Наша самочка потеряла руку

Осьминоги как люди и люди как осьминоги

В издательстве «Альпина нон-фикшн» выходит книга Сай Монтгомери «Душа осьминога» — пронзительный текст о головоногих моллюсках. «Горький» публикует небольшой фрагмент из книги.

Когда я приезжаю в океанариум в следующую Чудесную среду, об осьминоге становится известно чуть больше. Это самка. Билл внимательно рассмотрел третью правую руку, которую она стыдливо прятала от нас в день своего приезда, и обнаружил, что она до самого кончика покрыта присосками. «Она весьма бойкая и активная», — говорит мне Билл. Она весит килограмма четыре-пять — больше, чем Кали на момент прибытия, а ее возраст — около девяти-десяти месяцев.

Новенькая прибыла от того же поставщика — Кена Вонга, что много лет назад доставил Джорджа, любимого осьминога Билла.
«Ловля осьминогов — невероятно трудное дело, — рассказывает мне по телефону Кен. — Они неуловимы. А вам нужно найти подходящего для океанариума. Вам не нужен осьминог весом 13–18 килограммов. Это взрослые особи, их нужно оставить для размножения. Слишком мелкие также не подходят». Еще одна проблема состоит в том, что в это время года у большинства осьминогов отсутствует от одной до четырех рук. Дело в том, что у зубатых терпугов — прожорливых хищников весом до 36 килограммов, вооруженных восемнадцатью острыми зубами, — в этот период начинается нерест, и они кусают и задирают осьминогов, чтобы выселить их из логова и использовать его для кладки своей икры. Вероятно, именно так наша самочка и потеряла руку
.
Первые несколько погружений Кен совершил впустую. «Иногда не клюет, прямо как на рыбалке», — говорит он. Наконец во время шестого погружения он нашел особь, достойную аквариума Бостона.

Он заметил ее на глубине около 23 метров. Она скрывалась в каменной горке: снаружи торчало лишь несколько присосок. Кен осторожно прикоснулся к ней — и та пулей вылетела из своей щели наружу, прямо в развернутую сеть.
«Это специальная сеть, сделанная из моноволокна, — объясняет мне Кен. — Она настолько мягкая, что вы можете потереть ей лицо и не повредите кожу. С осьминогами нужно обращаться очень деликатно. Их нельзя просто так взять и вытащить на поверхность, как рыбу, иначе вы можете вызвать у животного шок». Вода на такой глубине может быть на 10 градусов холоднее, чем у поверхности, поэтому Кен переместил осьминога из сети в закрытый контейнер на 189 литров и медленно поднял наверх. Осьминог не пытался сопротивляться и не стрелял чернилами.

Последние шесть недель наш герой жил в аквариуме на 1500 литров: на дне там было много камней и труб, среди которых можно было спрятаться. Уже через три недели он научился подниматься на поверхность, когда Кен хлопал ладонью по воде, принося еду. Особенно ему нравились крабы и головы лосося. Кен кормил его как в дикой природе, не по расписанию. В один день он давал ему одну креветку, а через два дня мог угостить парой крупных крабов. «Но все равно он быстро рос и набирал вес», — говорит Кен. При поимке осьминог весил три килограмма, теперь — почти пять.

Как ему удалось посадить осьминога в пластиковый мешок для транспортировки? «Мне пришлось убедить его, — смеется Кен. — Пытаться засунуть его в мешок силой — бесполезное дело. Он слишком умен и проворен. И у него восемь рук. Это дело небыстрое». Кен спустил из аквариума часть воды, чтобы облегчить задачу, но ему все равно понадобилось около часа, чтобы заманить животное в мешок.
На базе Кена в Британской Колумбии живут еще три осьминога, у которых уже есть хозяева. Один ждет, когда его владелица подготовит специальный аквариум. Второй находится на карантине. Иногда Кен решает отложить доставку до наступления лучшей погоды. Зимой аэропорты часто перестают работать из-за снегопадов и сильных туманов, а осьминог в запакованном полиэтиленовом мешке не выдержит нескольких дней задержки.

Кен рад новостям о своем бывшем питомце. «Приятно слышать, что у нее все хорошо, — говорит он. — Я люблю их всех». Как он относится к тому, что, вылавливая животных в дикой природе, он обрекает их на жизнь в неволе? Он об этом не сожалеет. «Они послы дикой природы, — говорит поставщик. — Если люди будут знать и видеть, какие удивительные животные живут в океане, они будут относиться к проблемам экологии и защиты окружающей среды гораздо осознаннее. Я знаю, что эти животные будут жить в специализированных заведениях в прекрасных условиях, где их окружат заботой и любовью. И множество людей увидит их в самом расцвете сил. И они будут жить долго и счастливо — намного дольше, чем в дикой природе. Словом, я рад за них».
Я пересказываю наш разговор Биллу и Уилсону, пока мы стоим у бочки с новым осьминогом. Она встречает нас шоколадно-коричневой, потом меняет цвет на красный с прожилками розового и шоколадного, наконец окрашивается в светлый желто-коричневый, а ее папилла покрывается белыми крапинками, словно припорошенная снегом.

— Как она вам? — спрашиваю я Уилсона.

