Станет ли Губангулы Бердымухаммедов туркменским Горбачевым?

Программу Итоги недели ведет Дмитрий Волчек. Принимает участие туркменский писатель Ак-Мухаммед Велсапар.

Дмитрий Волчек: Министром обороны России стал бывший директор мебельного магазина, а президентом Туркмении на этой неделе был избран бывший стоматолог Гурбангулы Бердымухаммедов. Хотя выборы наследника Туркменбаши проходили на альтернативной основе, назвать их демократическими невозможно: оппозиционный кандидат не был зарегистрирован, на выборах не было ни официальных наблюдателей мирового сообщества, ни западных журналистов. Тем не менее, некоторые туркменские диссиденты склонны думать, что с приходом к власти Бердымухаммедова в одной из самых закрытых стран мира начнется эпоха либеральных реформ, а новый президент может оказаться туркменским Горбачевым. Такие надежды питает живущий в Швеции туркменский писатель Ак-Мухаммед Велсапар.

Господин Велсапар, вы участвовали в программе «Итоги недели» буквально через пару дней после смерти Туркменбаши и тогда о фигуре Гурбангулы Бердымухаммедова, который стал исполняющим обязанности президента, почти ничего не было известно, кроме того, что он стоматолог и, по слухам, внебрачный сын Ниязова. Сейчас Бердымухаммедов стал президентом и информации по-прежнему очень мало. Давайте суммируем все, что на сегодняшний день известно о нем, его прошлом, настоящем, о его взглядах, попытаемся дать хотя бы набросок его портрета.

Ак-Мухаммед Велсапар: Я думаю, что слухи, распространяемые некоторой частью зарубежной туркменской оппозиции, надо отбросить сразу же, что якобы он является внебрачным сыном Ниязова. Это не выдерживает никакой критики. Я думаю, что это недостойно для людей, которые называют себя членами оппозиции, заниматься такого рода делами. Если говорить о личности Бердымухаммедова, по-прежнему не так уж много сведений, которые могли бы рассказать о нем или дать возможность прогнозировать, как он дальше будет двигаться. В то же время, судя по тому, что первым его указом был указ о восстановлении нормального среднего десятилетнего образования и то, что он тем же указом распорядился восстановить учебу в вузах Туркменистана, как это было и раньше – пять лет, шесть лет для некоторых профессий – это говорит о том, что он, возможно, человек своего слова.

Дмитрий Волчек: Западные наблюдатели обращают особое внимание на обещание Бердымухаммедова дать туркменам доступ к интернету и расширять мобильную связь в стране. Вы считаете, что это действительно признаки либерализации режима или пустые слова?

Ак-Мухаммед Велсапар: Я думаю, если Бердымухаммедов вслед за указом о восстановлении нормального образования и среднего, и высшего пойдет дальше и сдержит так же общение сделать доступным, снимет ненужный контроль над использованием интернета, это уже будет в определенной степени либерализацией жизни в Туркменистане. Сегодня я получил информацию о том, что Бердымухаммедов распорядился открыть интернет-кафе в Ашхабаде, а дальше планируется так же открывать интернет-кафе в районных центрах. Это уже, согласитесь, напоминает действия Михаила Горбачева в середине 80-х, то есть в какой-то степени гласность.

Дмитрий Волчек: Было много надежд на своего рода десталинизацию в стране, на разоблачение культа личности Туркменбаши. Но пока никаких признаков нет.

Ак-Мухаммед Велсапар: Да, я с вами согласен. Но если ждать того, что Бердымухаммедов начнет открыто критиковать великого сердара, то разочарование может быть. Но, на мой взгляд, Бердымухаммедов действует более гибко. Он даже эту реформу восстановления учебы в средних школах и вузах делает, не критикуя сердара, он начинает демонтаж этой системы. Я думаю, что этот путь тоже оправдан. Если учесть, что за последние 15 лет в стране произошли большие сдвиги в менталитете людей, я имею в виду прежде всего политические ожидания, политическая апатия, которая есть сегодня в туркменском обществе, не пройдет так легко. И поэтому вряд ли нужно открыто начинать критиковать основателя этого режима - великого сердара. Может быть путь, который избрал Бердымухаммедов, на первых порах очень даже оправдан, то есть демонтировать культ без особого шума, тихо, но последовательно, А дальше, кто его знает, может через некоторое время ему придется открыто критиковать и как-то избавлять общество от культа личности.

