Сумерки нацлидеров

В начале XXI века Россия в который раз мучительно пытается разрешить «дилемму вождя нации». Парадокс в том, что эта мнимая загадка авторитарного сфинкса была успешно разрешена человечеством еще в прошлом столетии… При этом в драматургии взаимодействия народов и тиранов всякий раз угадывалось что-то общее, «типовое», хорошо различимое на примере Бенито Муссолини — одного из первых и самых ярких диктаторов XX столетия.

В отличие от многих политических экстремистов начала XX века Муссолини не был человеком идеи. Его единственной идеей был он сам, а точнее — идея абсолютной личной власти, облеченной в форму однопартийной диктатуры: «Наша программа проста. Мы хотим управлять Италией…»

«Свобода не цель. Это средство. Как средство, она нуждается в контроле и управлении»
Муссолини с легкостью брал от каждой «большой идеи» — социализма, консерватизма, католицизма — ровно то, что было полезно для захвата и удержания власти в данный момент: «Только идиоты и мертвецы не меняют своих убеждений. Мы разумные люди, и мы их меняем». И вообще: «Фашизм основан на реальности, большевизм — на теории». Так возник один из самых прагматичных и «умеренно кровожадных» тоталитаризмов XX столетия.
Разумеется, когда это требовалось, итальянский фашизм прибегал к политическому насилию, которое Муссолини принципиально ставил выше права и закона.
Главным врагом Дуче была политическая свобода. А конкретно — парламентаризм, о котором Вождь отзывался более чем пристрастно: «Я всегда был уверен в том, что для спасения Италии надо расстрелять несколько десятков депутатов. Я верю, что парламент — бубонная чума, отравляющая кровь нации. Ее нужно истребить».
Опасность парламентской демократии по Муссолини состояла в том, что она формировала у общества ложное отношение к власти как к «наемной рабочей силе»: «Демократия — это правительство, которое дает или пытается дать народу иллюзию того, что он является господином». Муссолини же исходил из того, что «Не нация создает государство. Наоборот, государство создает нацию».
И в этой связи задача Вождя в том, чтобы не оглядываться на сиюминутные настроения «толпы», мудро формировать нацию, управляя беспрекословно подчиняющейся ему государственной вертикалью: «Все министры и их заместители — это солдаты. Они идут туда, куда их направляет глава правительства, и останавливаются, если я приказываю остановиться». И безжалостно все индивидуальное и частное, что мешает государству реализовать его великую миссию: «Суть фашизма заключается в том, что это политическая система, при которой интересы государства ставятся выше интересов личности».
При этом интересы государства должна выражать не вся национальная масса, но лишь ее лучшая часть, возглавляемая Вождем — Муссолини находился под влиянием идей Вильфредо Парето о том, что власть всегда захватывает активное меньшинство…
В 1923 году с подачи фашистов через парламент был проведен закон, по которому партия, набравшая на выборах относительное большинство голосов (но не менее 25%), автоматически получала 66% мест в парламенте. В следующем году, собрав, хотя и с колоссальными нарушениями, около трети голосов, фашисты захватили контроль над парламентом.
Социалист Джакомо Матеотти, требовавший аннулировать результаты выборов, был похищен фашистами и убит. По стране прокатилась волна протестов. Италия как будто на миг прозрела. Позже Муссолини признается, что, если бы оппозиция решилась тогда свергнуть его, ей бы это удалось. Но этого не случилось…
В следующие годы Муссолини продолжал шлифовать «вертикаль». На место выборных мэров пришли назначенные сверху «подеста». Все партии, кроме фашистской, были запрещены. Парламент перестал выбираться. Вместо этого Большой фашистский совет, назначавшийся лично Дуче, составлял единый список кандидатов, который затем утверждался путем всенародного плебисцита.
Номинально в государстве сохранялся «дуумвират» Дуче и Короля. Но во всех принципиальных вопросах победу одерживал, конечно же, Вождь.

