Матчасть современного искусства

Как спасти химеру, разбить иллюзии и не загрязнить окружающий мир

• Новое, в материальном смысле - это искусство, как наиболее понятный вариант, поскольку я могу видеть результат своей деятельности.
• Арт-рынок - все равно рынок и действует по экономическим законам. А любая чувственная часть все равно связана с материальными, финансовыми вопросами.
• Курьер привозит покупателям не майку "Supreme", которую они ожидают, а майку с язвительный логотипом "Купи себе личность вместо того, чтобы покупать майки", либо пустую белую майку, которая никакой ценности не представляет.
• Люди все додумывают - любую ситуацию, дорисовывают других людей - и находятся в каком-то сне.
• Это отражает время, время перемен и непонимания того, каковы новые ориентиры у нас, как у цивилизации, и куда мы дальше хотим стремиться.
• Научить современному искусству невозможно. Человек самостоятельно должен к этому прийти, самостоятельно осмыслить, сделать какие-то собственные выводы.

Тамара Ляленкова: Сегодня мы продолжаем знакомиться с творчеством молодых, на выставке в Центре современного искусства Винзавод. На этот раз мы на экспозиции "Сосуществование: обозначение границ". Здесь мы попробуем понять как создать художественный объект, чтобы изменить экономическую модель общества, спасти химеру, разбить иллюзии и не загрязнить окружающий мир.

Таковы темы работ выпускниц Британской высшей школы дизайна Еленs Аш, Дарии Караваевой, Ксении Даниловой и Александры Ленской; общую концепцию выставки объяснит куратор программы "Современное искусство" Михаил Левин.

Тамара Ляленкова: Надо сказать, что возможность определить границы – иногда всего лишь иллюзия, так считают некоторые выпускники Британской высшей школы дизайна, например, Алена Фааф, в ее аннотации есть пояснение: "иллюзия, которая обещает мне свободу и возможность идентифицировать в этом мире себя". Подробнее о темах и формах, которые предпочитают студенты Британки, я попросила рассказать куратора выставки.

Михаил Левин: Я обозначил тему "Сосуществование", с ней студенты начали работать уже с февраля. Чуть позже мы сделали уточнение, что это будет не просто про сосуществование, а про обозначение границ. Молодому автору очень важно понять, где, вообще, лежат границы личного пространства, творческого, взаимодействия с миром искусства, с арт-средой. К тому же мы ведь делали коллективную выставку, здесь представлено 17 индивидуальных проектов и еще 4 групповых. И было очень важно найти точки соприкосновения, как они между собой выстраиваются, какой получается диалог и так далее.

Лена Аш: Я по первому образованию географ, закончила МГУ и работала на рынке космической съемки земли. Выбор этот был сделан очень давно и под влиянием родителей. Когда я заканчивала школу, мне надо было определиться - классическое образование или художественное. Так как мои родители - простая советская семья, инженеры - в художественное образование мало верили, как в твердый заработок в будущем, я поступила в МГУ.

После окончания работала, построила карьеру, но душа потребовала иного выхода. И когда я поняла, что моя художественная практика не умещается в рамках хобби, душа требует продолжения, то пошла на интенсив в Британку и поняла, что это именно место, где я хочу учиться дальше.

What is yours? Lena Ash

Мой дипломный проект посвящен персональным выборам, совокупность которых формирует глобальное высказывание и называется "What is yours?", русская интерпретация "А ты?". В качестве визуальных образов я использовала мусор в мировом океане. В основе проекта лежит космический снимок, он был сделан в марте этого года в районе мусорного острова в Тихом океане. Также я взяла визуальный образ лодки, сделав фотомонтаж, фотоколлаж. Проект состоит из 144 листов А4, которые все вместе соединяются в одно большое полотно.

Я хотела сказать, что в современных реалиях каждый из нас выбирает одну из трех ипостасей - конформист, революционер или эмигрант. В

в художественное образование мало верили, как в твердый заработок в будущем

любом случае, этот выбор подразумевает компромисс. Но вопрос - чья целостность будет нарушена в результате этого компромисса?

Проект дополнен инсталляцией бумажной лодки. С одной стороны, это очень простая лодка, которую может сделать из бумаги любой человек в мире, любой ребенок. Однако для проекта я использовала карты, которые привозила из командировок и путешествий. Эти карты собраны со всего мира - есть и Сан-Франциско, и Пекин, и Монголия.

Делая проект, я ничего нового не произвела и не намусорила. А, с другой стороны, проблема экологии касается всех: в любой точке Земного шара человек делает свой выбор. Важно, что все мы являемся пассажирами и попутчиками в лодке, которая называется "Планета Земля".

Тамара Ляленкова: Михаил, есть поколенческая разница в том, какие выбирают темы, форматы, материалы студенты?

Михаил Левин: Конечно, сегодня мы соприкасаемся с цифровыми средствами намного чаще, чем 10-20 лет назад. Но так как на курсе обучаются люди совершенно разного возраста, я не могу сказать, что есть некий тренд. Любой медиум, будь то классический - живопись, скульптура или современные - инсталляции, перфоманс, фото и видео, абсолютно легитимны, имеют право на жизнь. И мы ни в коем случае не делаем никаких ограничений, каждый студент выбирает сам.

