Original Material
Карнавал доносов
«Театро Ди Капуа» снова смело вступает в воды исторической документальности спектаклем «Слово и дело», премьерные показы которого начались в Петербурге.
Перед началом спектакля режиссер Джулиано ди Капуа вышел к зрителям и произнес пламенную речь. В вольном переводе она звучала так: нынешнее положение вещей в России берет свое начало во времени, о котором идет речь в спектакле, в XVII веке. Благодаря династии Романовых, точнее, в эпоху правления Алексея Михайловича, сына первого царя этой династии, начались искажения в психике народа, утратившего собственную волю в бесконечной покорности перед вертикалью власти. «Слово и дело» – попытка напомнить нам о корнях, из которых выросли современные цветочки и ягодки.
Практика доносительства законодательно укоренилась в России, когда в 1649 году «Соборное уложение» впервые в истории русского права определило для государственных преступлений статью за действия, направленные прежде всего против государя. Произнесенное вслух словосочетание «слово и дело» служило сигналом о желании указать на государственного преступника. Доносить обязаны были все, даже близкие родственники друг на друга, недоносительство каралось смертью. Донос стал делом не только почетным, но и весьма выгодным: доносивший получал имущество того, на кого он тайно стучал (если докажет правоту своего навета). В эпоху религиозного раскола донос оказался орудием не только классовой, но и идеологической борьбы. Все противники церковной реформы патриарха Никона подвергались проклятию, пыткам, именовались раскольниками и еретиками. Их ссылали в Сибирь, сжигали заживо, истребляли тысячами.
Автор идеи спектакля актриса Илона Маркарова, заручившись поддержкой историков, самостоятельно отбирала тексты и переводила их со старославянского. В результате адаптации на современный язык мы слышим в спектакле прямую речь патриарха Никона, протопопа Аввакума, боярыни Евдокии Урусовой, Богдана Хмельницкого, Семена Дежнёва, многочисленные челобитные, доносы и даже заговоры – об успокоении души, на богатство, на прощение.
Игра в вербатим
Театр любит поиграть в «документальный», любит творчески обыграть дословное. Вспомнить хотя бы всемирно известный вербатим женских откровений Ив Энслер «Монологи вагины» в популярном изложении «Театро Ди Капуа», или квартирник «Жизнь за царя», получивший премии «Прорыв», «Золотой Софит» и «Золотую маску». Искренность и яркость театральной материи, выросшая из исторического документа (писем народовольцев XIXвека), поразила даже невозмутимых критиков-профессионалов.
Спектакль «Слово и дело» снова шлет нам привет из исторических архивов. Однако привет этот – уже не погружение в историю, а карнавальная игра в вербатим (от лат. verbatim – дословно, или документальный театр). Игра, поскольку документальная достоверность одета в затейливую скоморошью форму. Впрочем, внешний вид здесь ни при чем.
Нетеатральное пространство в Музее Шаляпина, куда помещен спектакль,задает тональность: полумрак, лаконичный периметр стен из красного кирпича, низкий потолок с криво висящей люстрой, отсутствие сцены и зрительского комфорта (кто первый пришел, тот и сел) – что может быть лучше для атмосферы российского лихолетья? Сценограф спектакля Максим Исаев (театр АХЕ) постарался ничем не нарушать мрачный «балаганчик». Деревянные сундуки, гирлянда «лампочек Ильича», чугунные горшки, баян, гитара, барабан – вот и весь минималистичный сказ художника.
Из песни слов…
Как сложить многоголосие разных монологов в цельную историю? Как сказать о боли так, чтобы услышали, не отвернулись? Спеть! И не столько печально, сколько иронично. Так и поступили создатели спектакля, обозначив жанр как драматическую ораторию. Актеры Александр Кошкидько, Игорь Устинович, Александр Машанов, Андрей Жуков с баянистом Олегом Гулевским и front-woman ансамбля Илоной Макаровой оглашают доносы, жалобы и челобитные тридцати двух героев в формате greatest hits (лучшие хиты) – от Джеймса Брауна до Высоцкого, от частушек до песенок из советских мультфильмов, от блюза до R’n’B. Многократно перевоплощаясь, актеры жонглируют масками узнаваемых народных типажей, интонациями разговорной речи из разных слоев современного общества, доносят, просят, жалуются узнаваемо и оттого очень смешно. Все «треки» исполняются с душевным надрывом. К примеру, одно из писем протопопа Аввакума – госпел с припевом «от денег много зла» – подкупает так, что немедленно хочется стать альтруистом (вот она, сила искусства!). При этом сбивать пафос удается простыми приемами: бороды – на резиночках, огонь свечи – видео на айпаде, Семен Дежнёв басит о своих злоключениях в невесть откуда взявшейся бейсболке.
Очевидно, замах создателей спектакля не в том, чтобы изложить фактологию событий. И не в том, чтобы сатирой уязвить власть. А в том, чтобы поставить зеркало: смотрите же: какие мы, таковы и наши предки – в массе своей малоприятные люди, доносящие, лицемерящие, истребляющие друг друга. Есть и отважные, и совестливые, те, кто против системы, те, кто расплачивается жестокой смертью за убеждения. «А вы кто?» – будто бы спрашивают нас участники действа. Паясничая, подтрунивая над собой потешным маскарадом, авторы замахнулись на психологический портрет главного героя – русский народ (вне времени).
В финале берется минорный аккорд. Ключевой монолог (письмо протопопа Аввакума царю Алексею Михайловичу) звучит из уст Илоны Маркаровой. В нем – сгусток энергии и скорбного смысла, который актриса подчеркивает нам кэпслоком. После чего сундуки превращаются в гробы. Над гробами священники читают имена людей, подписавших коллективные челобитные, – даруют всем прощение. Маркарова молитвенно поет слова из письма староверки княгини Евдокии Урусовой, которая после пыток была заточена в земляную тюрьму, где скончалась от полного истощения, так и не приняв новой веры.
Совпадение
В день спектакля мне прислали ссылку на документальную короткометражку. Мол, молодой автор, интересно. И вот совпадение: речь в фильме шла о забайкальской деревне в Бурятии, где строится старообрядческий храм, о крайней точке древнего православия. Главный персонаж рассказывает с экрана, что там, мол, раньше была деревня, заселенная наполовину православными, наполовину старообрядцами. И первые часто переходили в староверов. После их смерти в летописи писалось «совращены в раскол». А «молодым автором» оказался не кто иной, как актер спектакля «Слово и дело» Александр Машанов, снявший кино про своего отца.
Наше время совсем недалеко ушло от века раскола – ни ментально, ни этически. Все так же тишайшая наша власть подогревает в людях страсть к доносительству, раболепский дух и наивную веру в доброго царя-батюшку. Разница лишь в том, что теперь бьют челом по телевизору на прямой линии с президентом, а инакомыслящих не пытают раскаленным оловом.
А не спеть ли об этом блюз?
Teatro di Capua «Слово и дело»
Режиссер Джулиано ди Капуа
Автор идеи Илона Маркарова
В ролях: Илона Маркарова, Александр Кошкидько, Игорь Устинович, Александр Машанов, Андрей Жуков
Музыкальное оформление: Олег Гулевский (живой звук)
Художник Максим Исаев (театр АХЕ)
Консультанты: доктор исторических наук Евгений Анисимов, историк Борис Кричевский