"Бессодержательная пустота доктрины отсылает к примерам из далекого прошлого..."

Программу ведет Савик Шустер. Обсуждается новая Доктрина информационной безопасности России. В беседе участвуют: Сергей Иваненко - заместитель руководителя фракции "Яблоко" в Государственной Думе России, и корреспондент Радио Свобода Андрей Бабицкий.

Савик Шустер:

Во вторник президентом России Владимиром Путиным была подписана Доктрина информационной безопасности России. В среду ее прочитал корреспондент Радио Свобода Андрей Бабицкий - тот текст, который был опубликован на сайте Совета Безопасности Российской Федерации, Вот каково мнение Андрея:

Андрей Бабицкий:

Изложить документ, получивший угрожающее название "Доктрина Информационной Безопасности России" весьма непросто ввиду отсутствия в нем ярко выраженной стержневой идеи, которая могла бы явить общественности истинные намерения его авторов. Большинство деклараций доктрины не вызывает никаких возражений и вполне соотносятся со всеми нормами демократии: цензура недопустима, государство гарантирует гражданам и СМИ все необходимые права по сбору, обмену и распространению информации - таков общий смысл документа, и его даже не слишком портит навязчивое желание власти пропагандировать саму себя. Собственно, если государство считает необходимым информировать граждан о своих действиях более широко открыто и полно, то ничего предосудительного в этом нет.

В целом, доктрина - декларация о хороших демократических намерений новой власти, которая, очевидно, решила навести порядок в действительно крайне важной для себя и общества области. Порядок, вполне сообразуемый, если основываться на положениях документа, с требованиями закона и здравого смысла. Говорить фактически не о чем - разве что о степени несовпадения положений доктрины с успешно выстраиваемой государством информационной реальностью. К примеру, такой пассаж: "Особое значение для нормального функционирования указанных объектов имеет обеспечение безопасности информационной инфраструктуры страны при авариях, катастрофах и стихийных бедствиях. Сокрытие, задержка поступления, искажение и разрушение оперативной информации, несанкционированный доступ к ней отдельных лиц или групп лиц могут привести как к человеческим жертвам, так и к возникновению разного рода сложностей при ликвидации последствий чрезвычайной ситуации, связанных с особенностями информационного воздействия в экстремальных условиях: к приведению в движение больших масс людей, испытывающих психический стресс, к быстрому возникновению и распространению среди них паники и беспорядков на основе слухов, ложной или недостоверной информации". Понятно, что в этом отрывке с высокой точностью описана катастрофа на подлодке "Курск". Однако, известно, что власть возложила вину за информационный провал при освещении этой катастрофы на СМИ.

В целом, документ далек от реальности, и поиск точки его соприкосновения с ней задача столь же бессмысленная, сколь и, принимая во внимание солидный объем доктрины, утомительная. Опять-таки, с учетом реальности вряд ли стоит надеяться, что решения власти будут находиться в русле сформулированной информационной идеологии. Основной орган, которому предстоит бороться с угрозой информационной безопасности РФ - Совет Безопасности. Он: "проводит работу по выявлению и оценке угроз информационной безопасности Российской Федерации, оперативно подготавливает проекты решений Президента Российской Федерации по предотвращению таких угроз, разрабатывает предложения в области обеспечения информационной безопасности Российской Федерации, а также предложения по уточнению отдельных положений настоящей Доктрины, координирует деятельность органов и сил по обеспечению информационной безопасности Российской Федерации, контролирует реализацию федеральными органами исполнительной власти и органами исполнительной власти субъектов Российской Федерации решений Президента Российской Федерации в этой области". Таким образом, понятно, что конкретные решения в этой области будут носить оперативный характер и приниматься кулуарно.

Бессодержательная пустота доктрины отсылает к примерам из далекого прошлого - Бухаринская Конституция 1936-го года декларировала все возможные демократические права, а идеологический язык, сконструированный тоталитарным государством Оруэлла в романе "1984", ставил знак равенства между понятием и явлением - антиподом. "Мир - это война"; "Свобода - это рабство".

