В Питере ударили по пиву

Конфликт на заводе Heineken развивается с 2007 года. Уже тогда профсоюзы начали требовать от руководства предприятия отменить изнурительные летние переработки, приводящие к увеличению травматизма, а также прекратить практику, по которой многие работники нанимаются со стороны по системе аутсорсинга.

"С 2009 года профсоюз борется за отмену ненормированного графика работы на предприятии: летом люди работают порой по 200 часов в неделю, а зимой с трудом набирают трудочасы, чтобы выжить", – говорится в заявлении профсоюза. Производство было остановлено в полночь 15 декабря, в 2 часа ночи руководство призвало рабочих прекратить забастовку, в 5 утра были составлены акты о нарушении трудового режима. Рабочие считают эти действия администрации недопустимым давлением. Говорит председатель первичной профсоюзной организации "Солидарность" Сергей Колегов:

– Наше требование – отмена годового учетного времени, это очень серьезно влияет на условия труда. Работодатель в отдельные месяцы может сделать 200 часов рабочего времени, а иногда – всего 44 часа, что ниже МРОТа. Руководство считает сумму часов в год, а не ежемесячно и, по их мнению, это не нарушает трудового законодательства. Как сотруднику выживать в таких условиях?

Сначала на заводе Heineken прошла предупредительная суточная забастовка – с полуночи 15 до полуночи 16 декабря, но в течение этих суток забастовка была объявлена бессрочной, – объясняет председатель первичной профсоюзной организации Виталий Морозов:

- Мы ее сделали бессрочной. Это более простая процедура, чем объявление забастовки заново.

Между тем, руководство завода говорит о том, что забастовка незаконна, более того в заявлении директора по корпоративным отношениям компании Heineken в России Анны Мелешиной говорится: "Забастовок на филиале "Пивоварня Хейнекен" не происходило и не происходит. Пивоварня работает в штатном режиме. Работа предприятия не прекращается ни на минуту. Все производственные процессы, равно как и отгрузки проходят в соответствии с расписанием". По словам Милешиной, профсоюзные лидеры уклоняются от решения рабочих вопросов за столом переговоров, тогда как руководство завода стремится только к переговорам как к единственно эффективному способу решения споров. Но Виталий Морозов говорит, что это не так:

– У нас своеобразные переговоры: они составляют акты о том, что работники нарушают трудовую дисциплину, а мы пишем в прокуратуру о том, что они препятствуют осуществлению права людей на забастовку.

Ситуацию комментирует председатель общественной организации "Петербургская эгида" Рима Шарифуллина:

– Определение о законности забастовки может вынести только суд, рассмотрев выполнение процедуры этого коллективного спора. Изменение в законе о коллективно-трудовых спорах коснулось срока предупреждения работодателя о забастовке. Если раньше это было не позднее 10 дней, то сейчас в новом законе – не позднее 5 дней. Может, просто работодатель не знает об этом?

По словам Риммы Шарифуллиной, ситуация с учетным годом сейчас очень характерна для многих предприятий:

– Сейчас, например, то же самое на заводе GM – жуткие графики. Это связано с несовершенством трудового кодекса. Есть такое понятие – учетный период. Если учетный период – месяц, то в конце него видны переработки, и они оплачиваются. Если же нет коллективного договора, то, как правило, работодатель устанавливает учетный период – год. И тогда все переработки "съедаются". На многих предприятиях такие жуткие графики, которые просто уничтожают работников.

А привлечение сторонней рабочей силы на временных договорах, по словам Риммы Шарифуллиной, – это настоящий демпинг и вечная угроза увольнения для постоянных работников. Во время предупредительной забастовки к бастующим не вышел никто, более того, когда приехали журналисты, руководство завода не дало им пообщаться с пртествующими. Если руководство не выполнит требования рабочих, они могут возобновить временно приостановленную забастовку в любой момент в течение 2 месяцев.