| «Звонок 2» на московских экранах За последние десять лет, то есть с того момента, как на японском телевидении появилась первая экранизация бестселлера Кодзи Судзуки, генеалогическое древо бренда «Звонок» разрослось до угрожающих размеров -- в его кроне может легко запутаться даже стреляный киношный воробей. При том, что во всех фильмах так или иначе обыгрывался один и тот же сюжет -- проклятая кассета формата VHS, посмотрев которую несчастный видеоман получает предупреждение по телефону и через неделю умирает с изменившимся лицом, -- тема возникала снова и снова. За первым телефильмом последовал телесериал, затем классический теперь уже «Звонок» Хидео Накаты (1998), с которого все началось по-настоящему: корейский «Вирус звонка»; вторая часть фильма Накаты; «Звонок 0», рассказывающий предысторию событий; побочная и маловразумительная «Спираль», наконец, множество вариаций -- начиная с отличного корейского «Телефона» (кстати, вопреки рекламным заверениям наших прокатчиков именно там, а вовсе не в «Звонке» играла Ю-ми Ким, звезда идущего сейчас у нас «Кукольника») и заканчивая нахальным «Одним пропущенным звонком» халтурщика Такаши Миике (на подходе, к слову, -- «Второй пропущенный звонок»). Наконец, в 2002 году свет увидел неизбежный в таком случае американский ремейк «Звонка», снятый Гором Вербински («Мышиная охота», «Мексиканец», «Пираты Карибского моря»), оказавшийся эталоном для фильмов подобного рода -- японский сюжет был перенесен на сиэтльскую почву не то что без потерь, но и с весьма эффектными и органичными дополнениями.
Для съемок второй серии американского «Звонка» бонзы спилберговской студии Dreamworks собирались позвать молодого и почти гениального Ричарда Келли, но тот предложения не принял, хотя можно себе представить, во что бы превратил фильм автор «Донни Дарко». Потом вроде бы договорились со знаменитым рекламщиком Ноа Мурро, но тот довольно быстро выбыл из проекта, не сойдясь с продюсерами по творческим вопросом. И тогда, видимо, для того, чтобы окончательно все запутать, режиссером позвали Хидео Накату -- автора двух японских «Звонков». Таким образом Наката оказался в уникальном положении, в которое, кажется, не попадал вообще ни один постановщик в истории кино: ему (в этом месте нужно сосредоточиться) пришлось делать продолжение ремейка собственного фильма, к которому он уже в свое время снимал продолжение, но рассказывать новоявленный сиквел должен был совсем не о том, о чем шла речь в продолжении оригинальной картины. Уф. Но Наката практически безукоризненно справился со всем этим безумием.
Полгода спустя после событий первой части репортерша Рашель (Наоми Уоттс) и ее сын Айдан (Дэвид Дорфман) переезжают из Сиэтла в Орегон. Поначалу все -- кроме, конечно, состояния Рашель, которая до сих пор не может прийти в себя после раскрытия тайны на дне колодца, -- идет вроде бы неплохо. Но в Орегоне, разумеется, тоже есть видеомагнитофоны. И довольно скоро Рашель приходится столкнуться все с той же проклятой пленкой, которую она находит и уничтожает. Но тут и начинается самое неприятное -- злой дух девочки Самары, до того момента ютившийся где-то между магнитных дорожек, выходит на волю и вынужден искать себе новое обиталище. Каковым и становится щуплое туловище сына Рашель. И из области относительно высоких технологий ситуация выруливает на проторенную еще «Предзнаменованием» тропу вполне классической мистики.
К счастью, это не идет фильму во вред. В конце концов и в самом деле нельзя в двадцать пятый раз стращать зрителя одним и тем же: черные волосы, закрывающие мертвенно-бледное девичье лицо, -- штука, конечно, пугающая и неприятная, но «всему же есть предел, братцы»... Так что фирменных «звонковских» мордастей тут ощутимо меньше (видимо, это и раздражило американских критиков, на фильме почти поголовно скучавших). А вот отсылов к классическим американским хоррорам куда больше -- так что Самара теперь напоминает скорее не синюшнолицых мегер из квайданов (традиционных японских историй о призраках), а одержимую девочку Риган из «Изгоняющего дьявола» и норовит выскочить из ванны, что твоя старуха в «Сиянии» Кубрика, а мальчик Айдан то и дело заставляет вспомнить о Дэмиене Торрансе из помянутого «Предзнаменования». Что же до путешествия Рашель в мир Самары (то есть, грубо говоря, внутрь телеприемника), то и ей находится аналог в старом фильме Уэса Кревена «Электрошок». В сущности, Хидео Наката переснимает не свой собственный сюжет, а с удовольствием препарирует заокеанские стандарты на свой восточный лад -- точно так же, как некогда поступил с его творением Вербински. Фильм, не теряя, впрочем, мертвящего изящества, переходит в разряд культурологического высказывания. А стало быть, и бояться его вроде бы не следует. Но приходится. Станислав Ф. РОСТОЦКИЙ |
