Байкал очень болен

Самое глубокое и в прошлом самое чистое озеро планеты зарастает водорослями

В северной части озера прибрежное мелководье на протяжении десяти километров затянуто спирогирой – прежде не известными здесь водорослями.

— Берег Байкала абсолютно черный. Представьте себе, если бы Байкал забросали навозом или перегноем! Теперь люди не могут пить байкальскую воду, они пьют либо артезианскую, либо воду из ближайших болот и озер. Коровы и лошади тоже эту воду не пьют, — рассказал заведующий лабораторией биологии водных беспозвоночных Лимнологического института, профессор Олег Тимошкин. Он только что вернулся из международной экспедиции. Двадцать дней ученые Лимнологического института и их коллеги из Новой Зеландии и Нидерландов исследовали мелководную зону озера Байкал. Ученые говорят, что спирогира безопасна для человека, она просто утилизирует жидкие удобрения, которые попадают в озеро. Однако местные жители по-другому смотрят на вещи:

— Рыбачить здесь невозможно, — рассказывает Алексей Нараев из Заречного — Самое рыбное место было, и не стало рыбы.

На Байкале практически не осталось мест, свободных от этой водоросли. Ученые уточняют причины ее появления, и уже есть несколько версий. Одна из них — сброс неочищенных сточных вод напрямую в озеро. Например, в поселке городского типа Усть-Баргузин старые очистные сооружения разрушены, новые не достроены. Туда же свозят нечистоты с десятков туристических баз, расположенных на берегу Байкала. Стоки без очистки попадают в Байкал.

– В Северобайкальске существует станция очистных сооружений. Примерно семь лет назад она была образцово-показательной, туда возили людей демонстрировать, как надо очищать сточные воды. Затем эта станция перешла в ведение РЖД. Там есть два депо: одно моет вагоны, другое моет локомотивы. Три года назад тендер на помывку локомотивов выиграла одна из московских фирм, которая вместо обычного мыла и стиральных порошков начала применять очень ядовитые моющие средства, которые содержат сильнейшие бактерицидные вещества. Кто-то взял и присоединил промышленные сточные воды к бытовым сточным водам, и станция, которая не предназначена для очистки промышленных сточных вод, была загублена. Сейчас эта станция передана в ведение города Северобайкальска, но проблемы остаются. В прошлом году, когда мы там были, они сбрасывали огромное количество фосфатов и нитратов, – рассказал Олег Тимошкин.

По информации иркутских ученых, в 1960-е годы в США случилась похожая история с Великими озерами. Тогда там стали выпускать стиральные порошки без фосфора, и спирогира исчезла. По этой версии, одна из причин разрастания спирогиры – та, что люди, живущие на берегу Байкала, используют стиральные порошки с фосфором.

Ученые обращают внимание также на то, что государственная система мониторинга Байкала не способна диагностировать болезни озера.

– На мониторинг озера Байкал только по одной Федеральной целевой программе тратится до 60 миллионов рублей в год. Хотите я вам прочитаю заключение из доклада «О состоянии озера Байкал и мерах по его охране в 2013 году»? «Состояние озера Байкал в 2013 году не претерпело каких-либо заметных изменений…» – возмущается Олег Тимошкин.

В экспедиции участвовал специалист по нитчатым водорослям, ученый из Новой Зеландии Кристиан Бёдекер. По его словам, то, что они увидели на Байкале характерно для озер, которые получили избыток питательных веществ и скоро превратятся в болото. Однако Кристиан Бёдекер заверил, что Байкалу не грозит стать болотом, потому что он очень глубокий.

По прогнозу академика Михаила Грачева, понадобится три-четыре года, чтобы разобраться со спирогирой.