Тайны планеты Тайга

Тайная тропа геологов, по которой машины не ходили, – только вьючные лошади. Разбившийся у сопок самолет, загадку крушения которого удалось раскрыть только 60 лет спустя. Кедр, который помнит легендарного Дерсу Узала… Все эти тайны хранит дальневосточная тайга. Раскрыть их удалось участникам проекта "Планета Тайга". Он появился 9 лет назад как сообщество молодых единомышленников-путешественников. Ребята из Комсомольска-на-Амуре выбирались в походы и экспедиции, отыскивая такие места, где в буквальном смысле не ступала нога человека. Поиски приключений вылились в цикл документального кино, премьеры на разных телеканалах и победы на престижных кинофестивалях.

"Побывать там, где никто никогда не бывал"

Все началось в 2009 году, когда друзья впервые отправились в поход на Амурские столбы – место, о существовании которого вроде бы все знают, но, как выяснилось, захочешь найти о нем информацию – не найдешь. Ни в книгах, ни в интернете. И таких мест в тайге оказалось очень много. Гораздо больше, чем можно было себе представить, говорит руководитель проекта Виктор Решетников. Тогда и решили: надо снимать о том, что видим, кино, а зрители найдутся.

Профессиональных киношников среди участников проекта нет. Виктор Решетников, его руководитель и идеолог, по образованию инженер. Сценарист и режиссер большинства фильмов Дмитрий Матюхин – редактор газеты "Дальневосточный Комсомольск". Иван Куприенко – походный врач, повар и организатор быта команды. Водители проекта – Игорь Завьялов и Денис Решетников, брат Виктора. Видео на Артеме Живове, Юрии Воронко и Александре Колбине. Ребята снимают фильмы в свободное от работы время: по ночам, по выходным, в отпусках. И конечно, на общественных началах.

– Все, чего мы поначалу хотели, – приключений и путешествий, – рассказывает Решетников. – Мечтали разыскать места, в которых никто не был, и заснять их на фото и видео. Причем мы поставили перед собой задачу: два раза в одно место не ходить, каждый раз выбирать новое и находить о нем как можно больше информации. Фото и видео выкладывали в интернет. Старались для своих друзей, чтобы им было интересно. Ну а потом друзья стали просить поснимать что-нибудь побольше, подольше, помасштабнее. Вот так мы в 2014 году сделали первый большой фильм – "Тигровый Дом", о памятнике природы в Нанайском районе. Его описывал еще путешественник и географ Владимир Арсеньев.

– Вы говорите, что выбирали места, о которых никто не знает и в которых никто не был. А сами как о них узнавали?

– Раскапывали старые топографически карты, брали спутниковые снимки. Это был наш личный трепет – прийти в место, о котором нет ни отчетов, ни фотографий. И, конечно, разыскивали людей, которые могли бы нам что-то рассказать.

Вот, например, фильм "Гора Гоин". При подготовке к этой экспедиции мы узнали от старых геологов, что здесь работал отряд легендарного инженера-геодезиста, топографа, писателя Григория Федосеева. Задачей была установка тригопунктов – отметок, которые являются основой для топографической съемки. О том, что отряд Федосеева работал не только в Приамурье и Якутии, но и у нас в Хабаровском крае, практически никто не знал. Мы первые об этом рассказали.

А на высоте около 2 тысяч метров мы нашли старую, полуразрушенную геологическую избушку, построенную в 1950-е годы. Наш постоянный консультант, заслуженный геолог России Анатолий Иосифович Богданов (ему было уже за 80, когда он ходил с нами в экспедиции) рассказал об этой избушке. В каких жесточайших условиях ее строили, как завозили на высоту инструменты, оборудование. Дорог не было. Транспорта тоже. Анатолий Иосифович показал нам старую геологическую тропу. Вьючную. На лошадях привозили им продукты, а обратно так же везли взятые геологами пробы. Поездка, которая у нас занимает 3–5 дней, 60 лет назад была сложнейшей и опасной экспедицией. А ведь люди не прогуляться шли в горы. У них было задание обследовать десятки ущелий. Думаю, что фильм стал открытием для многих молодых людей, которые не слышали об этом ни в школе, ни от родителей.

