Original Material
Се ля выборы
Прокуратура потребовала лишить Марин ле Пен права участвовать в президентской гонке, маячит и срок в 5 лет
Марин Ле Пен. Фото: Zuma TASS
Вечером 13 ноября во время процесса, который проходит в Парижском уголовном суде, гособвинители потребовали приговорить хозяйку крайне правой партии « Национальное объединение» Марин Ле Пен к пяти годам тюрьмы (из них три года — условно), к пяти годам лишения права избираться и штрафу в 300 000 евро.
Если приговор будет утвержден, трехкратная « финалистка» президентских выборов (2012, 2017 и 2024) может потерять право на участие в ближайшей кампании 2027 года. Прокуроры в своем обвинительном заключении специально подчеркнули требование о « предварительном исполнении» наказания в виде запрета избираться: то есть в случае, если суд поддержит требование, оно вступит в силу немедленно, вне зависимости от того, подаст ли госпожа Ле Пен апелляцию.
Обвинение настаивает на « центральной роли» , которую играла Ле Пен в организации системы хищения средств у Европарламента путем создания фиктивных рабочих мест.
«Система» очень проста: как утверждает прокуратура, по поручению Марин в качестве помощников евродепутатов были оформлены около двух десятков людей, которые не работали на этих должностях. Всего « на скамье подсудимых» — 25 человек.
Для каждого прокуратура потребовала лишения права на избрание (от 2 до 5 лет), штрафов (до 200 тыс. евро) и различных сроков — условных и реальных, которые, впрочем, могут быть « переквалифицированы» . Как, например, в случае с самой Марин, у которой два года « реального заключения» могут быть заменены на ношение электронного браслета. То есть 56-летняя Ле Пен точно не попадет в тюрьму по этому делу.
«Нацобъединение» уже обвинило прокуратуру в « служении политическим интересам» нынешней власти, а противники крайне правых призвали их « уважать правосудие». Процесс проходит в новом здании Парижского дворца правосудия с начала октября и должен продлиться до 27 ноября, после чего суд удалится на вынесение приговоров, что может занять несколько месяцев.
Теперь — подробнее об аргументах сторон и реакциях.
Прокурор: « Европарламент был их дойной коровой» , наказание должно послужить примером
Прокурор Луиз Нейтон подчеркнула (цитирую по газете Le Monde и AFP) «абсолютно беспрецедентный характер этого дела, с точки зрения его масштабов, исчисляемых миллионами евро (почти 4,5 млн, по утверждению обвинения. — Ред.), что в пятнадцать раз больше, чем в деле (близкой к Макрону центристской партии. — Ред.) MoDem*; его продолжительности, охватывающей двенадцать лет <…> и, возможно, даже больше; и его организованного, системного характера. Мы увидели управляемую руководством партии настоящую военную машину для систематического присвоения выделяемых сумм, до последней крошки <…>. В нарушение самых элементарных правил. Они делали и намеревались продолжать делать Европейский парламент, прозаически выражаясь, своей дойной коровой. Эта серьезная и продолжительная атака на правила демократии требует показательного ответа».
По словам Нейтон, помимо использования этих «европейских» денег во «внутрифранцузских» интересах партии («Партизанское обогащение», которое позволило «Национальному объединению «финансировать свой рост, влияние и пропаганду в течение многих лет») они использовались и для личного обогащения приближенных хозяйки партии. Каждому евродепутату выделяется 21 тысяча евро в месяц на оплату работы помощников…
«Существовала прямая заинтересованность главных виновников в поддержании комфортного образа жизни для друзей Марин Ле Пен: по 4–5 тысяч евро в месяц для ее сестры**, ее верного секретаря и амбициозных молодых людей из ближайшего окружения (Марин)», — заверила прокурор.
И попросила суд обратить особое внимание на неуважительное отношение обвиняемых «к государственным средствам, полученным из карманов их собственных избирателей», а также на «преднамеренное и явное неуважение», «проявленное обвиняемыми в ходе следствия и на слушаниях». Добавила: «Они не видят, не хотят видеть, они с упоением потешаются по поводу незаконности своих действий».
Другой прокурор, Николя Барре, отдельно «отмел» лежащие на поверхности обвинения в «политической ангажированности». Признал: такие приговоры (в случае, если суд их поддержит) «запретят обвиняемым участвовать в будущих местных или национальных выборах». Но подчеркнул: «Должна ли судебная власть правосудие нести ответственность за свое влияние на демократическую жизнь? Нет. Она только констатирует правонарушения, закон одинаков для всех».
