| «Реальная любовь» на московских экранах Сценарист Ричард Куртис, дебютировавший в этом году в режиссуре, являет в своем лице один из заводов-гигантов британской кинопромышленности. И половины его послужного списка хватило бы на солидную биографию для нескольких человек: именно он придумал в свое время для Роуэна Аткинсона мистера Бина и Эдмунда Блэкэддера, эсквайера, именно он написал сценарии для главной британской комедии девяностых «Четыре свадьбы и одни похороны» и не такой главной, но все равно крайне приятной и непошлой картины «Ноттинг Хилл» (и там, и там играл Хью Грант), именно он придумывал телешоу для Робби Уильямса и уже дважды переработал для экрана дневники Бриджет Джонс.
Своим собственным фильмом он продолжает скорее центральную, романтически-хьюгрантовскую линию, хотя и для Аткинсона в «Реальной любви» нашлась парочка уморительных эпизодов. Куртис сплел предпраздничную гирлянду из жизни восьми очень разных лондонских пар за месяц до Рождества -- с тем, разумеется, расчетом, чтобы пустить ток в самый сочельник. В предпраздничную кутерьму ввязываются представители всех слоев английского общества. Парочка незнакомых статистов на съемках не то учебного, не то просто очень глупого порнофильма трогательно и стеснительно пытается наладить отношения прямо в процессе съемок; рыхловатый писатель (Колин Ферт) вступает в сложноорганизованные (и тоже крайне целомудренные) отношения со своей португальской домохозяйкой (Люсина Мониц) -- их роман ограничен вдобавок и трудностями адекватного перевода; недавний вдовец, слишком занятый своими переживаниями (Лайам Нисон), обнаруживает, что его маленький сын вулканически переживает первую школьную любовь, а тут и сам начинает присматриваться к матери его одноклассника, похожей на Клаудию Шиффер (Клаудиа Шиффер); дивной красоты красавица (Кира Найтли) выходит замуж за афроангличанина, не подозревая, что их общий друг на свадьбе снимал только ее -- и не просто так... Кроме того, в дело вступает новый британский премьер-министр (Хью Грант), обладатель самой дурацкой прически из всех, что доводилось видеть на экране со времен Микки Рурка в «Годе дракона», -- глава государства теряет голову из-за секретарши (Мартин Маккатчен) и даже ссорится из-за нее же с американским президентом (его блистательно и безжалостно сыграл Билли Боб Торнтон). Есть еще сестра премьер-министра (Эмма Томсон), которая небезосновательно подозревает, что ее муж (Алан Рикман) посматривает налево (точнее -- на свою решительно настроенную ассистентку), и простая служащая (Лора Линни), отягощенная заботой о психически неуравновешенном брате и тем не менее заглядывающаяся на молодого идеального сослуживца-мачо (Родриго Санторо)... И ни в коем случае нельзя забыть об извлеченном на свет из пронафталиненного шкафа рок-певца, легенды позапрошлой декады (Билл Найи), который в прямом эфире заявил, что если его рождественская кавер-версия песни Элвиса попадет в хит-парад, то в следующий раз он выступит по ящику голым. А потом подумал и добавил -- специально для юных зрителей: «Дети, никогда не покупайте наркотики! Становитесь рок-музыкантами -- и вам будут приносить их бесплатно!» Но даже этот субъект найдет под елкой свое счастье.
«Реальная любовь», как и любой фильм ему подобный, может сработать только один раз в году -- в те самые последние предпраздничные недели, когда вот-вот откроют елочный базар и вроде бы уже пора писать список подарков, но при этом нужно доделать все дела, чтобы не брать их с собой в новый год. Внимание рассеивается, критерии снижаются, на глаза падает пелена спокойного довольства. И кино срабатывает беспроигрышно. Все два часа не покидает ощущение, что в фильме абсолютно все хорошо и складно, что все герои выглядят абсолютно живыми и уютными, что все знаменитости играют в самую полную силу. Вряд ли так оно и есть. Но сопротивляться обаянию симпатично придуманных мини-драм, большинство из которых закончится очень хорошо и неправдоподобно, нет сил. В этом «Реальная любовь» похожа на школьный спектакль, на котором в финале собирается волею почти диккенсовского чуда едва ли не все герои. Ну и что, что на самом деле у яслей, осененных Вифлеемской звездой, и в помине не было Омара и Осьминога (в этих костюмах детишки почему-то разыгрывают рождественскую мистерию). Главное -- малыши очень старались. И на морепродуктах из папье-маше явственно отражается неземной свет грядущего праздника. Станислав Ф. РОСТОЦКИЙ |