Дмитрий Волчек: Помимо известий об открытии интернет-кафе и реформе образования, поступали ли в последние месяцы какие-то интересные новости из Ашхабада, свидетельствующие о том, что ситуация меняется, что люди ожидают перемен?

Ак-Мухаммед Велсапар: В последние дни я связываюсь с Ашхабадом ежедневно. И судя по тому, как люди начинают без особой боязни рассказывать и разговаривать даже на политические темы, особенно это касается линии Агзыбирлика, с руководством и активистами которого у меня более тесные связи, я их всегда поддерживал как независимый писатель и журналист и сам стоял истоков этого движения. Сейчас руководство Агзыбирлика и активисты начинают чувствовать себя наконец-то более-менее нормально. Они уже меньше боятся или вовсе не боятся и разговаривают на политические темы.

Дмитрий Волчек: Лидеры туркменской оппозиции, живущие в изгнании, как и вы, пытались в последние месяцы повлиять на ситуацию в своей стране, пытались выдвинуть своего кандидата на пост президента. Какие настроения сейчас после выборов преобладают в оппозиционном лагере – разочарование или больше надежды?

Ак-Мухаммед Велсапар: Гамма чувств очень богатая. Все это варьируется от одной партии к другой. Если сказать о настроениях, которые есть в демократической оппозиции, люди больше настраиваются на позитивное сотрудничество с новой властью в Туркменистане, с новым президентом и его возможным политическим окружением. В то же время номенклатурная часть зарубежной туркменской оппозиции радикализуется на глазах, они начисто отвергают новую власть в Туркменистане, нового президента. Это очень интересный момент в нашей жизни, трудно было ожидать, что так все пойдет месяц или два месяца назад. Но, возможно, это связано с тем, что председатель движения «Ватан», бывший председатель Центрального банка Туркменистана Худайберды Оразов и один из лидеров Республиканской партии Ханамов попытались прямо-таки прибрать власть к рукам через Украину. Но это не получилось и, по-видимому, они беспокоятся за свое будущее, что им трудно будет вернуться в Туркменистан и включиться в политическую жизнь в стране, и от этого может быть их радикализация.

Дмитрий Волчек: То есть раскол в оппозиционном стане увеличивается?

Ак-Мухаммед Велсапар: Раскол увеличивается очень значительно. Этот раскол начался после смерти Ниязова и этот раскол дальше продолжал увеличиваться по вине Оразова и Ханамова, когда они вопреки тому, что оппозиция выдвинула сразу два кандидата на президентских выборах, тем не менее, они ввели в заблуждение мировые оппозиционные агентства, называя Оразова единым кандидатом. И это тоже послужило быстрому увеличению расколу между демократической частью оппозиции и номенклатурной.

Дмитрий Волчек: А что случилось с ашхабадским оппозиционным кандидатом, который был выдвинут сразу после смерти Туркменбаши и исчез?

Ак-Мухаммед Велсапар: Действительно, Нурберды Нурмаммедов, лидер оппозиционного демократического движения Агзыбирлик, просто-напросто исчез на улице 23 декабря прошлого года. Однако третьего января он был освобожден без всяких условий. С третьего января Нурберды Нурмаммедов может передвигаться более-менее свободно. И в последние дни я с ним разговаривал, и он тоже полон ожиданий, что, возможно, удастся найти согласие с новыми властями, с новым президентом. И сейчас идет работа в направлении легализации работы демократического движения Агзыбирлик. Если это удастся, я думаю, что в скором времени народно-демократическое движение Агзыбирлик начнет свою легальную работу в Туркменистане. Мы надеемся очень на это.