Горизонт планирования завален

Мечтать запрещено. Колонка редакции

На днях мы прогуливались по району с соосновательницей PRTBRT Леной Филипповой. Да, мы потихоньку стали выбираться из дома: то на почту, то в магазин, то просто навернуть круг-другой между московских дворов. Мы болтали, натягивали маски, когда мимо проходили люди, и удивлялись, как все позеленело и запахло.

Раньше в таких прогулках и разговорах из ниоткуда появлялась искра идеи о новом приключении и планах. Можно было дать себе волю и вдоволь помечтать, ритм прогулки всегда раскручивал и визуализировал самые авантюрные идеи. Но тут мы шли, и я поймал себя на мысли: не мечтается. Вообще.

Раньше мечталось и планировалось

А теперь нет. Ковид и его последствия украли наши путешественные мечты. Они просто не приходят либо ограничиваются туманным «когда снимут ограничения».

Не мечтается потому, что у мечтаний не было никаких ограничений. Ты мог на 10 минут перенестись на остров Питкэрн благодаря сервису поиска билетов или задуматься о поездке в Марокко, рассматривая фотографии друзей в ленте Инстаграма. Посмотреть видео Пашковского или Птушкина и решить: поеду на Тибет или Азоры. На эти самые 10 минут мы действительно мысленно переносились в эти места и проживали маленькое мини-путешествие.

При этом можно было в итоге купить билеты и поехать, а можно — просто посмотреть, что сколько стоит, помечтать и забыть об этом. Такое переключение действовало как терапия, выдергивало из жизненного ритма, расслабляло и давало ощущение, что действительность — не стопроцентная и единственная реальность, и где-то есть море, горы и приключения. Именно эта возможность эскапизма сейчас исчезла. COVID-19 завалил горизонт планирования.

Так же было и с идеями, которые часто рождаются в пылу вечеринки. А поехали на Primavera — там самый крутой состав артистов за последние пять лет; а поехали на биеннале RIBOCA2 в Латвию, там точно будет круто; а поехали на Памир… а поехали в Архангельскую область… Часто таких мечтаний было достаточно для совместно пережитых эмоций. Никто никуда не ехал, но приятное ощущение оставалось. «Помечтали — и как будто съездили», — говорит мама Лены. Ну, а иногда такие обсуждения и правда складывались в крутые поездки.

Сейчас почти исчезли встречи с друзьями, исчезли и общие мечтания. Как там совместные чаты с планами и ссылками на дешевые билеты? Друзья максимум вяло обсуждают аренду дома недалеко от города.

Оказывается, горизонт планирования давал бесконечные возможности для будущего, в том числе и несбыточного. И все эти идеи помогали нам преодолеть бессмысленность существования, экзистенциальные кризисы, да и просто надоевшую рутину или унизительные шесть месяцев зимы в средней полосе России. Теперь же гипотетическая возможность помечтать разбивается о факт непонимания, как долго эта ситуация продлится и что будет даже в отдаленном будущем. Даже билеты, даже по ультрапривлекательным ценам сейчас не мотивируют: «Самокатус» провел опрос во время распродажи авиакомпании «Победа», где билеты реально стоили по 500–1000 рублей. 59 процентов опрошенных ответили: «В пандемию только распродажи и устраивать. Никуда не поеду». Так же ответил и я, кстати.

Что будет ждать нас там, когда мы все-таки поедем?

В той же прогулке я по старой привычке предложил Лене сгонять, условно, в Калининград. С первого июня он вроде должен был открываться, да и билеты «Победа» выкинула невообразимо дешевые. А потом сам развернул мысль: а что я там получу? Что там останется от Калининграда, о котором я читал в путеводителях и слышал от друзей? От этой мысли стало еще печальнее, ведь она легко проецируется на весь мир. Там может быть абсолютно другой Калининград с закрытыми заведениями, правилами социального дистанцирования, никаких массовых мероприятий, шумных баров или музыкальных концертов. Зачем тогда вообще ехать?

Как-то в ночи я слушал подкаст 34travel о будущем путешествий. Было интересно узнать, что думают обо всем этом Антон Кашликов и Кася Сыромолот, мне нравятся эти ребята. Антон сказал, что первым делом он отправится в любимое место Стамбула, выкурит там кальян, хотя в Минске даже не помышляет о таком занятии.

В этот момент мне подумалось немного о другом: а какими я найду места, которые так любил и в которые мечтаю вернуться? А места, в которые мечтал попасть? Сразу представляется суровая постковидная реальность, в которой столетнее итальянское кафе уродуют пластиковой загородкой и размечают пол скотчем для соблюдения дистанции. В худшем случае заведение и вовсе будет стоять заколоченным и ждать своей очереди стать «Старбаксом». Многие культовые места исчезнут безвозвратно.

На этом фоне хрестоматийно выглядит заявление известного петербургского бара «Фарш и бочка». Они решили закрыться не из-за проблем с финансами, а потому, что сама концепция заведения не предусматривает социальной дистанции. Подобное заявление сильно резонирует с тревогой и сразу проецируется на все прекрасные места, которые тоже не подразумевали социальную дистанцию (как же она надоела!) и в которых я так и не успел побывать. Fear of missing out доселе невиданного уровня.

Получается, в ближайшие месяцы, даже если авиасообщение и откроется, то в месте прибытия будут те же недопрогулки, закрытые заведения и косящиеся на редких туристов местные жители.

Кстати, никто не говорит о местных жителях. Мы даже не можем себе представить, как теперь будут реагировать на туристов в разных городах и странах. Останутся ли они интересной диковинкой и хотя бы ходячими кошельками или превратятся в потенциально опасных переносчиков заболеваний? Во многих странах на путешественников на старте пандемии реагировали крайне недружелюбно. И ладно, страны с высоким уровнем образования, предупреждения о последствиях COVID-19 и забота государства. Что будет с людьми из густонаселенных, не очень богатых, не очень образованных, но доселе дружелюбных мест? Звучит пугающе. Сама суть городских путешествий, спонтанного исследования в попытке найти что-то любопытное рискует стать недоступной или попросту опасной.

Ах да, еще новости

Да, новости из серии «Япония будет платить туристам 169 евро за путешествие по стране» (нет, не будет), «страна X открывается для туристов» (но не для россиян, когда для россиян — неизвестно) и другие. Десятки в день, без единой хорошей новости лично для каждого из нас. А часто и без какой-либо информации в принципе: «МИД, представитель, туроператор, владелец авиакомпании заявил, что не знает, когда все это кончится». От этого начинаешь терять не только доверие к новостям, но еще и веру в то, что все когда-нибудь откроется, полетит и запустится. За каждым новостным материалом прячется ложная надежда, а в дополнение к ней часто дезинформация, ошибочная интерпретация или вовсе фейк. При этом не читать новости невозможно, ведь кажется, что вот-вот все будет как прежде, только чуть-чуть по-другому.

Все эти мысли — о реальных последствиях, которые мы будем находить в мире и своем отношении к путешествиям в постковидную эпоху путешествий. Мир восстановится, это очевидно, самолеты полетят, люди поедут, отели откроются. Но вот что будет в тех местах, куда мы приедем, каким мы найдем этот новый, постковидный мир — это по-настоящему неизвестно.