Караваева Дария: Я затрагиваю тему общества потребления и, вообще, подходящая ли это экономическая модель для нынешнего общества и для процветания социума. Соответственно, вы видите в витрине шесть маек, сделанных по моему дизайну. За основу была взята футболка марки "Supreme", достаточно популярная у нынешней молодежи, цена которой абсолютно не обоснована. Исходя из этого, я составила некую ситуацию на ресурсе перепродаже вещей на "Авито": нанесла на майку проекцию этого бренда, и попыталась продать. Было очень много желающих купить. Предполагалось, что возникнет маленькая загвоздочка: курьер привозит покупателям не майку ""Supreme", которую они ожидают, а майку с язвительный логотипом "Купи себе личность вместо того, чтобы покупать майки", либо пустую белую майку, которая никакой ценности не представляет.

Уголок потребителя. Дария Караваева

Поскольку ценник оригинала этой майки - в районе 1 тысячи евро на вторичном рынке, я поставила - 500 рублей. Мне написало много маленьких школьников, которые хотят быть модными, однако мое доброе сердце не позволило их обманывать. Так что я отказалась от идеи перепродажи.

Что касается визуализации, то ее основой стала большая витрина, обитая натуральным бархатом, на котором размещены эти майки. Они, как редкие бабочки, прикреплены к бархату маленькими золотыми гвоздиками. То есть делается акцент на редкость этих вещей, на дикое желание людей ими обладать, хотя по факту они никак не изменят ни тебя, ни твое мироощущение.

каждый художник делает работы о том, что его задевает

​Мне кажется, каждый художник делает работы о том, что его задевает, и я сама являюсь одним из ярких представителей общества потребления. МГИМО дало мне определенный старт в этой области. Я отучилась там 4 года на бакалавриате, успешно закончила как экономист-международник с двумя иностранными языками. Но в какой-то момент поняла, что, наверное, дальше в этой области уже не имеет смысла двигаться, потому что то, что мне нужно, у меня уже есть. И я решила попробовать себя в другой сфере.

Поступая в Британку, я хотела получить новый опыт именно современного искусства. Поэтому я полностью ушла от больших холстов маслом в современную форму: в основном занимаюсь инсталляциями. Себя в будущем вижу как действующее лицо арт-рынка, ведь арт-рынок - все равно рынок и действует по экономическим законам. Мне кажется, что любая чувственная часть все равно связана с материальными, финансовыми вопросами.

Тамара Ляленкова: Михаил, вы учились в Лондоне. Может быть, есть некая специфика в российском современном искусстве, если мы сравниваем искусство молодых?

Михаил Левин: Да, мне кажется, есть. Когда я создавал этот курс, у меня было желание дать возможность студентам интегрироваться в

российские студенты и молодые художники не так много внимания уделяют форме

глобальный контекст. Конечно, традиции московского концептуализма до сих пор остаются очень сильными. И, мне кажется, многие учебные заведения в большей степени ориентированы на ту модель, которая была сформирована тогда. Я же хотел создать совокупность - дать студентам понимание российской специфики, но при этом возможность взаимодействовать и с западным арт-миром.

Российские студенты и молодые художники не так много внимания уделяют форме. Если же говорить про западное искусство, то там форма всегда важна, вне зависимости от того, в каком направлении работает молодой художник. Отечественное современное искусство часто обращается к литературе, к философии, как к мощному источнику для диалога.

Александра Ленская: Все началось с истории, которая хранится в буклете - миф про сказочного персонажа, химеру по имени Лакмус. Это мое альтер эго, которое я создала для того, чтобы показать свою осознанность в коммуникации с другими людьми, во взаимодействии с обществом.

Кроме истории, отправной точкой послужил, конечно, костюм, который можно видеть на первой части триптиха, на фотографии: впереди

это аллегория, которая показывает уязвимость и опасность, спрятанные в каждом из нас

петушиные перья, а сзади металлические шипы, которые растут из спины. Это аллегория, которая показывает уязвимость и опасность, спрятанные в каждом из нас, и, в первую очередь - во мне.

То есть это костюм осознанности. Когда мы его несем на себе, мы должны понимать, что любое неосторожное слово, любой поступок может причинить боль другим людям. И даже если мы не причиняем боль, а просто защищаемся, это не всегда приводит к решению конфликтов, проблем в коммуникации. А уязвимость... В данном случае, аллегорией уязвимости являются перья. Они не всегда говорят о слабости; они не всегда говорят просто о красоте.

Лакмус. Александра Ленская

​По моему мифу, перья химер служат лекарством от всех болезней. Именно из-за перьев человечество уничтожило целую популяцию химер, которые жили в сегрегации. И осталась только одна выжившая химера, и у нее выросли шипы защиты.