Тайна горы Маглой

– Со съемками фильма "Тайна Горы Маглой" была особая история. Гора эта видна из Комсомольска-на-Амуре, она вполне достижима, многие туристы на ней бывали. Она считается священной у нанайцев, с ней связано много легенд – вот об этом мы и снимали изначально. Упомянули коротко и о разбившемся самолете, который много лет лежит на Маглое. В общем-то, и о нем знали. То есть просто о том, что лежит. Но больше ничего не было известно: ни число погибших, ни тем более их имена, ни причина катастрофы (она и в специальном реестре авиакатастроф не упомянута). Словом, этой историей никто не занимался. А мы тогда уже дружили с краевым телеканалом "Губерния", они сделали короткий новостной сюжет о наших экспедициях. Мы предоставили им анонсы нескольких фильмов, и из всех они выбрали один, про гору Маглой. И вот этот сюжет в новостях даже не увидел, а услышал слепой дедушка из города Амурска, 80-летний. Он поднял на ноги всех своих родственников, те дозвонились до "Губернии", там дали мой номер… И вот этот дедушка мне звонит и ошарашивает: "А вы знаете, что в этой катастрофе было два выживших? И одного из них спас мой друг".

– После этого готовый к выходу фильм пришлось переснимать заново?

И вот выходит на них из лесу страшный человек – разодранный, заросший, в лохмотьях от военной шинели, еле живой

​– Конечно! И он оказался в итоге совершенно другим. Мы встретились с Василием Абрамовичем Матвеевым, тем самым спасителем выжившего члена экипажа. И он нам рассказал, как все было на самом деле. В 1952 году, когда произошла катастрофа, ему было 17 лет. Он с другом рыбачил на речке, километрах в 50 от Маглоя. Это был конец сентября, у ребят была повозка, груженная мешками с кетой. Они в деревню возвращались. И вот выходит на них из лесу страшный человек – разодранный, заросший, в лохмотьях от военной шинели, еле живой. Пацаны, когда испуг прошел, предложили его подвезти. Он наотрез отказался – потребовал военных. Ребята на лошади помчали в деревню Падали (рядом с ней был военный аэродром), человека того вывезли из леса. И он по дороге все рассказал.

Борт был военный, шли в тумане, на небольшой высоте – думали, что сопки ниже, а навигационного оборудования, подобного современному, тогда, конечно не было. И на высоте 1200 самолет врезался в сопку.

Выжили двое, этот человек и его товарищ. Но второго летчика придавило огромным валуном, ясно, что долго не проживет. К утру он умер. А его друг взял тушенку, шоколадку, пистолет и пошел искать людей. Притом что и сам был травмирован. 17 дней он провел в тайге. И неизвестно, чем бы все кончилось, если бы не встретил двух пацанов…

А самолет этот – сам музей под открытым небом. При крушении он пострадал, но мародерами разрушен не был. Дело все в тех же огромных валунах, которыми покрыт склон. Подобраться туда трудно. Но и самолет эвакуировать нельзя, ни по земле, ни по воздуху.

– Правильно я понимаю, что каждая ваша экспедиция оборачивалась какими-то открытиями?

– Нужно уметь обращать внимание на важные вещи. Вот, например, при съемках фильма о Большехехцирском заповеднике мы нашли кедр, рядом с которым с большой вероятностью мог ночевать Дерсу Узала, легендарный житель Уссурийского края, удэгеец, участник экспедиции Владимира Арсеньева. Почему такой вывод сделали? Во-первых, Арсеньев на этом хребте был множество раз, проводил там рекогносцировочные походы. Во-вторых, у кедра снята кора и сделаны зарубки на высоте примерно двух метров – там, куда дотянется рука невысокого человека. А внизу, под зарубками, ствол подгнил, и для того чтобы там кору снимать, уже не годится. Наш проводник рассказал, что этот кедр был таким же лет 50 назад – с детства его помнит. По всем приметам этим зарубкам примерно 100 лет. Так что вполне возможно, что Дерсу Узала или кто-то из его соплеменников тут мог быть. Кстати, и бабушка нашего проводника, тоже удэге, была с Дерсу Узала знакома. Да, возможно, это легенда. Но путешественникам нужны легенды. Они постоянно появляются, но иногда такие дурацкие, бредовые, антинаучные, что слушать не хочется. А про Дерсу Узала все выглядит вполне правдоподобно.

"Главное, что сознание у людей меняется"

– А как фильмы "Планеты Тайги" вышли на большую аудиторию?

– Все началось в 2015 году с кинофестиваля "Грани". Его организуют такие же энтузиасты, как и мы. Мы выставили на него один из своих первых фильмов "Озеро Большой Сулук". Он такой романтический, приключенческий – группа путешественников-авантюристов пробирается через тайгу. И сразу же победили на фестивале.

