Это «База»

О признании «иноагентом» художника Анатолия Осмоловского, чем был для искусства основанный им и закрытый силовиками институт «База»

18+. НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН, РАСПРОСТРАНЕН И (ИЛИ) НАПРАВЛЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ОСМОЛОВСКИМ АНАТОЛИЕМ ФЕЛИКСОВИЧЕМ ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ОСМОЛОВСКОГО АНАТОЛИЯ ФЕЛИКСОВИЧА

13 декабря Минюст признал «иностранными агентами» сразу нескольких художников, среди которых оказался и Анатолий Осмоловский*. Доказывается его «иноагентство» уже привычными формулами: его обвинили в распространении ложной информации о решениях и политике российских властей, в создании и распространении контента, связанного с деятельностью «иноагентов», в выступлениях против СВО.

Вообще-то к Анатолию Осмоловскому правоохранительные органы в последнее время проявляли повышенное внимание: в марте этого года, когда по всей стране прошла волна обысков у независимых художников, обыскали и его дом. А в сентябре 2024 года обыски прошли в Институте «База», основанном Осмоловским и режиссеркой Светланой Басковой. Позднее обыски провели у пяти студентов «Базы», чьи имена так и не назвали. Недавнее признание Осмоловского «иноагентом», вероятнее всего, и связанно именно с «Базой» — и это лишний повод подумать о том, чем был его закрытый институт для современного искусства и чем он и его основатель так помешали властям.

Осмоловский начинал как акционист, проводя перформансы, которые вызывали общественный резонанс: одним из самых известных эпизодов стал перформанс 1991 года на Красной площади, когда они вместе с единомышленниками и случайными прохожими выложили своими телами слово из трех букв. Художник тогда был частью группы Э.Т.И. («Экспроприация Территории Искусства»). Как и положено нонконформистам, группа объединяла художников и активистов, стремившихся радикально переосмыслить роль искусства в обществе и бросить вызов устоявшимся политическим и культурным нормам.

Со временем Осмоловский постепенно отошел от акционизма и сосредоточился на более «традиционных» во всех смыслах формах искусства. Например, его известные скульптуры «хлеба» выглядят буквально как ломти хлеба, увеличенные в несколько раз.

При групповом инсталлировании на стене эти идеально симметричные ломти складывались в своеобразные иконостасы — они подчеркивали связь с духовностью и традицией и одновременно закрепляли стереотипы о «святости» и уникальности русской культуры.

Светлана Баскова — кинорежиссерка, сценаристка и художница, известная своими авангардными и экспериментальными фильмами. Наибольшую известность Басковой принес фильм «Зеленый слоник» (1999). Картина, известная своим провокационным содержанием, минималистичным стилем и шокирующими сценами, стала очень популярной в интернете, вызвала множество споров и обрела статус «андеграундной классики». В 2022 году районный суд Санкт-Петербурга запретил распространение фильма «Зеленый слоник» на территории России. Среди других значимых работ Басковой — фильм «Пять бутылок водки» (2001), рассказывающий о конфликтах между людьми в замкнутом пространстве, и «За Маркса…» (2012), политическую драму о классовой борьбе и трудовых конфликтах.

Институт «База» Осмоловский и Баскова создали в 2011 году как экспериментальный образовательный проект, где студентов обучали современному искусству. Институтом он назывался, но формально не являлся: в реальности никакие научные степени никому не присваивались. Для поступления в него не требовалась предварительная подготовка — ведь на то она и «База», предполагающая обучение с нуля. В институте, располагавшемся на территории Винзавода, начинали путь многие художники — потому что она была одним из очень немногочисленных мест, где вообще обучали современному искусству.

Российские академические художественные вузы так и остались нереформированными, и преподавание современных художественных практик и изучение истории современного искусства как не было включено, так, видимо, и не будет в ближайшем будущем.

В последний раз набор заявок на новый учебный год проходил с 14 августа и должен был завершиться 15 сентября. К этому времени Анатолий Осмоловский, уже тогда имевший противоречивые отношения с властью, был исключен из образовательной программы, чтобы не подвергать опасности других преподавателей и студентов. После обысков руководство «Базы» приняло решение закрыть учебное заведение, чтобы не подвергать риску еще и студентов. По официальной версии, предлогом для обысков стала 228-я статья (наркотики). Но никаких наркотиков, по словам Басковой, найти не могли.

На вопросы о том, почему следствие проявило к ним интерес, Светлана Баскова отвечает:

Светлана Баскова:

«Логику действий силовиков понять невозможно. Нашему адвокату не предоставляют материалы уголовного дела, поэтому мы даже не знаем, в каком статусе фигурируем, какие наркотики упоминаются и откуда они взялись. Я предполагаю, что их реальный интерес связан с учебным заведением. Вероятно, цель — максимально затруднить преподавание искусства.