Параллельно я написала историю о человеке, который оказался в таком же уязвимом положении среди людей. То есть в мире, к которому он привык, в мире, где он чувствует себя комфортно, ему поставили диагноз "синдром Альцгеймера". И он не стал дожидаться, когда недуг его разрушит, покончил жизнь самоубийством, спрыгнув с высотки, но он не умер, а попал в волшебный лес, где обитает химера. И она его вылечивает. Тогда человек предлагает химере восстановить баланс добра и зла, поверить в человечество, вернуться в мир людей и попробовать все заново. Но уже на второй день химеру убивает театральный костюмер из-за красивых перьев. И остается от нее только костюм, который показан в последней части триптиха.

По центру мы можем видеть видеофиксацию перформанса, эта часть показывает, как химера попадает в этот мир, как она начинает

на второй день химеру убивает театральный костюмер из-за красивых перьев

взаимодействовать с людьми: она их боится, они ее тоже. Кто-то относится к ней с равнодушием, кто-то по-доброму, то есть реакция всегда разная.

Дальше окончание, логическое завершение - от химеры остается только одна осознанность, витающая в воздухе, уязвимость и опасность в одном лице, которые несет каждый человек при взаимодействии с окружающим миром. Наверное, это о целых социальных обществах, даже о коммуникации между государствами.

Для меня основной медиум, самый любимый в работе - это текст. Текст - это и радость, и боль одновременно, потому что над текстом нужно работать постоянно. Текст - это как написание картины, как инструмент, работа с которым доставляет удовольствие. Когда я пишу, я конструирую таким образом свою реальность.

Образование собираюсь продолжить в Америке в Институте Пратта. Буду учиться на программе "Арт-менеджмент", чтобы объединить свой бэкграунд в юриспруденции с искусством. Для меня, наверное, это самый оптимальный вариант. Я закончила Юридическую академию имени Кутафина, работала по профессии, но поняла, что юриспруденции в чистом виде мне мало: хочется чувствовать значимость своей работы в конце дня, а это я чувствую, когда создаю что-то новое. Это новое, наверное, в материальном смысле - искусство, как наиболее понятный вариант, поскольку я могу видеть результат своей деятельности. На данном этапе я поняла, что юриспруденция мне тоже много дала, и почему бы не соединить их вместе. В результате все пришло к тому, что я поступила на программу арт-менеджмента в Америке.

Тамара Ляленкова: Михаил, откуда у молодых художников берутся идеи? Они часто используют первое, не художественное образование, но, может быть, оно же им и мешает – слишком узко, не каждый поймет?

Михаил Левин: Наша выставка пытается дать зрителю возможность вместе с авторами порассуждать на тему о глобальном существовании человека: внутри себя с разными духовными, эмоциональными состояниями; индивидуума и общества, как человек ощущает себя в социуме, в системе, что его пугает, тревожит, о чем он задумывается, как рассуждает. Также про общество в целом, про границы, про зону комфорта и так далее. Завершающая часть экспозиции – актуальная сегодня проблематика: гендерные различия, сила и насилие.

актуальная проблематика: гендерные различия, сила и насилие

Таким образом посетители, пройдя по выставочному пространству, ознакомившись с проектами, видят важнейшие аспекты того, как мы ощущаем себя сегодня. Что-то, естественно, покажется ближе, ясней и понятней, а кому-то будет непонятно или не близко. Тем не менее, это отражает наше время, время перемен и непонимания того, каковы новые ориентиры у нас, как у цивилизации, человечества, и куда мы дальше хотим стремиться.

Ксения Данилова: Работа называется "Отражения". В ней я говорю про то, что каждый человек является многогранной личностью, и грани эти формируются на протяжении всей нашей жизни. Наша семья, наши родственники, наши друзья нас формируют. При этом человек, находясь во взаимодействии с новыми людьми, чаще всего видит в них свое отражение. Ему кажется, что он находит родственную душу, близкие интересы, но в действительности чаще всего это иллюзия.

Отражения. Ксения Данилова

Человек чаще всего рассуждает паттернами, которые у него уже сложились, вместо того, чтобы стараться увидеть в человеке настоящее, разглядеть то зерно, которое в нем есть. Люди все додумывают - любую ситуацию, дорисовывают людей - и находятся в каком-то сне. Очень важно сделать работу так, чтобы зритель ее понял, интерпретировал, возможно, нашел новые смыслы, но, самое главное, - стал сам себе задавать вопросы.

Тамара Ляленкова: Михаил, можно ли научить современному искусству?

Михаил Левин: Научить, я думаю, - нет. Можно рассказать, каким-то образом дать направление, обозначить некие алгоритмы. Но именно

нет единого мнения, единого видения, все настолько субъективно, неочевидно

научить современному искусству невозможно. Человек самостоятельно должен к этому прийти, самостоятельно должен осмыслить, сделать какие-то собственные выводы. Здесь нет истины. Нет единого мнения, единого видения, все настолько субъективно, неочевидно...

В процессе учебы мы пытаемся указать некое поле и как на этом поле располагаются различные элементы, как с этими элементами взаимодействовать. А дальше, конечно, каждый студент должен самостоятельно определить, с какой интенсивностью, глубиной, погружением он будет на этом поле выстраивать себя, свой путь, свою деятельность.

Тамара Ляленкова: Пожалуй, это еще одна отличительная черта современного искусства - ему нельзя научить.