«Я сделал диктаторство благородным. Фактически я и не был диктатором, поскольку моя власть — это не более чем воля итальянского народа»
Муссолини искренне верил в то, что способен дать нации все то, чего она страстно жаждет, получив взамен ее вечную любовь и верность: «Толпа любит сильных мужчин. Толпа как женщина». Дуче-летчик, Дуче на коне, Дуче на лыжах, Дуче на мотоцикле, Дуче с обнаженным торсом, Дуче в трусах, играющий в бадминтон, — эти фотографии, картины и скульптуры обильно посылались нации как бесконечные и бессрочные валентинки…
Независимая пресса, само собой, была зачищена. Муссолини лично отбирал газетных редакторов и ввел негласный запрет на журналистскую деятельность без одобрительного сертификата от фашистской партии. Но формально в стране сохранялась «свобода СМИ».
Массированный пиар подкреплялся вполне реальными помпезными делами.
Вам нужны работа и забота?
Пожалуйста! Вот вам «Битва за хлеб»: циклопическое осушение Понтийских болот, строительство 5000 новых ферм и нескольких новых сельскохозяйственных городов (!). Вот четырехкратное — всего за 8 лет! — увеличение числа клиник и больниц…
Вам обидно за державу? Срочно поднимаем ее с колен!
Завоевываем Эфиопию (с использованием горчичного газа и фосгена) — разумеется, ради ликвидации там рабства! — и объявляем о возрождении Римской империи.
Оккупируем Албанию.
Начинаем войну против Греции…
Правда, с войнами в итоге выйдет незадача — придется порвать с Англией и Францией и примкнуть к державам Оси «Берлин — Токио», что кончится для фашистской Италии печально.
Но ведь как все эффектно и здорово начиналось!..
Вас пугает мафия? Замочим ее раз и навсегда!
И вот на юге Италии разворачивается что-то вроде «контртеррористической операции». В осаду берутся целые города, широко применяются пытки, женщин и детей берут в качестве заложников, обязывая подозреваемых сдаться. Через какое-то время официально заявляется, что с мафией в Италии покончено.
В общем, Муссолини успешно справлялся — или удачно делал вид, что справляется, — со всеми вызовами. Кроме одного — вызова времени…
Толпа, быть может, и вправду женщина. Но эта женщина — вечно молода. А Вождь — увы, стареет и все больше надоедает. Особенно если вступает в полосу фатальных старческих неудач...
10 июля 1943 г. англо-американские войска высадились на Сицилии. К этому времени от былого авторитета Дуче — и в «верхах», и в «низах» — уже мало что оставалось. И потому вместо того, чтобы броситься в ноги к Вождю с заверениями о готовности умереть вместе с ним или хотя бы с нижайшей просьбой о сепаратных мирных переговорах — его попросту свергли.
Вечером 24 июля 1943 года был созван Большой фашистский совет, на котором по инициативе президента Палаты фасций и корпораций Дино Гранди (что-то вроде «Грызлова и Миронова в одном лице») было решено просить короля взять на себя командование всеми вооруженными силами. А вечером 25 июля Виктор-Эммануил предложил Дуче подать в отставку с поста премьер-министра, бросив ему в лицо: «Надеюсь, вы не испытываете иллюзий в отношении того, как к вам относятся итальянцы. Вы самый ненавистный человек в Италии». При выходе из дворца Муссолини был арестован.
Его политическая агония, впрочем, продлилась еще почти два года: эсесовец Отто Скорцени вскоре освободил Дуче из-под ареста, и на севере Италии под его началом ненадолго возникла марионеточная Итальянская социальная республика, более известная как Республика Сало...
Сам Вождь, однако, никаких иллюзий в эту пору уже не питал: «Моя звезда упала. Я работаю, и я стараюсь, но знаю, что это все — всего лишь фарс… Я жду конца трагедии — я не чувствую себя больше актером. Я чувствую, что я последний из зрителей», — произнес он в одном из последних интервью.
Трагический финал Муссолини, его юной возлюбленной Клары Петаччи и нескольких соратников, оставшихся верными Вождю, хорошо известен. Думаю, нет нужды рассказывать о нем подробно…

Статья открывает цикл материалов, в которых речь пойдет об узнаваемых чертах авторитарных правлений, уверенно заявивших о себе и затем канувших в Лету, на протяжении XX века.

Даниил КОЦЮБИНСКИЙ