И грянула «Буря»

Джули Тэймор, та самая, что привела на киноэкран Фриду Кало («Фрида»), осмелилась замахнуться на Вильяма нашего Шекспира. Еще на рубеже веков она сняла «Титус», киноадаптацию «Тита Андроника» с Энтони Хопкинсом.

Вообще, все что ни делает Тэймор — это адаптации. Она переводит на язык мюзикла оскароносный мультфильм «Король-лев». Пытается поставить на Бродвее комикс про Человека-паука — неудачно. Зато живописный байопик о полной превратностей судьбе мексиканской авангардистки Фриды Кало и ее монументального сподвижника Диего Риверы достиг мирового успеха и множества премий. Потом Тэймор берет 34 композиции «Битлов» и визуализирует их в ретроисторию молодых радикалов 60-х. Причем все имена героев взяты из названий знаменитых песен ливерпульской четверки.

«Буря» закрывала Венецианский кинофестиваль, вызвав гневные нападки и восхищенные отзывы. А все потому, что Тэймор, как обычно, проявила себя по-женски противоречиво: ее режиссура решительна и осторожна, спецэффекты, словно новогодние гирлянды, украшают тяжеловесную театральную конструкцию.

Волшебник Просперо нежданно-негаданно превратился в седовласую и властную колдунью. Ее и сыграла Хелен Миррен, и это главная удача, энергетический узел фильма. Вместе с прекраснейшей из дочерей Проспера живет на острове, куда после кораблекрушения попадают король и его свита. Бурю, приведшую сюда августейших особ, подняла сама Проспера не без помощи своего пажа, духа воздуха Ариэля. Вложив в бурю весь гнев и жажду страсти, Проспера мстит за свое давнее изгнание. С путешественниками начинают происходить странные вещи — божественное пение заводит их в зловонное болото, на них нападет рой ос, их окутывает темень безумия. Все эти островные испытания волшебством — не столько месть, сколько путь к раскаянию, примирению, и путь этот начертан волшебным жезлом Просперы. Летающий Ариэль, подобно Гарри Поттеру, лишь осуществляет «чудесный промысел». Множество благодатных идей и сюжетных поворотов «Бури», вплоть до финального расставания с волшебной палочкой, использовала Джоан Роулинг в своем поттеровском эпосе. Да что там Роулинг, пушкинское царство в центре бурливого моря, полное чудес, всенародно прощающее обидчика Салтана, изгнавшего царицу и приплод, рифмуется с волшебным островом, на котором Проспера расправляется и мирится со своими гонителями.

Прощальная трагикомедия Шекспира решена в духе классического триединства. Каскад событий ниспадает примерно в течение четырех часов на один из уединенных островов в океане. Несмотря на эти строгие ограничения, кинематографисты за честь почитали превратить полное света и поэзии творение, которому четыре столетия, в современный фильм. С различным успехом это удавалось Джармену, Гринуэю, Полу Мазурски, нашему Станиславу Соколову, разыгравшему шекспировскую пьесу с помощью кукол. Фред Маклауд превратил хрестоматийный текст в фантастический блокбастер, перенеся действие на планету Альтаир IV. Так что версию Тэймор будем считать одной из самых вегетарианских.

Ее усилия совместить красочность стародавних фантазий с текстом первоисточника — и все это на поле малого бюджета — вызывают уважение. Но трепетная лань компьютерных спец¬эффектов (связанная прежде всего с линией воздуховодного Ариэля) никак не впрягается в одну упряжку с подчерк¬нуто консервативной театральной манерой. Первый большой монолог, в котором Проспера раскрывает коварный замысел, козни ее гонителей, выглядит пересказом либретто какого-то другого фильма. Под певучий аккомпанемент музыкального шекспировского слога картинка иллюстрирует все напасти, выпавшие на обесцвеченную голову изумительно фантазийно наряженной Колдуньи. Об облачениях Просперы с невесомыми крыльями стального цвета, прозрачных драпировках Ариэля, солидных нарядах Короля и Герцога, шутовских прикидах их слуг, священно припавших к бутылке с хересом, стоит сказать особо. Все это пиршество сотворила художник по костюмам Сэнди Пауэлл («Оскар» за фильмы: «Влюбленныи? Шекспир», «Авиатор», «Молодая Виктория»). Ее символичные наряды в фильме, снятом в реальных декорациях девственных островов Гавайского архипелага, играют особую роль. В одном из эпизодов развешанные платья Просперы заманивают недругов в ловушку. А финальное «разоблачение» Колдуньи, ее отречение от чар решено с помощью переодевания. Могущественная Проспера снимает волшебные крылатые одежды, облачается в традиционное платье елизаветинской эпохи. Ариэль затягивает шнуровку корсета хозяйки, отныне она снова в плену догматов мужской воли и женской второсортности. В Миланском королевском дворе доминируют мужчины. Лучезарный шекспировский финал омрачается печалью взгляда Хелен Миррен, смотрящей на застывшее в штиле море и, возможно, снова мечтающей о буре.

Скорее всего, метод Тэймор, адаптирующей классику в снабженное визуальными эффектами фэнтези, нынешним школьникам (к сожалению, «Буря» не вписалась в школьную программу) придется по душе. И учителя вряд ли будут возражать против факультативного просмотра «киноШекспира», в котором сохранена торжественность высокого штиля. В котором столь роскошный кастинг, что позавидует Ковент-Гарден. Партнерами Хелен Миррен стали Альфред Молина (в фильме о Фриде Кало он сыграл Риверу), Рассел Брэнд («Сказки на ночь», «Побег из Вегаса»), Рив Карни (фронтмен рок-группы Carney), Том Конти («Рубен, Рубен», «Счастливого Рождества, мистер Лоуренс»), Крис Купер («Адаптация», «Красота по-американски», «Патриот»), Алан Камминг («Бурлеск», «Дети шпионов), Бен Уишоу (актер, запомнившийся нам в «Парфюмере», сыграл Ариэля), Дэвид Стрэтэйрн («Доброй ночи и удачи»). Тэймор предпочитает иметь дело с суперпрофессионалами — оператором фильма стал Стюарт Драйберг, тот самый, что снимал «Пианино».

Самая музыкальная из шекспировских пьес симфонична по природе. Кажется, Чайковский для своей увертюры «Буря» просто собрал подробно выписанную классиком игру звуков волшебного острова: песни, рев волн, вой ветра, шелест ветвей над головами юных возлюбленных прин¬ца Фердинанда и прекрасной дочери Просперы Миранды. Тэймор с помощью композитора Эллиота Голденталя создала оригинальную, не лишенную магии аранжировку действия, где звуки, шорохи, шумы превращаются в музыкальную партитуру. Можно ожидать, что и из «Бури» она сделает мюзикл и тогда уж добьется безоговорочного успеха.