Марин Ле Пен: цель прокуратуры — «лишить французский народ права голосовать» за меня
Сама госпожа Ле Пен, выйдя из суда, осудила «жестокость» и «возмутительность» обвинительных заключений. Заявила: «Единственное, что интересовало прокуратуру, — это Марин Ле Пен, чтобы потребовать исключить ее из политической жизни» . И осудила «желание прокуратуры лишить французский народ возможности голосовать за того, за кого он хочет», а также намерение «разрушить партию».
Председатель «Нацобъединения» 29-летний Барделла высказался в соцсети X, присовокупив к своему «посту»фотографию, на которой Марин Ле Пен нежно обнимает его на сцене во время митинга. Написал: «Прокуратура руководствуется не правосудием, а остервенением и (жаждой) мести по отношению к Марин Ле Пен. Ее скандальные требования направлены на то, чтобы лишить миллионы французов права голоса в 2027 году. Это посягательство на демократию».
Джордан Барделла не уточнил, какие мотивы для мести есть у прокуроров Барре и Нейтон. Но понятно, что в случае «дисквалификации» Марин Ле Пен именно Джордан имеет наибольшие шансы стать кандидатом в президенты от их крайне правой партии.
Сам он пока отказывается комментировать такую перспективу, а вот Марин Ле Пен уже прокомментировала накануне финального выступления прокуроров (цитата по AFP): «Я вижу улыбки и скрежет зубовный: «Ах, если бы мы могли избавиться от Марин…» Плохая новость для них заключается в том, что даже если вы это сделаете, вы не сможете избавиться от Джордана. И я этому рада…»
Выступления самих обвиняемых в суде должны начаться в следующий понедельник, 18 ноября. Хотя их адвокаты и обещают «сюрпризы», главная линия защиты уже известна. Как сказал перед началом процесса адвокат и официальный представитель «Нацобъединения» Александр Варо, «мы сможем объяснить суду, что помощники депутатов являются не сотрудниками Европарламента, а сотрудниками депутатов Европарламента, и что в качестве таковых они подчиняются своему депутату Европарламента», который «сам должен определять, каким образом он хочет вести свою политику».
«Когда присваиваешь <…> четыре с половиной миллиона евро в ущерб Европейскому парламенту и, следовательно, налогоплательщикам, особенно французским, то не устраиваешь скандал по поводу обвинительного заключения», — сказал в эфире BFMTV, выйдя из зала суда, Патрик Мэзоннев, юрист Европарламента.
Сам ЕП в ходе процесса увеличил свои претензии и теперь вместо 2 млн требует от партии возместить 3,4 млн, так как остальное «Нацобъединение» уже компенсировало «в досудебном порядке». В частности, сама Марин Ле Пен еще в прошлом году согласилась выплатить 330 000 евро. При этом ее адвокат подчеркнул, что она идет на это не в связи с признанием вины, а «во избежание принудительного исполнения административного решения» и «надеется» вернуть эти деньги в случае оправдательного вердикта.
Жеральд Дарманен, формально правый, но по многим высказываниям вполне крайне правый экс-министр внутренних дел (которого Макрон назначал на этот пост (2022–2024), в том числе, для создания еще одного противовеса в ответ на рост электоральных результатов «Нацобъединения») выразил «сожаление» по поводу требований прокуратуры. Назвал «шокирующим» сценарий, при котором его главная оппонентка «не сможет выдвинуться» на следующих президентских выборах. Подчеркнул: «Побеждать Марин Ле Пен нужно через урны для голосования, а не где-то еще».
Сам Дарманен, ныне депутат от макроновской партии, с трудом скрывает свое желание стать одним из кандидатов на выборах 2027 года.
Впрочем, в следующих его словах («Давайте не будем бояться демократии и избежим дальнейшего увеличения разрыва между «элитой» и подавляющим большинством наших сограждан») содержится указание на то, чего действительно стоит опасаться.
Даже если Ле Пен виновна (а, судя по представленным доказательствам, дело обстоит именно так), лишение ее права на избрание, скорее всего, приведет только к росту ее популярности.
Так что если суду и придется принять «политическое решение», то оно будет заключаться в том, чтобы отказать прокуратуре в ее, по факту, ключевом требовании.
Важно напомнить, что по французскому закону 2016 года в случаях растраты государственных средств или соучастия в этом преступлении лишение избирательного права и права занимать госдолжности является обязательным, а не факультативным, как было ранее. Закон предусматривает только одно исключение: в случае «особой мотивировки» этого решения со стороны судей. Впрочем, и в случае лишения Ле Пен права на избрание, суд может снизить этот срок с требуемых прокуратурой 5 лет, например, до года или двух. Вынесение решения ожидается весной 2025 года. Президентские выборы должны пройти в апреле-мае 2027 года. Рассматривая сценарии, не стоит забывать и о том, что решение суда первой инстанции теоретически может быть значительно изменено в ходе апелляции, которая теоретически может быть рассмотрена в 2026 г.