Университеты в изгнании

Как живут университеты, перемещенные с оккупированных территорий Украины?

​Виталий Портников: Что происходит с перемещенными университетами Донбасса и Крыма? Как помогает им общественность? Об этом наша сегодняшняя программа, но вначале сюжет моего коллеги Владимира Ивахненко.

Владимир Ивахненко: После аннексии Крыма и начала вооруженного конфликта в Донбассе, согласно решению украинского правительства, были эвакуированы в другие регионы Украины семнадцать университетов с территорий самопровозглашенных Донецкой и Луганской "народных республик" и один с Крымского полуострова. Вместе с вузами около 40 тысяч студентов и 3,5 тысячи преподавателей изменили места учебы и работы. "Часто это были трогательные истории, когда люди рисковали жизнью, чтобы вывезти флаг университета. Сами преподаватели или студенты приезжали из зоны боевых действий, имея при себе лишь то, в чем они вышли из дому. На территориях сепаратистских республик остались значительные фонды и оборудование", – рассказывает о переезде вузов Сергей Квит, занимавший пост министра образования и науки Украины с февраля 2014 года по апрель 2016-го. Два года назад из Симферополя в Киев переехал Таврический национальный университет имени Владимира Вернадского, а большинство донбасских вузов перебрались в разные украинские города еще в 2014 году.

Одним из первых из оккупированного областного центра в Винницу переместился Донецкий национальный университет, который уже после переезда получил имя украинского поэта и диссидента Василия Стуса. Новую жизнь вуз вынужден был начинать практически с нуля в переданном ему местными властями административном здании ювелирного завода "Кристалл". Некоторые высшие учебные заведения Донбасса выехали из подконтрольных сепаратистам городов в свои филиалы в районы Донецкой и Луганской областей, находящиеся под контролем украинской власти. Например, Восточноукраинский университет имени Владимира Даля из Луганска перебазировался в Северодонецк, Луганский национальный университет имени Тараса Шевченко – в Старобельск, а Донецкий государственный университет управления – в Мариуполь. Другие учебные заведения приютили Харьков, Николаев, Кропивницкий (бывший Кировоград), Кривой Рог, Краматорск.

Осенью 2016 года Верховная Рада Украины приняла закон о поддержке перемещенных высших учебных заведений. В частности, был введен мораторий на выполнение кредитных обязательств таких учреждений, им запрещено начислять пени и штрафы за любые задолженности. Одна из главных целей этого закона заключалась в решении вопросов материально-технической базы, обеспечении общежитиями и жильем педагогов и студентов, предоставлении льгот. Тем не менее университеты-переселенцы по-прежнему нуждаются в поддержке со стороны государства. Нередко материальную помощь им оказывают международные доноры и благотворительные фонды.

Поступать в перемещенные учебные заведения абитуриенты из аннексированного Крыма и находящихся под контролем сепаратистов районов Донецкой и Луганской областей могут по упрощенной процедуре. Вузы-переселенцы увеличивают набор студентов, некоторые даже планируют строительство своих академических городков. Донецкий национальный университет имени Василия Стуса занял 27-е место в рейтинге заведений высшего образования "ТОП-200 Украина". Все восемнадцать вузов-переселенцев участвуют в различных международных проектах и, в отличие от оставшихся на подконтрольной сепаратистам территории Донбасса вузов-двойников, их дипломы признаются международными университетскими ассоциациями. Действующие в Луганске и Донецке высшие учебные заведения зарегистрированы в Российской Федерации, они не входят в мировые рейтинги, и их дипломы не признаются нигде, кроме России.

Виталий Портников: Гость нашего сегодняшнего эфира – представитель координационного центра перемещенных университетов, выпускник Донецкого национального университета имени Василя Стуса Антон Кольвах.

Насколько можно сказать, что перемещенные университеты Донбасса и Крыма реально работают, выпускают студентов, продолжают научную деятельность, насколько это высшие учебные заведения, а не декорация?

Наши университеты не только функционируют, но и позволяют абитуриентам получать хорошее украинское образование

Антон Кольвах: По нашим статистическим данным, за период перемещения университетов на территорию Украины с неподконтрольных ей территорий нам удалось переманить (в лучшем смысле этого слова) более пяти тысяч студентов. Наши университеты не только функционируют, но и предоставляют качественные услуги, позволяют абитуриентам на этих территориях получать хорошее украинское образование.

Виталий Портников: Вы сами, насколько я понимаю, переводились из Донецкого университета, который был в Донецке, в Донецкий университет, сейчас работающий в Виннице. Велики ли отличия в учебе?

