Город-бузотёр

В Новосибирске снова протесты. На сей раз протестуют против, казалось бы, настоящего блага – строительства очередного, четвертого по счету моста. А заодно и против возведения в "самом дачном" пригороде областного центра не то мусороперерабатывающего, не то мусоросортировочного завода. И тот, и другой проект объединены магическим и знакомым большинству россиян разве что по романам Ильфа и Петрова словом "концессия". Итак, почему же Новосибирск протестует против "концессий"?

Чтобы разобраться в этом, вопрос нужно разделить минимум на три части. Во-первых, разобраться в сути предлагаемых (а скорее, "навязываемых") концессий. Во-вторых, обсудить условия, в которых принимаются решения о вступлении региона в концессионные отношения. Ну и, наконец, в-третьих, понять, что это за город такой, Новосибирск, постепенно заслуживающий славу "всероссийского бузотера".

Новосибирца, действительно, можно повергнуть в шок, двигая расчеты по проекту на
40 миллиардов влево или вправо и обязывая его при этом ежегодно платить непонятно за что пару-тройку миллиардов из бюджета

Итак, начнем с сути. Обе концессии имеют общие корни, ведущие куда-то к ближайшему окружению нашего "всенародно избранного". Мусорная концессия рассчитана на 40 лет, вложения инвестора составят 6,5 млрд рублей. Доходы концессионера сложатся из валовой выручки (это гарантированный доход) и дохода от реализации вторсырья. В нынешних ценах за 40 лет последняя цифра составит почти 81 млрд рублей. Первая (валовая выручка) составит 121,6 млрд рублей. При этом свои расходы, включая операционные, возврат кредитов и процентов по ним, концессионер в собственной презентации указал на уровне все тех же плюс-минус 81 млрд рублей. Таким образом, прибыль концессионера составит 121,3 млрд рублей. Всё, что концессионер не сможет заработать (на то он и гарантированный, тот доход!), обязан будет компенсировать областной бюджет.

С "четвертым мостом" все еще проще. С его помощью федеральные власти хотят доказать полезность пресловутого "Платона", за счет которого собираются профинансировать львиную долю сметной стоимости (26,2 млрд рублей из 34,3 млрд, еще 3,4 млрд на условиях софинансирования должен выделить нищий областной бюджет. Остаток необходимых средств (чуть меньше 5 млрд) должен внести концессионер. При этом гарантированный доход, который он должен будет получить за 25 лет (вернее, за 20 лет эксплуатации, 5 лет мост будет строиться), – это 47,1 млрд рублей. Доход будет образовываться за счет закладываемой "платности" моста – проезд по нему оценивается в 100 рублей с легкового автомобиля в одну сторону, что в месячном выражении составит 6000 рублей с каждого автомобиля, желающего ежедневно ездить по этому мосту с правого на левый берег и назад. И вновь – все выпадающие доходы (читай: "деньги, которые не смогут заплатить автомобилисты") будут в обязательном порядке компенсированы из областного бюджета (то есть изъяты из карманов всех жителей области без деления на автомобилистов и пешеходов).

При этом одновременно с запуском в эксплуатацию четвертого моста предполагается поставить на реконструкцию "давно уставший" первый городской автомобильный мост, Октябрьский. То есть альтернатив автомобилистам почти не оставляют (да, есть еще Димитровский и Бугринский мосты, но Центральный – так проектировщики называют четвертый мост, строится в помощь именно Октябрьскому мосту). Вопрос только в том, будет ли Центральный мост платным на период ремонта моста Октябрьского.

Теперь кратко об условиях. За мостовую концессию горсовет голосовал под контролем одного из лидеров "Единой России" в Заксобрании, который перед началом голосования выступил с речью в духе бессмертного "парламент – не место для дискуссий". По фамилии "смотрящего" старшего брата проголосовавших "за" городских депутатов тут же прозвали "28 панферовцев".

Мусорную концессию, которая взяла свое начало еще при предыдущем губернаторе В. Городецком, новый губернатор-варяг А. Травников пообещал разорвать, но на деле все обернулось переформатированием рабочей группы, из которой были исключены самые деятельные "протестанты", в т.ч. депутаты горсовета Н. Пинус и А. Бурмистров, выступавшие против мусорной аферы. В новом проекте обсуждается снижение сроков концессии и демонстрируются прочие "аттракционы невиданной щедрости": поражает сама легкость, с которой оперируют цифрами в "плюс-минус" десятки миллиардов рублей, сопоставимыми с бюджетом полуторамиллионного Новосибирска.