Такое ощущение, что после этого нам все хором сказали: "Ребята, ну где же вы раньше были?" И это нас сразу зарядило. Региональный телеканал взял полностью наш первый цикл (на тот момент мы успели отснять 10 фильмов, остальные доделывали уже непосредственно перед показом). И фильмы показали объективно хорошие рейтинги – сравнимые, например, с матчами местной хоккейной команды. А потом нами заинтересовался федеральный канал "Русский экстрим". Отсмотрели материал – и тоже с удовольствием взяли. Главный редактор тогда сказал: я к востоку от Урала не знаю больше ни одной команды, которая бы сняла столько фильмов о своем регионе.

– Как вы думаете, почему ваши фильмы вызывают такой интерес?

– Они и приключенческие, и познавательные, и с необычными историями… Знаете, когда мы только начинали снимать, кто-то нам сказал: "Да кому нужна ваша тайга?" Я это навсегда запомнил. Когда люди так говорят, они под тайгой подразумевают какие-то сложности, комаров, гнус, бытовые неудобства. Кроме этого они ничего не видят. А ведь тайга Хабаровского края практически не изучена. У нас множество памятников природы, но рядом с ними есть удивительные объекты – озера, хребты, скалы, водопады – которые ничуть этим памятникам не уступают. И у каждого из них своя история, обычно мало кому известная.

– Вы сейчас начали еще и экологические проекты. В чем их смысл?

– Многие люди просили нас провести их своими маршрутами, показать то, что видели мы. И мы решили, что нельзя водить людей по тайге и при этом не говорить о правильном в ней поведении, об экологии. Вот с этого и начались наши экологические фестивали. Они подразумевают абсолютно свободное участие. Но есть главный принцип – фестиваль начинается с уборки мусора, а потом уже идет и туристическая, и культурная программа.

Первый фестиваль мы провели на озере Амут. Это горное озеро называют жемчужиной Хабаровского края. И мы застали там полный кошмар: возле этой жемчужины мы в первый раз вывезли тонну мусора. Целый КамАЗ! А ведь собирали только на берегах, там, куда могли добраться. И было нас всего около 100 человек. Через год гадости уже было поменьше – 3–4 мешка. То же и с туристическими стоянками: прежде люди действовали по принципу "после нас хоть потоп", и это считалось едва ли не в порядке вещей. А сейчас все чаще видишь: место стоянки чистое, причем здесь не то что не сорили, а явно прибирались после себя. Приятно видеть, что туристы бережнее стали относиться к тем местам в тайге, где они бывают. Конечно, это не только наша заслуга. Но и наша тоже. Главное, что сознание у людей меняется. В этом году мы проведем уже три экологических фестиваля – в разных местах региона.

– Можно много говорить о работе на энтузиазме, но понятно, что и путешествия, и организация экофестивалей, и съемки фильмов так или иначе требуют затрат. На какие деньги вы все это делаете?

– Мы два раза выигрывали гранты форума "Амур", причем второй раз – за экологический проект. Купили на полученные 100 тысяч оборудование, необходимое для проведения фестивалей. Был у нас и грант конкурса медиапроектов Русского географического общества. У нас есть несколько договоренностей с партнерами по снаряжению и технике. Помогает и администрация города – предоставила нам помещение, где мы можем работать над фильмами. Мы ведь тоже в каком-то смысле теперь бренд Комсомольска, его лицо.

Ну и кроме того, прошлым летом была зарегистрирована туристическая компания "Планета Тайга".

– Это, надо понимать, уже коммерческий проект?

– После выхода фильмов нас постоянно просили показать тайгу, причем это были люди и из нашего региона, и из соседних. Нам казалось, что скучно этим заниматься: ходить с "чайниками" вроде не наш уровень. Но потом я подумал: почему нет? Во-первых, это отчасти решает проблему с финансированием фильмов. Работать на одном энтузиазме до бесконечности нельзя. Все-таки фильмы о тайге – это не то, что разлетается как горячие пирожки и за что любой канал готов заплатить огромные деньги. Да, интересно, необычно, рейтинги высокие. Но если что, без нас, в принципе, обойдутся. А мы не можем не делать эти фильмы, раз людям интересно. И на ТВ их отдаем бесплатно. И в этом плане турфирма могла бы помочь медиапроекту, а медиапроект – турфирме в продвижении новых маршрутов. Вот так и работаем. В первый же год работы мы провели по тайге больше 600 человек. И очень старались, чтобы турфирма не "подвинула" фильмы. Получилось.

В общем-то, и то и другое работает на одну цель – рассказать людям об уникальности нашей тайги. А может быть, и вместе с ними открыть во время походов что-то новое. То, чего никто никогда не видел.