Ртутная смерть

Проблемы экологической безопасности, особенно в крупном мегаполисе, да еще в канун трехсотлетия, когда ожидается наплыв и простых и VIP-туристов, могут заставить приутихнуть разговоры о «террористической угрозе». Тем более что экологический терроризм ничуть не уступает терроризму обыкновенному. Несколько килограммов ртути, оказавшиеся на городском асфальте или в канализации, долгая мучительная смерть от отравления парами этого опасного жидкого металла - это, может быть, даже пострашнее захвата заложников...

Отдел Генпрокуратуры по Северо-Западному федеральному округу недавно завершил расследование уголовного дела в отношении четверых людей, любой неосторожный шаг которых мог в августе прошлого года превратить Петербург в огромную ртутную свалку. 25-летний коммерсант Андрей Шустров, 36-летний водитель Игорь Царенков, 49-летний водитель Виктор Коньков и 39-летний директор ООО «ПКФ «Крант» Галина Ёжкина намеревались продать за границу около 160 килограммов ртути. (Еще 65 килограммов хранилось у них про запас - для последующих торговых сделок). Только благодаря ювелирной операции трех спецслужб: отдела ФСБ по Северо-Западному региональному управлению Федеральной пограничной службы России, Оперативно-розыскного бюро Северо-Западного управления внутренних дел на транспорте и УФСБ по Петербургу и Ленинградской области - удалось не только задержать торговцев ртутью с поличным, но и избежать экологической катастрофы.
О том, что группа петербуржцев ищет покупателей на крупную партию ртути, спецслужбы узнали в середине прошлого лета. Но еще раньше, весной 2002 года, в их поле зрения попали три человека, искавшие покупателей на 30 килограммов жидкого металла. С продавцами встретились под видом «заинтересованных в сделке клиентов», но сразу задерживать не стали - сперва было необходимо установить, откуда у них взялось такое количество ртути, да еще и в промышленных контейнерах. В ходе оперативной разработки выяснили, что ртуть достали на территории Петербургского государственного политехнического университета, где она, подлежавшая утилизации после проведения опытов, хранилась без должного контроля.
Троица была задержана, сейчас все они уже осуждены. Однако при проведении оперативных мероприятий в поле зрения сотрудников спецслужб попала еще одна группа продавцов: Царенков, Шустров, Ёжкина и Коньков. Они доставали опасный и дорогой металл там же: в СПбГПУ, в чем им помогал заведующий одной из лабораторий (дело в отношении этого человека прекращено). Большая часть добытой четверкой ртути хранилась ими в специальных контейнерах, хотя и не вся, так что реальная опасность ртутного загрязнения все это время витала над городом, особенно в тех местах, где ее хранили в одном из гаражей на территории СПбГПУ на Политехнической улице, 29.
Оперативники отдают должное «коммерсантам» - торговцы ртутью были не просты. Они конспирировались, проверяли, нет ли за ними слежки, вели себя осторожно и в то же время непредсказуемо. Поскольку с отечественными покупателями Шустров, Царенков, Коньков и Ёжкина дела иметь не хотели, то оперативникам пришлось разработать детальную и тонкую операцию. Покупателей, в роли которых выступали сотрудники спецслужб, решено было представить эстонцами: пришлось расстараться на соответствующие легенде документы, машины с эстонскими номерами (и не какие-нибудь «Жигули», а более соответствующий статусу «Мерседес»). Пришлось организовать видимость приезда «покупателей» в Петербург, их размещения в гостиницах, обеспечить мобильными телефонами с сим-картами эстонских сотовых операторов... Соответствие легенде потребовалось даже в мельчайших деталях: нижнее белье на «покупателях» было с эстонскими бирками, а в ходе одной из встреч с продавцами, чтобы записать телефон в отсутствие листка бумаги, залегендированный опер демонстративно использовал эстонскую купюру.
Наконец, к августу 2002-го торговцы ртутью вроде бы уверились в том, что перед ними серьезные эстонские коммерсанты, способные заплатить за товар 100 тысяч долларов. Требуемую сумму предоставил «Промстройбанк» (все три спецслужбы вместе взятые не располагали столь крупными оперативными фондами). Банк предоставил и ячейку для хранения денег - продавцы настаивали именно на такой схеме расчета. Их человек должен был удостовериться, что деньги в ячейке, после чего позвонить напарникам и сообщить, что товар можно грузить на ошвартованное в Лесном порту специальное судно, якобы зафрахтованное «эстонцами».
Встреча в банке произошла 21 августа 2002 года. Спустя несколько десятков минут после звонка Ёжкиной своим напарникам на подъезде к Лесному порту на Двинской улице операция вступила в решающую фазу. «Девятка», в которой торговцы везли ртуть, была блокирована машинами ОМОНа, и оперативники задержали участников сделки. При этом обычный бытовой термос, в котором перевозили около 5 килограммов ртути, треснул в машине продавцов, и, помимо операции по задержанию, пришлось организовать спешную операцию по обезвреживанию.
Кроме продажной партии в 160 килограммов, было изъято еще 65 килограммов в гараже на территории СПбГПУ, где хранился «товар». Еще 35 килограммов добровольно выдал тот самый завлаб, который поставлял ртуть торговцам. Таким образом, было изъято около 250 килограммов ртути, представляющей нешуточную потенциальную экологическую угрозу. Это изъятие стало крупнейшим на территории России за последнее время. А с торговцами ртутью предстоит разбираться Городскому суду Петербурга.

Александр САМОЙЛОВ