Антон Кольвах: Все это разделение у нас произошло еще в 2014 году. Я сам – выпускник кафедры политологии, и часть моих преподавателей тоже была разделена на два лагеря – проевропейский и проевразийский. С того момента наша группа тоже разделилась. Те студенты, которые отстаивали проевропейские, украинские ценности, в 2014 году, после того как наш университет переехал в Винницу, собрали свои дорожные сумки и поехали в неизвестность.

Виталий Портников: А как ваши родственники воспринимали то, что вы учились в родном городе – и вдруг совершенно другая жизнь?

Антон Кольвах: Родители переживали, боялись. Но в тот момент их грела мысль о том, что их дети не будут находиться под обстрелами. Та же Винница и другие города, куда перемещались университеты, были далеко от линии разграничения, там не было угрозы для жизни. В основном именно поэтому родители позволяли студентам уезжать.

Возможно, студентам будет трудно потом возвращаться в те места, где они раньше жили. Во время перемещения основная проблема была в том, что студентам по возвращении в Донецк при необходимости получить свои документы в том же Донецком национальном университете делали различные неприятности: или затягивали процедуру, или не хотели давать документы, заставляли подписывать какой-то нереальный обходной лист, который просто невозможно было закрыть. Основной бюрократической проблемой было восстановление оригиналов документов об образовании. После того как университеты переместились на территорию Украины, этот вопрос начал решаться с Министерством образования Украины. Всех студентов, которые переехали, заново перерегистрировали, и они получили документы об образовании. Я, например, выпустился еще в январе и получил официальный диплом украинского образца.

Виталий Портников: Переводясь в Винницу, вы, наверное, рассчитывали, что после окончания образования вернетесь в Донецк, что конфликт закончится, и вы будете спокойно работать в родном городе?

Антон Кольвах: Я до последнего верил, что конфликт закончится в ближайшее время и у нас будет возможность туда вернуться. Но время идет, надежда слабеет, и с каждым днем мы понимаем, что дороги назад нет. Часть студентов, которые туда переезжали, однозначно отказались от этой мысли, особенно те, кто пострадал от рук террористов. А часть, которые не были так сильно задеты этим конфликтом, еще во что-то верили. Потом они изменили свое мнение.

Виталий Портников: Вы продолжаете какие-то контакты с вашими коллегами, оставшимися учиться в Донецком университете, который находится в Донецке? У вас есть какие-то люди, с которыми вы могли бы обсудить, что там происходит с высшим образованием?

Антон Кольвах

Антон Кольвах: С частью я продолжаю общаться, а с другими, к сожалению, диалог уже не складывается из-за политических взглядов. Общаясь со своими друзьями, я всегда старался обходить политическую тему, но вопрос ценностей все равно всплывает, и рано или поздно об него приходится ударяться, как корабль об айсберг.

Виталий Портников: Университет, который вы закончили, получил имя Василя Стуса, знаменитого украинского поэта, узника советских концлагерей. Когда в период Виктора Януковича Донецкому университету хотели присвоить это имя, был скандал. Большая часть преподавателей и представителей донецких областных властей категорически выступили против этого и сорвали переименование. То, что Донецкий университет получил имя Стуса только в эмиграции, не говорит ли о том, что есть большая проблема с настроениями, с восприятием украинских ценностей?

Антон Кольвах: Вопрос ценностей, конечно, присутствует в регионе. Чтобы обсуждать такого рода вещи, нужно до них дорасти. Я думаю, наши студенты, которые переместились из Донецка в Винницу, это те, кто до этого дорос, они начали воспринимать ценности совершенно по-другому. Они понимали, что выбор: оставаться там или быть на территории Украины, – это уже вопрос экзистенциального характера. Этот ценностный вопрос был решен.

Другой аспект: почему был переименован университет. Ведь тот университет, который остался на территории Донецка, начал спекулировать именем Донецкого национального университета, и не он один: так поступало множество университетов. Переименование было одним из ходов при решении этой проблемы. И, конечно, важно, что национальный университет, наконец, получил имя.

Виталий Портников: Перемещенными университетами должно заниматься украинское государство. Оно выступало с инициативой такого перемещения, оно должно их финансировать, помогать их существованию.

Часть моих преподавателей была разделена на два лагеря – проевропейский и проевразийский

Антон Кольвах: Полностью с вами согласен. Координационный центр – это, конечно, структура, но, скорее, это люди, которые объединены определенной идеей. Впервые он был образован в 2015 году. Его основная цель и миссия – быть связующим звеном между перемещенными университетами и нашим государством. Но ни для кого не секрет, что спасение утопающих – дело рук самих утопающих. Это ни в коем случае не камень в огород нашего государства, это просто система, которая сейчас существует на этапе реформирования, и мы вынуждены с этим сталкиваться. Для того, чтобы эти университеты, как маленькие щенята, которые вышли из зоны комфорта, смогли выжить, была создана инициативная группа, которая отстаивала и представляла на государственном уровне их интересы. Этим занимается команда координационного центра.

