На дне

Книга «Милиция и этнические мигранты: практики взаимодействия» писалась почти шесть лет. С 2006 по 2008 год шла работа «в поле» — в Казани и Петербурге. В Казани МВД разрешило социологам работать рядом с участковыми и ППС-никами. В Петербурге такого разрешения получить не удалось, и сотрудничать приходилось тайно. Еще три года на обработку информации — и результаты опубликованы.

Палочные надзиратели
— Мы не стремились подтвердить известные гипотезы, — говорит Борис Гладарев, научный сотрудник Центра независимых социологических исследований (ЦНСИ). — И получили неочевидные, небанальные результаты.
По мнению ученых, распространение ксенофобии среди низших чинов милиции связано не с расизмом, а с необходимостью оправдывать свои преступные действия.
МВД с советских времен сохранило «репрессивный» багаж: полицейский сам себя воспринимает как надзиратель за обществом, а не как человек, который должен оказывать помощь. Сохранилась и плановая, т. н. палочная система: чем больше преступлений раскрыл сотрудник, тем лучше он работает (хотя очевидно, что главная задача полиции — преступления предотвращать).
В 90-е годы работа стала опаснее, престиж упал, зарплаты тоже, и из МВД произошел отток профессионалов. Нехватка специалистов и общее непонимание, куда идет страна, привели к росту правового нигилизма среди милиционеров, к незнанию и нежеланию знать и исполнять законы. И с тех пор ситуация стала только хуже.
— Дошло до того, что граждане считают возможным применять силу против полицейских, им это кажется нормальным. Общество, где нет доверия людям, которым государство делегировало полномочия на применение силы, ждут серьезные социальные потрясения, — полагает Борис Гладарев.

Корни ксенофобии
Сегодня, по мнению ученых, полицейский по-прежнему чувствует себя в некотором роде изгоем: зарплата низкая, социальный статус, уважение общества — на том же уровне. Отсюда и мотивация в работе: формально нужны хорошие показатели «палок», неформально — возможность конвертировать свои полномочия в разного рода «ресурсы».
Именно поэтому, полагают исследователи, сотрудники МВД проявляют столько внимания по отношению к этническим мигрантам. Их легко выявить в толпе, у них наверняка будут проблемы с документами, а значит, можно и «палок» поднабрать, и «подзаработать».
Кроме того, трудовым мигрантам из Средней Азии и с Кавказа общество выказывает примерно столько же доверия и уважения, сколько и полицейским. Еще несколько лет назад, делают вывод ученые, расизм для милиционеров был не столько самоцелью, сколько способом оправдания своих незаконных действий. А значит, главная причина ксенофобии — в такой организации работы сотрудников, которая позволяет им безнаказанно обирать самых незащищенных членов общества.
— Ксенофобия подогревается также государственными кампаниями, обязательными для исполнения на местах, — поясняет Гладарев. — Например, в 2007 году, когда проходили чистки рынков, и в 2008-м, во время войны с Грузией, последовательно формировался образ врага.

Милицейская статистика
Антон Жилин, майор полиции из Управления участковых уполномоченных, на 90% согласен с логикой Гладарева. Но он настаивает еще на одной причине внимательного отношения правоохранителей к мигрантам: «Ими совершается до трети всех преступлений».
Однако по статистике, которую приводил глава Федеральной миграционной службы Константин Ромодановский после выступлений в декабре прошлого года на Манежной площади, на долю мигрантов приходится лишь 3,5% от преступлений в целом по стране, причем треть из них — использование подложных документов.
Не согласились со статистикой Жилина и участвовавшие в пресс-конференции ученые.
— Мигрантов просто останавливают в 20 раз чаще, — считает директор ЦНСИ Виктор Воронков. — Поэтому и преступлений в связи с ними раскрывается в 20 раз больше. В США проводили исследование: когда чаще останавливали чернокожих с наркотиками — появился этот миф, что все цветные наркоманы и наркоторговцы. Стали останавливать белых — и нашли у них не меньше наркотиков!
Нельзя не вспомнить и еще о двух, мягко скажем, пробелах полицейской статистики: во-первых, о фальсификации уголовных дел (повесить преступление на мигранта очень просто, а доказать подлог практически невозможно), а во-вторых — о преступлениях правоохранителей по отношению к мигрантам.
— Многие мои соотечественники отправляют домой заработанные деньги нелегальным путем, — рассказал на пресс-конференции Зайнидин Орипов, представитель таджикской диаспоры, журналист газеты «Хуросон». — Потому что дойти до банка слишком опасно: велика вероятность, что по дороге тебя остановит полицейский и отберет заработанное.

Анджей БЕЛОВРАНИН

P. S.
Презентация книги «Милиция и этнические мигранты: практики взаимодействия», подготовленной петербургским Центром независимых социологических исследований и казанским Институтом социальных исследований и гражданских инициатив прошла в пресс-клубе «Зеленая лампа».