С мостовой концессией тоже происходят арифметические чудеса. Так, разница между первоначальной и окончательной цифрами обязательств области перед концессионерами (а это, на минуточку, 44 миллиарда рублей!) была названа "арифметической ошибкой". Само соглашение было подписано втихую в Москве областным министром транспорта (не губернатором!), а его подробности засекретили под соусом "коммерческой информации".

При этом остается спорной необходимость привлечения концессионера, поскольку недостающая сумма в 5 миллиардов рублей может быть теоретически "съедена" по итогам торгов, которые обязаны были бы провести власти согласно пресловутому "44-му ФЗ", не будь той самой концессии.

Сам проект моста, к слову, тоже небесспорен. По мнению экспертов, он не решает многих вопросов связи двух берегов – в частности, он не избавляет жителей северной части города от необходимости ехать в вечно забитый транспортом центр для того, чтобы пересечь реку. Уже активизировались жители частного сектора Левобережья, чьи дома попадают под снос. Бьют тревогу краеведы и историки – мост пройдет фактически над нынешней городской достопримечательностью, пролетом первого железнодорожного моста и по территории археологического памятника на левом берегу (правда, пока не признанного таковым официально), местом расположения бывшего села Кривощеково, которое многие склонны считать предтечей нынешнего Новосибирска. А самое главное – по проекту и на правом, и на левом берегу мост "приходит" в жутко напряженные транспортные узлы, которые, по мысли трезво оценивающих ситуацию горожан, не только не будут "развязаны", но и наоборот – затянутся удавкой на шее города еще прочнее.

И вот тут мы приходим к третьему "подвопросу": что же это за город такой, Новосибирск? Говоря тремя короткими фразами, это город умный, независимый и чертовски обиженный. В городе полно вузов, в том числе входящих в первую десятку-двадцатку учебных заведений страны. В отличие от многих других городов (того же Томска), "новосибирские умники" в большинстве своем остаются в городе, где они имеют возможность работать не только на десятке-другом крупных предприятий (работников которых теоретически можно выстроить "во фрунт"), но и заниматься бизнесом, творческими профессиями, быть пресловутыми "самозанятыми". При этом Новосибирск никогда не попадал в крупные федеральные проекты – здесь не проводили путинских олимпиад или универсиад, в городе никогда не проходили "саммиты" и его не задабривали скоростными трассами или целой веткой метрополитена к выдуманному юбилею. Единственный громкий проект федералов последних лет (на условиях софинансирования, разумеется), Бугринский мост, работает вполсилы: запущенная и отпиаренная на всю страну с участием "лично Его" первая очередь так и осталась единственной. Этот мост по-прежнему ведет из самой большой городской пробки (на ул. Большевистской) в пробку номер два (на ул. Ватутина). Брошен и покрывается мхом громкий и жизненно важный для города Восточный объезд, часть которого должна была быть открыта еще в 2017 году. А сам будущий мост, красиво выглядящий на рисунках, на правом берегу опирается на крайне неудачную автомобильную развязку-долгострой, прозванную в народе "Горбом Городецкого" – по фамилии тогдашнего мэра, а после – губернатора, назначенного Путиным (и – да, конечно же, избранного!) аж на целых три года.

Для новосибирца нет проблем посчитать процент прибыли от вложений 6 миллиардов рублей. Новосибирца, действительно, можно повергнуть в шок, двигая расчеты по проекту на 40 миллиардов влево или вправо и обязывая его при этом ежегодно платить непонятно за что пару-тройку миллиардов из бюджета. Новосибирец видел, во что превращаются "федеральные проекты" после того, как отгремят фанфары и попилятся все деньги.

Наконец, новосибирцы твердо убеждены, что протесты, гражданская активность (а это давно является фирменной отличительной чертой третьего по численности города страны и негласной столицы Сибири) могут привести к результату: остановке и объявлению вне закона стройки посреди любимого городского парка (как было в случае с Нарымским сквером), замене демократическим путем нелюбимого и.о. мэра В. Знаткова на мэра-оппозиционера А. Локтя, отмене решения о грабительском повышении тарифов на тепло на 15% (как это случилось в апреле 2017 года после семи многотысячных акций протеста). И пускай сейчас, в зимние морозы, на митинги выходят лишь самые активные горожане (прозванные в соцсетях "300 новосибирцами"), но они верят, что их голос, их протест возымеют действие даже в самой отмороженной реальности.

Андрей Поздняков – маркетолог, Новосибирск

Высказанные в рубрике "Мнения" точки зрения могут не совпадать с позицией редакции