Савик Шустер:

Сергей Иваненко, я все-таки надеюсь, что мы далеки от бухаринских времен, и это повториться уже не может. Как вы считаете?

Сергей Иваненко:

Я все-таки думаю, что история повторяется по-разному. Некоторые считают, что во второй раз в виде фарса, другие говорят, что в виде катастрофы. Но, в любом случае, я не думаю, что в России есть психологические, экономические, социально-политические, исторические и духовные основы для возрождения того тоталитарного режима, который был. Но какие-то попытки, во-первых, могут быть, и во-вторых, могут быть какие-то пародии на это, и разные катастрофы, связанные с попытками это установить. Все это, к сожалению, имеет место.

Савик Шустер:

Вы - политик, я - журналист, у меня вопросы очень простые, во-первых: зачем она нужна, если есть Закон о СМИ? Во-вторых: меня гораздо больше волнуют слова президента о том, что "пресса и телевидение лгут, что журналисты развалили армию или способствовали ее развалу". Это гораздо более тревожно, по-моему, чем сама доктрина. Может, я чего-то не вижу, и вы как политик видите еще что-то?

Сергей Иваненко:

Что касается доктрины, то я согласен с тем, что этот документ пустой и, по крайней мере, в открытой своей части он не может быть ничем иным. Но я опасаюсь другого - что там могут быть какие-то серьезные предложения. То, что выходит из недр Совета Безопасности и поручается ему, может повлечь за собой то, что в открытом документе будет написано, что "Волга впадает в Каспийское Море", а в закрытом приложении будет сказано о мероприятиях, которые должны способствовать впадению Волги в Каспийское Море. В этом главная опасность. Я не слышал о том, что там есть такие какие-то специальные планы, хотя некоторые действия, которые сейчас происходят, наталкивают на мысль, что такое планирование пытаются осуществить. Во-первых, это знаменитый приказ Минсвязи об оборудовании компаний, осуществляющих мобильную связь, подслушивающими устройствами с выводом пультов управления на Лубянку - все это вызывает большие сомнения...

Вообще, Доктрина информационной безопасности, с моей точки зрения - если было бы действительно желание ее принять, то она могла бы быть очень короткой и состоять из двух-трех пунктов на одной страничке. Пункт первый: "Информация свободна". Пункт второй: "Несвободная информация должна регулироваться специальными законами, например Законом о гостайне", - то, что там довольно пространно излагается: "Оперативная информация, которая может повлечь за собой катастрофу и гибель людей"... - это государственная тайна! Например, существует коммерческая тайна, она охраняется. Существует, скажем, проблема обеспечения безопасности компьютерных сетей крупных компаний - есть хакеры, есть свои "антихакеры", то есть, это достаточно серьезная работа.

Савик Шустер:

Мы, как журналистская организация, тоже пытаемся обезопасить нашу компьютерную сеть...

Сергей Иваненко:

Безусловно, это - совершенно нормальные вещи, я не знаю, какая доктрина тут может быть -просто надо это сделать на основе закона. Третье - то, что связано с ограничением права человека на получение информации, и, с другой стороны, защитой его личной жизни переписки и так далее. Это тоже должно регламентироваться законом, и вся доктрина должна состоять в этом. Должны быть ссылки на соответствующие законы и должны быть определенные мероприятия по их реализации. Но пункт первый доктрины должен быть: "Информация свободна", -если она не свободна, то это должно быть серьезно урегулировано законом. Есть Закон о СМИ. Есть Закон об оперативно-розыскной деятельности - он плохой, мы были, кстати, против него, потому что он противоречит законодательству, но, по крайней мере, он есть и надо руководствоваться хотя бы им. Там ведь есть, были вынуждены туда вписать, что прослушивание возможно только на основе судебного решения - это конституционная норма. Сейчас сплошь и рядом хотят найти уловки, чтобы сказать, что: "Вот, суд нам не нужен, мы потом все это оформим"... Доктрина государства должна основываться на индивидуальных правах и свободах человека, на Конституции, законах и, соответственно, на мерах исполнительной власти по реализации этих законов.