| На минувшей неделе случилось два знаменательных события в жизни партии "Единая Россия", способных стать началом ее конца. Или в лучшем случае поводом для корректировки политических повадок единороссов.
Во-первых, партия власти, по определению исполняющая все указания кремлевской администрации и правительства, не решилась голосовать за доверие кабинету Михаила Фрадкова. Во-вторых, с момента победы на думских выборах в декабре 2003 года исключительно увеличивавшая свои ряды думская фракция "Единой России" понесла первую потерю. Из нее вышел, а потом уже задним числом был исключен прошедший в Думу как одномандатник глава Российской партии пенсионеров Валерий Гартунг.
Казус Гартунга заслуживает особого внимания. Человек объявил о выходе из конституционного думского большинства, сославшись на бессмысленность пребывания в его рядах. Это слово "бесмысленность" -- ключевое для судьбы "Единой России".
Когда у партии, как это мы видим у "Единой России", нет никакой идеологии, которую заменяет личность президента, и никакого электората, который заменяют избиратели президента, люди вступают в нее исключительно из корыстных соображений. Они хотят получить за свое механическое, безропотное подчинение хозяевам новую или хотя бы сохранить прежнюю должность, обеспечить прикрытие своему бизнесу. Проще говоря, конвертировать членство в инкубаторской партии-пустышке во власть и (или) собственность.
Весь политический смысл пребывания в искусственной партии власти -- пристроиться к этой власти, если она сильная. Но власть очевидно начала давать слабину. Неудачная внешнеполитическая кампания по выборам президента Украины и не менее провальное начало монетизации льгот внутри страны разморозили реальную, а не искуственно конструируемую в умах нанятых политтехнологов политическую жизнь в России. Та же Российская партия пенсионеров, которая не смогла преодолеть 5-процентный рубеж на думских выборах, после этого почти повсеместно попала в региональные парламенты. И г-ну Гартунгу в ситуации, когда фракция "Единой России" вынуждена делать выбор между создавшей ее властью и реально не согласным с этой властью по конкретному социальному вопросу народом, действительно нет смысла оставаться в стане единороссов. То, что еще недавно казалось индульгенцией или знаком престижа, теперь постепенно становится компрометирующими связями.
При малейших признаках дальнейшего ослабления исполнительной власти единороссы начнут бежать из партии, как крысы с тонущего корабля. И уже сейчас начинается активная внутрипартийная грызня на локальных участках, например в борьбе за пост губернатора Саратовской области, которого будут назначать, или губернатора Ненецкого автономного округа, которого еще успели избрать. В каждом из этих случаев среди членов партии власти произошел раскол из-за желания конкретных единороссов получить от своего членства конкретные личные преференции.
История с «Единой Россией» -- самым удачным пока проектом построения правящей партии сверху -- уже сейчас должна стать поводом для размышлений тех людей, которые искренне полагают, что всю политическую и экономическую реальность в стране можно конструировать в уютных кабинетах с бесшумными ковровыми дорожками. Виртуальная партия впервые столкнулась с противоречащей ее инструкции по применению политической реальностью. И, значит, неизбежно подошла к точке выбора: либо с упорством хорошо отлаженного робота бездумно выполнять команды власти, либо все-таки обрести человеческие черты. Попробовать выразить хоть одну собственную мысль, поиметь хотя бы видимость собственного взгляда на вещи, высказать хотя бы намек на свое отношение к действительности.
С виртуальными партиями легко и приятно работать, когда и если в стране ничего не происходит. Но такого, чтобы в какой-то стране вообще ничего не происходило, не бывает. Поэтому виртуальные партии становятся бессмысленными для их корыстных активистов в одночасье -- при первом же соприкосновении карточного домика даже со слабыми порывами политического ветра. Семен Новопрудский |
