договора о социальном обслуживании. Остальное доплачивает бюджет.
С каких пор меха — приоритетная статья расходов в финансировании медицинских учреждений? Лекарства подешевели? Питание улучшилось? Нет других забот?

Большой стране — большие парадоксы
В конце июня этого года петербургский омбудсмен Игорь Михайлов побывал в психоневрологическом интернате № 4 и поделился впечатлениями:
— Права человека напрямую в интернате не нарушаются, но условия жизни людей там удручающие, — отметил Михайлов. — Лежачие подопечные ПНИ не обеспечены даже памперсами и абсорбирующим бельем. Сумма на питание составляет 140 рублей в день, на лекарства — 12.
Два года назад интернат вообще оказался под угрозой закрытия. По результатам проверки пожарной инспекции (после трагедии в Москве, унесшей жизни 45 человек) выяснилось, что ПНИ № 2, а также ПНИ № 3, детский дом-интернат № 1 и Научно-исследовательский психоневрологический институт имени Бехтерева полностью не соответствуют требованиям пожарной безопасности. Инспекторы готовились передать в суд дела о прекращении деятельности всех четырех стационаров. Поскольку считали: положение настолько плачевное, что исправить его самостоятельно нарушители не смогут. Это потребует колоссальных финансовых вложений, которых у медицинских учреждений просто нет.
В марте 2007 года в ПНИ № 3 все-таки случился пожар, во время которого эвакуировали 30 человек. К счастью, никто не погиб. Но насколько здания интернатов соответствуют требованиям пожарных сегодня — вопрос с многоточием. А финансы уходят пока на иные цели.
— Изначально есть направление — например, мягкий инвентарь, — втолковывала корреспонденту «Новой» Майборода. — И деньги, выделенные на одежду, нельзя израсходовать ни на медикаменты, ни на еду.
Одним словом, не судьба. В большой и нескладной стране — большие парадоксы. Не можем сделать ремонт — повесим занавески. Шут с ним с ремонтом — зато пощеголяем в песце.

Нина ПЕТЛЯНОВА
Карикатура Виктора БОГОРАДА

Прямая речь
Роман ЧОРНЫЙ, президент Санкт-Петербургской гражданской комиссии по правам человека, врач, правозащитник:
— Конечно, все пациенты ПНИ ходят в норковых шапках. Даже смешно. Там никогда не бывает нормальных вещей. Если ее и закупают, то зачастую не выдают пациентам. Она лежит на складе. Мы много раз сталкивались с подобными ситуациями. Нам неоднократно рассказывали проживающие в различных ПНИ, как тяжело добиться, чтобы выдали новое белье, если оно порвалось. Особенно одежду. Жаловались, что две пары трусов выдается на год.
Меня очень удивила история с шапками. Если это не какая-то пиар-акция, а шапки действительно закупаются, значит, скорее всего, они едва ли дошли бы до самих проживающих в интернате.
Все это трудно доказать. Но еще совсем недавно пациенты таких учреждений жаловались нам на тотальное воровство. Вплоть до того, что те, кто готовят на кухнях, выносят продукты. А кормят людей неизвестно чем. Например, готовили рыбный фарш, просто целую рыбу прокручивая, и это давали в качестве еды.
Я в первый раз слышу, чтобы кто-то вывозил больных в цирки и в музеи. Может, в каких-то исключительных случаях, один-два раза. Но в принципе это совершенно нехарактерно для этой системы. Крайне маловероятно. Почти исключено.

Справка «Новой»
В Петербурге сегодня восемь психоневрологических интернатов, в которых проживает около 8,5 тыс. человек.
В ПНИ № 2 из 705 проживающих 55% дееспособных и 70% ходячих, подавляющее большинство пациентов — женщины.
В ПНИ № 4 проживают 264 человека, из них 65 недееспособных. Очередь в интернат в 2009 году — 85 человек. Выписывается из интерната в год 2–5 человек, умирает — 50–60.