Александр Пикаев о ядерной программе Ирана

Никита Татарский: Министр иностранных дел России Сергей Лавров высказался против введения международных санкций против Ирана, который, как утверждают США, может втайне разрабатывать ядерное оружие. Россия и Великобритания выступили за продолжение переговоров по ядерной программе Ирана. Наш коллега Виктор Нехезин попросил эксперта Института международной экономики и международных отношений Александра Пикаева прокомментировать, насколько вероятна передача иранского ядерного досье на рассмотрение Совета безопасности ООН.

Александр Пикаев: В Лондоне ведутся переговоры между представителями пятерки постоянных членов Совета безопасности и Германии относительно иранской ядерной программы. Насколько можно судить, позиция Россия, как заявил российский президент, близка к позиции Соединенных Штатов и Евросоюза, но, тем не менее, он предложил не рубить с плеча, избегать резких движений, поскольку решение этой проблемы - вопрос достаточно деликатный. И именно таким образом можно комментировать заявление Лаврова. Кроме того, Россия, по регламенту Совета управляющих МАГАТЭ, не может заблокировать вопрос переноса иранского досье на рассмотрение Совета безопасности, для такого решения требуется две трети голосов стран-участниц, и право вето там не предусмотрено. То есть Россия, конечно, может работать против такого решения, но предотвратить его она не может, поэтому она предпочла занять осторожную позицию. Но, вместе с тем, она дала понять, что ни о каком автоматическом введении санкций против Ирана, ни о каком автоматическом принятии антииранской резолюции в рамках Совета безопасности речи пока быть не может.

Вместе с тем, Россия, конечно же, раздражена недавними высказываниями иранского президента относительно Израиля. Для России Израиль - важная страна, поскольку там проживает большое количество выходцев из бывшего Советского Союза.

Виктор Нехезин: Можно ли говорить, что, действительно, позиция России как-то постепенно меняется по отношению к Ирану?

Александр Пикаев: Да, прослеживается определенная тенденция. Если в 90-е годы Россия отказывалась признавать, что Иран ведет какую-либо незаконную ядерную деятельность, то в течение последних лет она, во-первых, была вынуждена признать, что, действительно, такая деятельность велась. И в настоящее время, после заявлений иранского президента и действий иранской стороны по выходу из добровольного моратория на обогащение урана, российская позиция оказалась гораздо ближе к позиции США и Евросоюза, и Россия не отвергает возможность обсуждения иранской темы на Совете безопасности ООН. Хотя и по-прежнему настаивает на том, что выход из тупика должен быть найден путем дипломатических средств.