— Я бы сказал... она сексуальна! — мечтательно говорит он. — В ней есть что-то такое, что меня притягивает. Как еще описать это чувство? Что-то в ней определенно есть.

Мой откровенный собеседник-инженер определенно настроен на романтичный лад. Это напоминает мне любовь с первого взгляда. Интересно, он чувствовал себя так же, когда познакомился со своей женой? Он просто без ума от своей новой подопечной.
— Вы только посмотрите на ее цвет... на эти узоры на коже... — Уилсон не пытается скрыть своего восхищения. Один из талантов Уилсона — его уникальное цветовое восприятие, которое немало помогало ему в торговле фианитом. Он мог отличить бриллианты от фианитов на глаз, без ювелирной лупы. (Они с коллегой изобрели аппарат для распознавания бриллиантов и фианитов на основе их теплороводности. Однажды они принесли его на вечеринку, и она закончилась разорванной помолвкой.) Возможно, Уилсон способен увидеть в этом осьминоге еще больше красоты, чем я. А возможно, я намеренно закрываюсь от ее великолепия.

Я боюсь, что после смерти Кали мне будет трудно открыть свое сердце для другого осьминога. Кали занимала в нем так много места, и она была такой веселой, требовательной, игривой и ласковой... Но у Уилсона нет такой проблемы.

— Она такая красивая! — повторяет он.

И действительно, она великолепна: здоровая, сильная, переливающаяся всеми цветами радуги.

Криста также в восторге от новенькой. Она заметила маленькую белую «бинди» [точка, которую индийские женщины рисуют себе на лбу] у нее на лбу. «Совсем как у Кали! — сказала она мне. — Я думаю, это хорошая примета».

С момента прибытия новенькой сотрудники и волонтеры горячо обсуждают возможные имена. Поскольку экскурсоводы обычно используют красный фонарик, чтобы показать посетителям спрятавшегося в аквариуме осьминога, один волонтер голосует за Роксану — по имени путаны из популярного хита группы The Police («Роксана! Ты не должна включать красный фонарь!»). Но Билл выбирает другое имя. Он решает назвать ее Карма. Почему?

— Я переселил Кали, и она умерла. Поэтому я был вынужден заказать нового осьминога, — объясняет он. — Это карма.
В западной культуре слово «карма» употребляется как взаимозаменяемый синоним судьбы, рока, удачи, предопределенности или фатума. Билл выбрал это имя, потому что он все еще пребывает в тисках трагедии шекспировского масштаба. В Елизаветинскую эпоху большинство европейцев считали, что судьба каждого человека жестко предопределена положением звезд и планет. Некоторые люди верят в это до сих пор. Но на Востоке понятие кармы несет в себе гораздо более глубокий и созидательный смысл, нежели рок или фатум: она помогает нам обрести мудрость и сострадание. В индуизме карма — это путь к постижению сущности Брахмана, высшего божества, Вселенского «Я», Мировой Души. В отличие от судьбы, ею можно управлять. «Карма — это намерение», — говорил Будда. В индуистской и буддийской традиции под кармой понимается осознанное действие. Карма — это не судьба. По сути, это противоположность судьбы: карма — это выбор.

* * *

Неделю спустя самец пинагора [лучеперая рыба, так же известная как рыба-воробей] по-прежнему обхаживает самок. Он ретиво отгоняет рыжего омара, который осмеливается приблизиться к выбранному им месту нереста. К сожалению, ни одна из самок пока не заинтересовалась его гнездышком. Они равнодушно проплывают мимо, словно маленькие серые дирижабли с широко открытыми глазами, как у удивленных младенцев, и не замечают усилий незадачливого ухажера. Билл по-мужски сочувствует своему питомцу и думает, не стоит ли посадить в аквариум еще одного кавалера, чтобы заставить самок задуматься о продолжении рода.
Между тем в Пресноводной галерее Скотта самец расписной черепахи по имени Киллер влюбился. Но не в самку черепахи, а в солнечную рыбку. Он ревностно ухаживает за ней и никого не подпускает. Стоит какой-нибудь рыбе приблизиться к объекту его любви, как он атакует ее и кусает за плавники. Однажды, когда помощник аквариумиста Эндрю Мерфи проводил экскурсию по галерее, Киллер бросился на дно и убил двух безобидных карпозубых рыбок прямо на глазах у изумленных посетителей.

И пока идет реконструкция Гигантского Океанского аквариума, а в дизайнерских студиях Чарльстона, Массачусетса и Калифорнии изготавливаются новые искусственные кораллы, в пингвиньем бассейне между рыбами разгораются эпичные баталии из-за временных жилищ. У длинноперого губана и крылатки частично откушены хвосты и плавники. Их переселяют в реабилитационный аквариум для восстановления. Но кто был зачищиком и возмутителем спокойствия? Как сообщила мне Криста, сотрудники делают ставки на барракуду Барри либо на темно-серую мурену Томаса. (Ласковая ярко-зеленая мурена Полли вне подозрений.) Как только виновник будет найден, работники изолируют его в огороженной части бассейна, чтобы он никому больше не нанес вреда.

Перевод Ирины Евстигнеевой