Мне кажется, это неприятие исходит от глубинного, почти инстинктивного уровня: всё, что непонятно и сложно, воспринимается как угроза и вызывает враждебность. Современное искусство оказалось под ударом прежде всего потому, что находится в авангарде рефлексивных процессов. Думаю, что наука сталкивается с не меньшим, а, возможно, даже большим давлением.

Искусство всегда существует параллельно с военными событиями. Например, выставка русского авангарда «0,10», на которой был представлен «Черный квадрат», открылась в декабре 1915 года, в разгар Первой мировой войны. Сейчас нам сложно полностью осознать, что происходит в искусстве, — возможно, именно в этот момент создается что-то действительно значимое. Однако объективно стоит отметить, что в начале ХХ века Россия переживала период подъема, а сегодня очевидна тенденция к деградации. В таких условиях искусство скорее играет роль средства нормализации, а не инновации. Но нормализация в данном случае — это не попытка сделать *** нормой, а, напротив, стремление вернуть нас к мирной жизни, в которой есть место сложным отношениям».

В России мы постоянно сталкиваемся с непримиримым спором между классическим академическим образованием и обучением в сфере современного искусства, и именно на фоне дефицита второго был создан Институт «База». Обычно преподаватели разных курсов по совриску требуют от художников отойти от тех концепций, которые они усвоили в процессе долгого обучения в академическом вузе, и стремятся донести до них практики и мышление, соответствующие текущей художественной повестке. Школы современного искусства становятся для художников своего рода транзитом в современный художественный контекст. Такой школой стала и «База»: она помогала художникам включиться в художественную «тусовку», поскольку ее преподаватели сами были участниками этого процесса.

Институт «База» стал не просто образовательной платформой для подготовки молодых художников, но и важным элементом успеха самого Анатолия Осмоловского. Создание и развитие школы позволило ему утвердить себя в статусе одного из лидеров поколения начинающих художников («базовцев») и закрепить за собой роль наставника, который формирует не только художественные навыки своих студентов, но и их восприятие современного искусства. «База» создавала сообщество единомышленников, которое объединено определенными ценностями и методологией, разработанными Осмоловским.

Каждый новый проект и выставка выпускников школы подтверждала значимость «Базы» и, соответственно, подчеркивала вклад Осмоловского в развитие современного российского искусства.

Но не всё в репутации и деятельности «Базы» было так однозначно. В августе 2024 года «База» организовала выставку своей студентки Надежды Хасановой в молодежном центре «Шатлык» в Набережных Челнах, где она выступила куратором. Проект был спонсирован Росмолодежью — федеральным органом, который управляет государственной политикой молодежи, а мероприятия в «Шатлыке» соответствовали националистическим и патриотическим настроениям. Например, было организовано праздничное мероприятие в честь «10-летия присоединения Крыма и Севастополя», устраивались кинопоказы о «Великой Отечественной войне».

Загадочным образом выставка в «Шатлыке» закрылась, не успев открыться, и тогда ее перенесли на другую площадку в Казани. А вообще-то проект был изначально задуман Надеждой Хасановой в арт-кластере «Таврида» в Крыму. То есть с одной стороны, Институт «База», ассоциировавшийся с независимым, прогрессивным подходом в искусстве, считался площадкой, которая поддерживает критическое мышление, свободу самовыражения и независимость от политической конъюнктуры, сохраняет автономию от влияния официоза и предлагает платформу для молодых художников, исследующих актуальные социальные и культурные проблемы. Но участие в проекте, который получил грант от Росмолодежи и был изначально связан с такими государственными инициативами, как арт-кластер «Таврида», ставит под сомнение эту автономию. Более того, размещение выставки на площадке, известной своей националистической и патриотической повесткой («Шатлык»), тоже провоцирует задаваться вопросами.

Противоречивой была «База» не только в выборе партнеров и площадок, но и в методах преподавания. В институте делался большой упор на теорию, при этом очень мало времени отводилось на продумывание и осмысление художественных проектов — как формально, так и концептуально.

Наблюдался заметный сдвиг в сторону пафосного и зачастую бессмысленного философствования и теоретизирования. Текст о работе стал доминировать над самой работой.

И все-таки несмотря на все недостатки школы, которые являются не чем-то уникальным, а скорее симптоматичным для образования в России, «База» поддержала многих художников на начальном этапе их карьеры. Многие студенты кочевали из одной школы в другую, поскольку ни одна из них не могла предложить полноценного образования и давала лишь фрагментарные знания. Вместо этого учеба в «Базе» помогала сделать первые шаги и служила входом в закрытое московское художественное сообщество — и, надо отдать должное, делала это довольно успешно.

Вообще же история этого института намечает новую тенденцию давления со стороны властей: теперь репрессиям подвергается не только современное искусство, но и его преподавание.

Джульетта Саркисян

* Признан Минюстом РФ «иноагентом».