Original Material
«Обе Две». Продолжение
Вторая часть интервью с солисткой группы Катей Павловой в преддверии выхода нового сингла «Пачка» на ThankYou.ru
Совсем скоро на ThankYou.ru состоится эксклюзивный релиз сингла группы «Обе Две» «Пачка». Недавно мы опубликовали первую часть интервью с её солисткой Катей Павловой, с которой мы поговорили об истории и движении группы, а также порассуждали о философии и реальности её музыки. Завтра, 15 июня, в клубе ArteFAQ группа сыграет большой сольный концерт. В преддверии этого события и выхода свежей работы «Обе Две» мы представляем вам вторую часть нашей беседы с Катей — о текстах и звучании, о работе над клипами и, конечно же, — о самом сингле.
— Катя, твоё творчество интересно не только содержанием, но и своей формой, фонетическим звучанием. В текстах, которые ты пишешь, например — много аллитераций, ассонансов. Что для тебя первично — смысловая нагрузка или звучание слова? И всегда ли идея ведет к средству её выражения, или форма сама может породить идею?
— С фонетикой всё произошло как-то естественно, просто в какой-то момент я стала обращать внимание на то, что это есть. Я, наверное, аудиал, и всё это чувствую. Я люблю с этим поиграть, но так, чтобы не заиграться, чтобы форма не стала важнее содержания. Меня очень интересует форма с музыкальной стороны, с аранжировочной. Я не очень умею придумывать аранжировки, но я точно знаю: вот это классно, а это нет.
— То есть ты всё равно являешься единственным лидером в группе, контролирующим весь процесс?
— Если говорить про музыкальную сторону, то мы с Артёмом (Клименко — прим. Н.М.) всегда это делаем вдвоём. Он очень талантливый аранжировщик и музыкант. Как правило я отвечаю за свою часть — за тексты и мелодию, а он уже делает из этого красоту. Что касается музыкантов — барабанщика и гитариста — нам нужно было найти именно этих людей, чувствующих, что надо.
— Музыка «Обе Две» всегда опиралась на ритм-секцию и басовые партии. При этом на определенном этапе творчества вы сознательно избегали гитарности звучания. Почему?
— Это осталось неизменным. Потому что барабаны и бас — основа танцевальной музыки, а мне всегда нужно потанцевать. Я просто люблю такую музыку, я люблю, чтобы была пинающая бочка и танцующий бас. Остальное — это уже украшательство.
— Танцевальная направленность музыки, на твой взгляд, не может мешать восприятию её смысла?
— Это вопрос приоритетов и умения.
— Как ты определяешь жанр, в котором вы работаете? На этот счёт существует довольно много мнений и описаний. Что для тебя музыка «Обе Две»?
— Я намеренно не занимаюсь такими определениями. Вчера один дяденька без волос и в очках назвал это словом «беллетристика».
— Хочется отдельно поговорить о твоих клипах. Все они — разные и интересные по-своему. Расскажи, как ты работаешь над своими видео.
— Мы снимали полноценные клипы только на две песни — «Милый» и «Гонщики». «Милый» — классный. В нём снялась дочка Саши Гагарина (лидер группы «Сансара» — прим. Н.М.). Мне прислали сценарий видео, в котором главную роль должна играть девочка. Марго — единственная моя подружка из малышек. У меня не было и мысли устраивать какой-то кастинг, разве только если это был бы кастинг одной Марго, в котором она бы безоговорочно победила. При работе над «Гонщиками» мы внутри сильно переболели, и в итоге у меня нет однозначного ответа, насколько я довольна этой работой. Видео на композицию «Моряки» родилось спонтанно. Мои ребята как-то сидели и смотрели ролики на ютьюбе, нашли мультфильм «Девочка и дельфин» и смонтировали. Совпало всё случайно. Сейчас надо бы снять клип на песню «Пачку», но мне нужен классный сценарий, классный оператор и классный режиссёр. Лучше не делать ничего, чем делать плохо, и к этому я тоже пришла с каким-то опытом, в том числе печальным.
— Совсем скоро на сайте ThankYou.ru состоится интернет-релиз сингла «Пачка». Расскажи пожалуйста, что это будет за работа.