Виталий Портников: Что значит – связующее звено, чем именно вы занимаетесь?

Антон Кольвах: В 2016 году была создана рада директоров перемещенных университетов – это такой совещательный орган при Министерстве образования Украины, который занимается вопросами стратегического планирования этих университетов, решением актуальных вопросов, которые перед ними стоят, агрегацией основных мнений, идей, просьб, пожеланий и донесение этой информации до Министерства образования Украины.

Виталий Портников: Как воспринимают вашу деятельность в Министерстве образования?

Антон Кольвах: Они активно с нами сотрудничают на позитивной ноте. Скорее всего, они даже рады, что мы занимаемся этой деятельностью, потому что не всегда хватает рук. Нет активных людей, которые могли бы погрузиться в это дело, решать эти проблемы.

Виталий Портников: Я хочу понять технологию работы этого центра. Чего не хватает перемещенным университетам?

Антон Кольвах: Общаясь с людьми, мы пытаемся донести информацию о нас, ведь очень сложно понять, что такое перемещенный университет, чего ему не хватает. Студент такого университета – это человек, который берет сумку с вещами, свой паспорт, оставшиеся денежки и идет в никуда.

У нас банально нет общежитий. При перемещении основной была проблема проживания. В этих городах очень сильно подскочили цены на жилье, а тогда еще были задержки с выплатами стипендий и зарплат. К сожалению, нашим студентам и преподавателям приходилось выживать. Самый актуальный ресурс, который нужен всем, – это финансирование, материально-техническое обеспечение, те же самые корпуса, научные лаборатории, компьютеры, библиотеки, потому что все основные фонды остались в Донецке, Луганске и Крыму: к сожалению, мы не можем всем этим пользоваться.

Виталий Портников: Ребята из Винницы стали учиться в вашем университете после того, как университет переместился? Может быть, сейчас он становится больше винницким, чем донецким?

Антон Кольвах: Есть такое. Донецких в Виннице становится уже меньше. Есть студенты, которые из Горловки, Донецка или Луганска специально переезжают в Винницу, чтобы учиться в Донецком национальном университете. Но винницких становится реально больше.

Виталий Портников: Но ведь перемещенные университеты должны привлекать молодежь с оккупированных территорий. Насколько им удается это делать по прошествии времени?

Антон Кольвах: При помощи таких общественных организаций, как "Донбасс SOS" и "Крым SOS", была разработана программа, которая позволяет ребятам с оккупированных территорий поступать в эти университеты без экзаменов. Конечно, мы бы рассчитывали на то, что студентов могло бы перемещаться больше. Но тут есть и другой момент – активную деятельность ведут те университеты, которые остались на оккупированных территориях, и очень многие студенты, к сожалению, перемещаются в Россию – например, в Ростовский университет, в Москву и в другие места.

Виталий Портников: Ростовский университет и московские университеты – понятно: это сертифицированные вузы, они дают российские дипломы, которые признаются на международном уровне. А что происходит с дипломами Донецкого университета, который остался в Донецке, и всех других вузов?

Антон Кольвах: Если ты получаешь диплом Донецкого государственного университета, то тебе одна дорога – в какие-то структуры, находящиеся непосредственно в так называемых ДНР и ЛНР. К сожалению, кроме этих территорий ты больше никуда не сможешь выехать, будешь вынужден работать и жить там. Как мне известно, часть студентов защищались и защищаются до сих пор в таких вузах, как Южнофедеральный российский университет, получают дипломы российского образца и могут устраиваться на работу в РФ. Но я пока не видел студентов, которые могли бы там работать по этим дипломам.

Виталий Портников: А если такой человек с российским дипломом приедет в Украину, он может тут устроиться на работу?

Разработана программа, которая позволяет ребятам с оккупированных территорий поступать в университеты без экзаменов

Антон Кольвах: Если человек пройдет различного рода сертификации или апробации своих дипломов и наработок, конечно, это возможно. Но если приедет человек с дипломом так называемого ДНР или ЛНР, он никак не сможет устроиться на работу в Украине.

Виталий Портников: Мы сталкиваемся с ситуацией, когда люди учатся в университетах на оккупированных территориях, которые дают им российские дипломы, и они как бы российские специалисты, хотя могли ни одного дня не учиться в Ростове или где-то еще.

Антон Кольвах: Скорее всего, это системная проблема. К сожалению, пока наши ресурсы и возможности не позволяют на это влиять.

