Намордник для собаковода

Если против жестокости догхантеров в обществе периодически поднимается волна возмущения: о них пишут в СМИ, зоозащитники пытаются их ловить своими силами, то владельцы серьезных собак, принципиально игнорирующие поводок и намордник, практически всегда остаются безнаказанными.

Чаще всего тема нападения домашних собак на людей или поведения самих собачников проскальзывает в прессе короткой строкой, например: «В Выборге собака, натравленная хозяином из хулиганских побуждений, искусала мужчину. Пострадавший с травмами лица госпитализирован. Причины произошедшего выясняются». А дальше все спускается на тормозах

Узаконенный террор

В том, что натравливать собак на людей можно совершенно безнаказанно, легко убедиться после анализа российского законодательства. В Уголовном кодексе отсутствует наказание для лица, натравившего на человека своего пса. Как сообщил «Новой» начальник Управления информации ГУ МВД по Санкт-Петербургу и Ленинградской области Вячеслав Степченко, «уголовная ответственность в случае нападения домашних собак на людей в Российской Федерации не предусмотрена… В случае нападения домашних животных на людей сотрудниками полиции оценивается роль владельца данного животного, в отношении которого в определенных случаях могут усматриваться признаки противоправного деяния».

Если же вы не согласитесь с мнением полиции по части «противоправности» действий собаковода, то, возможно, обратившись в суд, вы и получите какую-то компенсацию за изуродованное собакой лицо. Предварительно, правда, сильно потратившись на адвоката.

На сегодня самым страшным наказанием для собачника, налагаемым государством по умолчанию, является… административный штраф. Если на территории Петербурга его размер просто смешной – 2000–5000 руб., то в Ленобласти он откровенно издевательский – 150–1000 руб.

Как гласит Закон «Об административных правонарушениях в Санкт-Петербурге» № 273-70 от 31.05.2010, ст. 8, ч. 1, «натравливание (понуждение к нападению) собак на людей и животных», а также выгул без поводка и намордника, «повлекший причинение вреда здоровью», карается штрафом в размере 4–5 тысяч рублей.

Если человек снял намордник со своего пса, натравил его на прохожего и тот получил «вред здоровью», то в худшем случае он заплатит 5 тысяч. Если же собака не укусила, а просто напугала прохожих, разгуливая без поводка и намордника, то хозяину грозит 2–4 тысячи. Правда, чтобы этот штраф взыскать, нужно, чтобы нарушение зафиксировали сотрудники полиции, для чего им необходимо: 1) оперативно прибыть на место происшествия; 2) установить личность собаковода. Как показывает практика, и то и другое маловероятно.

Спасение пострадавших – дело самих пострадавших

29 октября Мария В. пыталась вызвать полицию к владельцу крупной собаки, хозяин которой притравливал ее на уток в городском саду им. 9 января. Пес с громким лаем носился по берегу, распугивая мам с колясками. На предложение это прекратить собаковод ответил руганью и угрозами.

Полиция на вызов приехала спустя полтора часа, и то после третьего звонка в 02. Прибывший наряд предложил Марии сесть в их машину и ехать в 31-й отдел писать заявление. На ее просьбу сначала обойти парк (возможно, нарушитель еще там) в полиции ответили отказом, однако заявление приняли, предупредив о стопроцентной вероятности отказа даже в проведении проверки.

Выходит, чтобы наказать наглого собачника хотя бы мизерным штрафом, жертве нужно, рискуя своим здоровьем, преследовать его до дома? Два года назад мне пришлось полтора часа следовать за компанией людей с бультерьерами, чтобы довести дело до административного протокола.

При этом один из собаководов угрожал «переломать мне ноги» за то, что я осмелилась указать хозяевам на отсутствие у бультерьера поводка и намордника. Участковый обещал передать материал в комиссию по административным делам при администрации Невского района, однако так и не сделал этого. А очень скоро суд и вовсе освободил полицию от обязанности составлять «антисобачьи» протоколы.

В мае 2013 года Петербургский городской суд счел, что составление полицией протоколов в соответствии с законом «Об административных правонарушениях в Санкт-Петербурге» «противоречит федеральному законодательству». Поэтому теперь «сотрудники полиции не наделены полномочиями принимать решения по административным правонарушениям вышеуказанного закона» (из ответа В. В. Степченко. – Ред.).

Каков же теперь алгоритм борьбы с собаководами-нарушителями?

«При получении обращений граждан о нарушениях, предусмотренных законодательством в данной сфере, сотрудники полиции выезжают на место правонарушения для прекращения противоправных действий». Сколько именно было таких выездов, Степченко сообщить не смог, так как «статистики по таким выездам не ведется». Соответственно, в МВД нет информации ни о количестве протоколов, ни о количестве штрафов.

Алгоритм

Видимо, история в парке им. 9 января возымела действие на 31-й отдел, потому что спустя всего несколько дней на том же самом месте был получен первый опыт оперативного приезда полиции по «собачьему» вызову. Женщина гуляла с крупной собакой на длинном поводке без намордника и отказывалась подтягивать его даже тогда, когда собака кидалась на прохожих. Граждане вызвали полицию, которая приехала через 15 минут.

Поскольку намордника не было не только на собаке, но и в кармане владелицы, правоохранителям пришлось зафиксировать нарушение. Правда, фамилию собачницы «установили» с ее собственных слов. Паспорта при ней не оказалось. В таких случаях по правилам сотрудник полиции должен отправиться вместе с нарушителем за паспортом к нему домой.

Ведь если собачница соврала, то все мероприятие теряет смысл. Ее пожурили, потребовав убираться из парка и больше без намордника там не появляться. Далее, по словам сотрудников, материалы выезда будут переданы местному участковому. Но «он ее и читать не станет, а сразу перешлет в администрацию Кировского района».

Надо признать, что нам известно одно «собачье» дело, доведенное до штрафа. В сентябре в Выборгском районе Ленобласти на 500 (!) рублей был оштрафован Дмитрий Громов, который прогнал общественную инспекцию с захваченного им берега озера с помощью азиатских овчарок. Добиться штрафа удалось лишь потому, что свидетелем нарушения был и. о. начальника 89-го отдела полиции Михаил Свидинский.

Депутат ЗакСа СПб Александр Кобринский:

- Я не думаю, что нужно ужесточать законодательство. Проблема – в психологии полицейских, которые в принципе не хотят заниматься вопросами общественного порядка. Это касается не только собак. Точно так же не работают, например, положения о запрете распития пива в общественных местах, о запрете курения на остановках, о тишине в ночное время и т. д. Более того, полиция одинаково отмахивается от тех, кто пострадал от собак, и от тех, чьи собаки пострадали от догхантеров. Пока не изменится психология полицейского, никакие законы работать не будут. Ситуация осложняется еще и тем, что функция составления протоколов по делам об административных правонарушениях, предусмотренных региональными законами, теперь передана властям регионов, а они к этому не были готовы. Надеюсь, что, когда процесс передачи завершится, хоть что-то улучшится».