— Она будет интересна прежде всего не тем людям, которые знают про нас и уже в материале, а новой аудитории. Я хочу представить эту вещь отдельно, вне альбома. Мне кажется, что «Пачка», во-первых, очень радийная композиция, и во-вторых, сингл содержит версию для яхт и мартини, а ведь лето!
— Катя, если абстрагироваться сейчас от творчества группы «Обе Две» и посмотреть на всё музыкальное поле в целом, как ты считаешь, насколько активно развивается сейчас инди-музыка?
— Я не совсем понимаю, что такое инди-музыка.
— Давай остановимся на такой формулировке, что это — мультижанровая музыка, независимая от формата, в рамках которой люди экспериментируют, находят свою линию звучания.
— Ты знаешь, мне кажется, музыке всё равно, как она называется и как она развивается. Важно просто, чтобы она была и была хорошей.
— Сейчас ты видишь какую-то интересную музыку в современной палитре?
— Я не знаю, насколько у меня свежие данные. Я не сижу в интернете и не ищу, оно должно само приходить. Не знаю, с чем это связано — с ленью или с фильтрацией…Из последнего, что мне понравилось, — Hot Chip.
— Тебе интересен эксперимент в творчестве?
— Я не увлекаюсь экспериментами. Я — за природность происходящего. Сделать специально модно — не могу. Меня начинает физически трясти. Если эксперимент происходит естественным путём — классно, нет — не надо. Это опять же к вопросу про форму и содержание.
— Для тебя играет какую-то роль, выступаешь ли ты на открытой площадке опен-эйра или в клубе?
— Это индивидуально. У меня нет разграничения, что я люблю, а что нет. Но для меня важно заранее знать, какой будет формат, какие люди придут на концерт. Например, 23 июня мы будем играть на главной площади Екатеринбурга, а через несколько дней — на главной площади Невьянска, города под Екатеринбургом. И я понимаю, что на эти выступления придёт очень разная аудитория, и я говорю это не потому, что Екатеринбург — мой родной город. В Екате я могу играть хоть два часа, а в Невьянске, мне кажется, даже если я буду играть 40 минут — это уже будет насилие над публикой.
— Катя, ты говоришь о естественности процесса. Всегда ли так же происходит, когда ты выходишь на сцену? Или возникают ли моменты, когда приходится надевать какую-то маску?
— У меня с масками работать вообще не получается, я не умею этого делать. Я могу в совершенной печали сыграть хороший концерт и могу в радости сделать всё плохо. Это зависит от внутреннего состояния в конкретный момент. Я не знаю пока, насколько это профессионально. Я не знаю, как люди, проводя по 40 лет на сцене, играя бесчисленные концерты и гастролируя, приходят к моменту ощущения ненависти, и как с этим бороться.
— К теме «любви-ненависти»: ты всегда чувствуешь обмен энергии с публикой, или иногда публика бывает эгоистичной и забирает что-то, не отдавая?
— Такое бывает, но я считаю, что это зависит от артиста. На своём личном опыте я поняла: сколько ты отдал, столько же и получил.
— Как ты относишься к поднятию новой волны социального, протестного творчества, связанного с тем, что в последние годы происходит в обществе, в государстве?
— Я нахожусь в стороне от этого и немного закрылась. Я не умею интересоваться политикой, в связи с чем, кстати, в последний свой приезд в Екат очень конфликтовала со своей бабушкой, потому что она как раз очень интересуется и болеет за всё, что происходит. Если ты делаешь что-то — неважно что — и если тебе есть что сказать, — найди способ, найди форму и скажи.
— Для тебя процесс творчества — это накопительный процесс, когда ты собираешь внутри себя какую-то массу, которую в определённый момент готова облечь в форму песни, или же процесс наполнения этой внутренней информацией и её выброса может происходить параллельно?
— Безусловно, у меня происходит накопительный процесс. Я не могу просто пустословить или собирать рифмы, мне нужно понимать, что за этим стоит.
— У тебя есть сверхзадача по отношению к своему слушателю?
— Если говорить о диалоге с публикой — со сцены я мало что говорю, потому что конферанс из меня никудышный. А если говорить о какой-то цели: мне хочется только одного — прямоты, честности и отклика. Я думаю, что вообще всё проще, чем кажется.
Беседовала Наталья Малахова