О чувстве дома

Призадумалась, рассматривая фотки замка Галкина: наверно, он собирается жить вечно или наплодить с пяток детей, иначе зачем весь этот собранный по одному-два предмета антиквариат, живопись эта к чему, драконы у входа?

Нет, я рада за него (за них с АБ?), но что-то внутри меня переменилось в последнее время. Ведь еще несколько лет назад, в 2003 году, я точно так же, с любовью, делала шикарный ремонт в своей квартире на Бронной, отпахав на этот ремонт много лет, делая свои авторские шоу в казино и клубах, недосыпая, дико уставая.

Мой покойный муж к тому времени уже пережил два инфаркта, не мог работать, я пахала за нас двоих, и еще накопила денег на столь желанный ремонт, дизайнерскую мебель, джакузи и всякие красивые безделушки, которые я собирала по всему свету для того, чтобы украсить свое «гнездо». Потом Виктор умер, и я поняла, что «гнезда» больше нет. Все эти вазы и картины теперь для меня ничего не стоят. Нет у меня больше чувства дома.

Я всегда удивлялась американцам, переезжающим со своими коробками по всей стране в уже меблированные дома, некоторые из которых — со старинной мебелью, с каким-то своим особым духом. Думала: «Как так люди могут жить? Без своего дома, без того, чтобы оставить что-то детям, внукам, грядущим поколениям?». Моя бабушка, например, в войну голодала, но не продала ни одной «фамильной ценности»: и мама моя, и сестра, и я носим украшения «тех времён», переданные нам по наследству… А что нужно моему сыну с его суетной жизнью, работой от зари до зари и неясными перспективами в будущем? Что нужно всем нам, если мы даже не знаем, что с нами будет завтра?!

И вот я подумала, что американцы, наверно, поступают мудро, не оставляя за собой «хвостов» и передавая наследникам, в основном, лишь банковские счета. Просто они опередили время, подготовились к тому, что ворвалось в нашу с вами жизнь ураганом, сметающим на своём пути так называемые «вечные ценности»…

оригинал