Как научить выигрывать

На этой неделе все мои вечера были посвящены репетициям: со старшеклассниками мы готовили выступление КВН. В моем распоряжении одиннадцатиклассники, которых учителя постарше в основном считают хамоватыми живчиками.

Оценки «живчикам» ставят заочно, напирая на самостоятельные и контрольные.
Любое их выступление грозит срывом урока. Простейший вопрос «А вы что об этом думаете?», по неосторожности адресованный классу, может показаться учителю катастрофой. «Живчики» в долгу не остаются. Могут выставить бунинскую героиню из «Легкого дыханья» проституткой, каких свет не видывал. Не подготовившись к уроку разбирать стихотворение, цитируя мангу. Открыто негодовать по поводу отсутствия «Лолиты» в школьной программе, называя настоящей пошлостью не ее отношения с Гумбертом, а новую водолазку физички.

Самое обидное для них, наверное, (а для меня — многообъясняющее) когда их классная руководительница путает толкиниста с сектантом, прирожденного лидера — с эгоцентристом, шагающим по головам, и даже иногда — мальчика с девочкой.

Вместе со мной КВН готовят пять человек, для которых каждый школьный урок — перфоманс, поэтому на каждую сцену они настраиваются как на эксперимент. И мы хотим рискнуть.

Вечером нас пытается выгнать из школы агрессивный сторож. Виной всему — новая сигнализация: «поставить школу на сигналку» — трудоемкий, ответственный и в чем-то торжественный процесс нажатия на одну кнопку, которому мы, конечно же, мешаем. Мы — угроза школьной безопасности. Тратим немало усилий, но уговариваем его оставить нас в покое. Сидим, пьем чай (искали в столе бумагу, а нашли коробку конфет).

В нашем семиминутном КВНе есть все для того, чтобы проиграть: сознательные заминки, каламбуры, говорящие овощи, кислотные танцы.
— Как думайте, у нас есть шанс?
— О, да! — улыбаются.

Мы заняли последнее место, завершив выступление белым танцем «Мальчики и девочки приглашают сливу». Директору школы не пришлось ничего объяснять. Она сказала, что все поняла. Действительно ли?

В раздевалке мои «живчики» всерьез обсуждают игру: «Как хорошо, что мы проигрываем сознательно», «Потому что когда-нибудь мы выиграем совсем не случайно», «Победитель — тот, кто упал девять раз, а на десятый поднялся». Странно, но каждая фраза уложилась бы в 140 знаков. Прикладной школьный Twitter. Речь в режиме микроблога.

В учительской спрашивают, какое место заняла наша команда («Ну не последнее же, че позориться-то?») и как я отдохнул (намекая на освобождение от уроков). Да-да, не последнее. Завуч советует отксерокопировать диплом об участии и подшить копию в свое учительское портфолио: «Пригодится, когда будешь подавать на разряд».

На миг я расстроился, что не могу научить школьников выигрывать. Но тут же передумал. Пожалуй, главное, чем я могу им помочь, — это научить их быть самими собой. Я знаю, что должен не цеплять их и не орать на них, как другие. Я должен быть добряком. Потому что все еще помню себя тем темненьким мальчиком, который сидел в классе у окна и все время смотрел в окно, изредка поднимая голову, когда к нему обращались на «Вы» и не спрашивали на английском про «твою любимую собаку», потому что нет ее у тебя и никогда не было. Как бы я хотел быть внимательным учителем, но, когда в каждом классе по двадцать человек и больше, когда в день по шесть уроков подряд, — это не просто.

— Главное, не профукать главную житейскую битву, — говорят мне после уроков в кофейне одиннадцатиклассники, которые уже знают, куда поступят, какую фирму создадут и сколько у них будет детей. — Хорошо знать, кем ты будешь, и выбирать только то, что ты будешь делать завтра.
— Это не скучно?
— Это разумно, Вася.

В субботу на базе, куда они едут с классом, «живчики» покажут свое выступление на бис. Своей классной руководительнице. Принципиально.