Original Material
Путч? вы шутите?
ГКЧП: 20 лет спустя
«А в Москве — переворот», — радостно сообщили мне соседи по столику во время ужина в ялтинском санатории. — «Шутите?» — «Нет, что ты, посмотри телевизор». Выяснить подробности не удалось — соседей абсолютно не интересовало, как именно в Москве делят власть. Не интересовало это почти никого не только в санатории (в этот и следующие дни я сидел у телевизора едва ли не в одиночестве), но и во всей Ялте. На пляже и на улицах говорили о чем угодно — только не о перевороте. Крымские и украинские газеты сообщали о мудрых решениях ГКЧП и публиковали «письма трудящихся» о том, что наконец-то наступит долгожданный порядок…
На звонок домой мне ответили, что танков в городе пока нет, но что будет дальше — неизвестно. Срочно выбраться из Крыма в Ленинград не удалось — билетов не было ни на поезд, ни на самолет, депутатское удостоверение не помогало. Пришлось наблюдать за событиями издалека. И кое-что увидеть удалось, особенно 20 августа во время поездки в Севастополь, поскольку автобус проходил мимо Фороса. Зрелище было необычное: на протяжении нескольких километров по всему шоссе через 20–30 метров стояли солдаты, не позволяя останавливаться ни одной машине. А далеко внизу, в море, вокруг Фороса расположились катера — видимо, пограничники, которые блокировали место пребывания Горбачева.
Пока автобус проезжал мимо Фороса, над нами несколько раз прожужжали вертолеты с армейскими опознавательными знаками, а по дороге, уходившей вниз, к президентской резиденции, прошла машина с солдатами. Водитель, усмехаясь, сообщил, что мы проезжаем мимо того места, где сейчас сидит президент, и желающие могут посмотреть издали, как он поживает. Впрочем, поскольку с шоссе не было видно, что происходит в форосском комплексе, эта мысль не нашла отклика (на обратном пути картина не изменилась — все те же солдаты на дороге, все те же корабли в море, все тот же запрет на остановки). В Севастополе происходящие в Москве и Ленинграде события вызвали чуть больший, чем в Ялте, интерес — но ненамного.
Зато когда путч провалился, у Ялтинского горкома партии быстро собрался митинг победителей.
Дача Горбачева в Форосе
«А в Москве — переворот», — радостно сообщили мне соседи по столику во время ужина в ялтинском санатории. — «Шутите?» — «Нет, что ты, посмотри телевизор». Выяснить подробности не удалось — соседей абсолютно не интересовало, как именно в Москве делят власть. Не интересовало это почти никого не только в санатории (в этот и следующие дни я сидел у телевизора едва ли не в одиночестве), но и во всей Ялте. На пляже и на улицах говорили о чем угодно — только не о перевороте. Крымские и украинские газеты сообщали о мудрых решениях ГКЧП и публиковали «письма трудящихся» о том, что наконец-то наступит долгожданный порядок…
На звонок домой мне ответили, что танков в городе пока нет, но что будет дальше — неизвестно. Срочно выбраться из Крыма в Ленинград не удалось — билетов не было ни на поезд, ни на самолет, депутатское удостоверение не помогало. Пришлось наблюдать за событиями издалека. И кое-что увидеть удалось, особенно 20 августа во время поездки в Севастополь, поскольку автобус проходил мимо Фороса. Зрелище было необычное: на протяжении нескольких километров по всему шоссе через 20–30 метров стояли солдаты, не позволяя останавливаться ни одной машине. А далеко внизу, в море, вокруг Фороса расположились катера — видимо, пограничники, которые блокировали место пребывания Горбачева.
Пока автобус проезжал мимо Фороса, над нами несколько раз прожужжали вертолеты с армейскими опознавательными знаками, а по дороге, уходившей вниз, к президентской резиденции, прошла машина с солдатами. Водитель, усмехаясь, сообщил, что мы проезжаем мимо того места, где сейчас сидит президент, и желающие могут посмотреть издали, как он поживает. Впрочем, поскольку с шоссе не было видно, что происходит в форосском комплексе, эта мысль не нашла отклика (на обратном пути картина не изменилась — все те же солдаты на дороге, все те же корабли в море, все тот же запрет на остановки). В Севастополе происходящие в Москве и Ленинграде события вызвали чуть больший, чем в Ялте, интерес — но ненамного.
Зато когда путч провалился, у Ялтинского горкома партии быстро собрался митинг победителей.
Борис ВИШНЕВСКИЙ