Майлз Дейвис о Майлзе Дейвисе

Музыка всегда была для меня чем-то вроде проклятья, я ею одержим. Она до сих пор занимает первое место в моей жизни. Музыка — прежде всего.

Трубач столетия Майлз Дейвис появился на свет 26 Мая 1926 года,- очередное "Время джаза" это коллаж из музыки Майлза и его воспоминаний. Передача выйдет в радиоэфир 27 мая в 23:00 мск.

"Cейчас у меня что-то вроде перемирия с музыкальными демонами, и они немного меня отпустили. Мне кажется, мне очень помогло занятие живописью. Демоны все еще тут, но теперь я знаю, что они здесь, чувствую, когда их нужно напитать. По-моему, сейчас у меня все под контролем. Я человек закрытый, а чтобы оградить свою частную жизнь, знаменитости нужно очень много денег. Это очень и очень трудно, и это одна из причин, почему мне нужно зарабатывать деньги, — чтобы оградить свою жизнь от публичности. За славу приходится расплачиваться — головой, душой и огромными деньгами”.

“…а потом Филли Джо привел к нам Джона Колтрейна. Я уже был знаком с Трейном по выступлению в “Одюбоне”, где мы играли несколько лет назад. Но там Сонни намного превосходил Трейна. Поэтому, когда Филли сказал, кого он собирается привести, я в особый восторг не пришел. Но после нескольких репетиций (а я уже видел, что Трейн сильно продвинулся вперед по сравнению с тем концертом, когда Сонни играл на отрыв) он сказал, что ему нужно домой, и уехал. Мне кажется, причина была в том, что тогда мы не очень-то понравились друг другу: Трейн в то время обожал приставать с гребаными вопросами о том, что он должен и что не должен играть. Господи, как он меня достал: я его считал профессиональным музыкантом и всегда хотел, чтобы те, кто со мной играют, сами находили свое место в музыке. Так что мое молчание и злобные взгляды, по-видимому, расхолодили его. Наша группа тогда чуть не распалась — когда Трейн уехал в Филадельфию играть с Джимми Смитом.

Нам пришлось буквально умолять его вернуться на концерт, который должен был состояться в Балтиморе в конце сентября 1955 года. Поэтому и пришлось Филли Джо звонить Трейну и просить его ехать с нами. Только Трейн знал все наши темы, а я не мог рисковать и нанимать кого-то, кто их не знал. Но, поиграв с ним некоторое время, я понял, что этот парень — превосходный стервец, у него именно тот голос, который мне нужен у тенора, чтобы оттенить мой собственный голос. Только потом мы узнали, что Трейн тогда решил: если мы позвоним, он с нами поедет, потому что наша музыка ему нравилась больше, чем музыка Джимми Смита; в моем оркестре он видел для себя возможность развития.”

“…Теперь у меня в оркестре был Трейн на саксе, Филли Джо на ударных, Ред Гарланд на фортепиано, Пол Чемберс на басу и я сам на трубе. И гораздо быстрее, чем я мог себе вначале представить, мы стали исполнять бесподобную музыку. Она была до того хороша, что у меня даже мурашки по телу бегали, и с публикой происходило то же самое.

Господи, да мы за такое короткое время начали так прекрасно играть, что было даже страшно — так страшно, что я даже щипал сам себя, чтобы убедиться, что все это наяву. Вскоре после того, как мы с Трейном начали вместе играть, критик Уитни Бэллиет сказал, что у Колтрейна “сухой, неровный тон, который оттеняет игру Майлза Дэвиса, как грубоватая ткань прекрасный драгоценный камень”. Но очень скоро Трейн стал чем-то гораздо большим. Через какое-то время он и сам превратился в бриллиант, и я это знал, и все, кто слышали его игру, тоже это поняли”.

Автобиография Майлза Дейвиса, русский перевод И.Калинина. Он вышел в издательствах “Ультра-Культура” и “София”.