| Киотский протокол изменился до неузнаваемости Минувшие выходные проходили в Бонне под аккомпанемент шумных акций защитников окружающей среды. Преобладал лозунг: «Проснитесь наконец!» Впрочем, о сне делегаты международной конференции по климату думали меньше всего. Вчера утром после двух бессонных ночей представители делегаций 180 стран объявили приветствовавшему их бурными овациями залу о компромиссе по принципам реализации Киотского протокола. Он может вступить в силу лишь в том случае, если документ примут не меньше 55 стран-участниц, на которые приходится не менее 55% мировой эмиссии двуокиси углерода в атмосферу.
По соглашению, принятому еще в 1997 году на международном форуме в Японии, индустриальные нации к 2012 году должны на 5,3% по сравнению с 1990 годом сократить выброс в атмосферу вредных веществ, способствующих развитию парникового эффекта. К государствам, не выполняющим данные требования, согласно документу, могут быть применены международные санкции. Усилия по введению в действие Киотского протокола оказались под угрозой полного срыва, после того как новый президент США Джордж Буш весной объявил о выходе Вашингтона из договора, который там считают дискриминационным по отношению к развитым странам.
Центральным спорным пунктом переговоров в Бонне (впрочем, как и провалившейся в прошлом году конференции в Гааге) были санкции за несоблюдение договоренностей и квоты на выброс парниковых газов. Сторонникам «твердой линии Киото» -- главным образом это западноевропейцы -- пришлось пойти на значительные уступки Канаде, Австралии, России и Японии ради спасения самой идеи. В первую очередь это касается объемов эмиссии: в качестве новой цели установлено снижение выбросов двуокиси углерода на 1,8%, а не 5,3%. Европейские эксперты на конференции в Бонне отмечают также, что «не много осталось и от содержательной стороны изначального документа».
Например, покупка квот за счет поддержки «естественных поглотителей двуокиси углерода» -- лесных массивов и аграрных площадей, против чего изначально возражал ЕС, все-таки прошла. На ней настаивали Канада, Россия, Австралия и Япония.
И в этом смысле Киото «почти мертв». Впрочем, договор имел шанс умереть окончательно, если бы президенту Бушу удалось в Генуе добиться от премьера Японии отказа от поддержки компромиссного плана. Без японцев конференция недобрала бы необходимые 55 стран и 55% эмиссии -- на ней можно было бы ставить крест, однако Коидзуми стоял твердо. Теперь, правда, если верить советнику президента Путина Андрею Илларионову, заблокировать процесс ратификации может Россия, которую не вполне устраивают достигнутые договоренности. Г-н Илларионов считает, что Россия ключевая страна для будущего протокола, поскольку без нее договор опять-таки не наберет нужного количества стран. В Генуе было решено, что в следующем году в Москве пройдет конференция «восьмерки» по климату.
Оптимисты радуются хотя бы тому, что достижением компромисса удалось спасти сам процесс международного общения относительно охраны климата. Хотя и пришлось поступиться динамикой снижения уровня вредных выбросов, меры по контролю за соблюдением протокола будут даже еще жестче, чем зафиксировано в первоначальном документе. Германский министр охраны окружающей среды Юрген Триттин, в последние дни в своих искрометных речах призывавший участников конференции отказаться от амбиций и прийти к соглашению, не скрывает удовлетворения. В будущем, считает он, можно будет вновь вернуться к данной теме и, может быть, достигнуть большего по сравнению с тем, что удалось в Бонне. Министр сделал для себя на конференции и персональный вывод. «Прогресс -- это черепаха», -- признал он.
«Мы совершили важный шаг не только в деле объединения совместных усилий по охране климата, -- заявил вчера на пресс-конференции в Бонне председательствующий на форуме голландец Ян Пронк. -- Не менее существенно, что мы на всех уровнях учимся добиваться компромиссов. В данном случае на нас лежала особая ответственность -- человечество ждало от нас результатов, а не побед друг над другом».
Россия получила максимум
Координатор российской климатической программы Всемирного фонда дикой природы (WWF) Алексей Кокорин:
-- Мы считаем, что на встрече министров окружающей среды в Бонне Россия получала максимум того, что можно было «выторговать» в этом раунде переговоров. И надо отдать должное нашей делегации, возглавляемой председателем Росгидромета Александром Бедрицким, за то, что им удалось сделать за 30 часов непрерывного переговорного марафона.
Во-первых, наша страна получила возможность не платить в фонды Климатической конвенции и Киотского протокола до тех пор, пока ее экономическое положение не станет достаточно прочным. Во-вторых, Россия, согласно последним договоренностям, имеет возможность продать столько квот на выбросы в атмосферу, сколько позволит ее экономическое развитие в ближайшие 10--15 лет. В-третьих, роль российских лесов как поглотителей углекислого газа учтена мировым сообществом более чем полно -- наша квота на выбросы в полтора раза больше канадской и в 15 раз больше, чем у всех скандинавских стран вместе взятых. И наконец, режим контроля за соблюдением обязательств по конвенции и протоколу не предусматривает в ближайшие 20 лет сколь-либо жестких санкций, потенциально опасных для России.
Это большая победа, демонстрирующая, в том числе и российскому руководству, что соблюдение природоохранных принципов может и должно быть экономически выгодным для страны.
(Записала Екатерина ИГНАТОВА) Юрий ШПАКОВ, Берлин |