Виталий Портников: Вот вы – политолог. Кафедра политологии в вашем университете и кафедра политологии в том Донецком университете, который находится за линией разграничения, это совершенно разные кафедры. Это же не математика и физика – это должны быть совершенно другие системы обучения.

Антон Кольвах: С кафедры политологии в Винницу переехали самые сильные преподаватели, которые реально давали знания. Это люди с очень сильным ценностным базисом.

Виталий Портников: Это были преподаватели, интегрированные в украинскую реальность, а преподаватели, не интегрированные в нее, остались там со своими студентами.

Антон Кольвах: Это два кардинально противоположных мира. Моя дипломная работа немножко касалась того, как работать с этими двумя реальностями. Это вопрос ценностей, веры, личностного плана: кто кому что сделал плохого или хорошего, у кого какие психологические травмы. Это очень тяжело. Команда координационного центра думает над тем, как будет происходить потом встреча тех самых преподавателей, которые остались в Донецке, и тех, которые переехали в Украину, как начинать этот диалог. Даже работая в этой сфере, даже обучая людей, как правильно вести бесконфликтный диалог, коммуницировать, выстраивать командную работу, я пока не могу нащупать ответов на эти вопросы. Тут нужна помощь и государства, и различных международных организаций, в частности, медиаторов, которые смогут решать этот конфликт и выстраивать диалог. Но это очень серьезная работа.

Виталий Портников: Есть разница в проблемах университетов Донбасса и Крыма?

Антон Кольвах: В Крыму не было военного конфликта как такового, в отличие от Донбасса. В целом проблемы остаются теми же самыми: материально-техническое обеспечение, общежития, фонды и так далее. Единственное – студентов, которые находятся в Крыму, немножко труднее привлечь. Когда там начали выдавать русские паспорта, часть студентов стали гражданами РФ, а университеты перешли под юрисдикцию России, и, заканчивая их, они уже получают дипломы российского образца.

Виталий Портников: Насколько я понимаю, большая часть преподавателей крымских высших учебных заведений тоже переехали в Украину.

Антон Кольвах: Таврический национальный университет сейчас функционирует.

Виталий Портников: Тоже важно понять, кто в нем будет учиться спустя еще несколько лет – жители Украины или крымчане?

Антон Кольвах: Думаю, помимо киевлян и других местных абитуриентов, в нем будут продолжать учиться те же самые крымчане, в частности, крымские татары, потому что эта категория людей ценит Украину, верит в нее, и они тоже переезжают.

Виталий Портников: По-моему, там есть как раз крымско-татарская филология.

Антон Кольвах: Там есть филологический факультет и даже кафедра, которая занимается изучением крымско-татарского языка и тюркских языков. Я общался со студентами, которые переехали и до сих пор переезжают. Есть две диаспорки: одна живет в Киеве, другая – во Львове. Те, которые во Львове, в основном поступили в Львовский университет, а те, которые в Киеве, учатся в Таврическом национальном университете.

Виталий Портников: Такие конфликты на постсоветском пространстве иногда продолжаются десятилетиями. Не превратятся ли перемещенные университеты в обычные украинские вузы без такой привязки к региону, которая существует сегодня? Они будут красиво называться – Донецкий, Таврический, но все будут понимать, что они уже не имеют реальной связи с теми регионами, которые сегодня контролируются Москвой.

Антон Кольвах: Конечно, такое может быть. Это действительно большой риск. Для того, чтобы выживать, этим университетам в первую очередь нужно конкурировать с другими. Основной посыл, который мы даем этим университетам: им нужно развивать инновационность, в первую очередь думая о том, как наладить качественное и эффективное дистанционное образование, чтобы любой студент, не будучи привязанным к месту, оставался мобильным, мог получить конкретное образование украинского образца. Основная отличительная особенность всех наших студентов – в том, что они мобильные, они, помимо учебы, принимают участие в разного рода деятельности: это общественная деятельность, различные международные академические мобильности. По сути дела, наши студенты – универсальные бойцы, которые прошли и огонь, и воду, и медные трубы, они умеют выживать, зарабатывать, обеспечивать себя, учиться в короткие сроки при ограниченных ресурсах, получать из этого максимум. И, самое главное, они умеют делать хорошие вещи для других людей.

Преимущество этих университетов в том, что они выполняют функцию не только обучения, но еще и воспитания граждан нового типа, людей, которым не безразлично происходящее вокруг. Раньше этого не было. По крайней мере, когда я находился в Донецке, студенты, с которыми я общался, об этом даже не задумывались. Сейчас, с кем я ни общаюсь, я слышу только одно: в каком проекте ты участвуешь, по какой программе ты поехал, а что ты там сделал полезного?