Андрей Нелидов

Ведущая петербургского часа программы "Liberty Live" Татьяна Валович: Сегодня у нас в гостях председатель Законодательного собрания Ленинградской области Андрей Нелидов.

Андрей Витальевич, скажите, пожалуйста, на сегодняшний день вы по-прежнему считаетесь исключенным из рядов партии "Единая Россия", ничего не изменилось?

Андрей Нелидов: Да, на сегодняшний день существует решение Генерального совета, которое исключило меня из рядов партии, несмотря на то, что я являюсь учредителем этой партии, являюсь делегатом всех ее съездов и лидером фракции в Законодательном собрании. И мы подали со вторым нашим товарищем, которого также исключили из партии, ходатайство с просьбой о пересмотре этого решения Генеральным советом. Мы также рассчитываем, что конференция, которая сегодня проходит в Санкт-Петербурге, поддержит наше решение о том, чтобы Генеральный совет счел возможным пересмотреть данное решение, так как нам кажется, что у нас есть весьма резкие для этого аргументы.

Татьяна Валович: Андрей Витальевич, исключение ваше было принято только Генеральным советом? Вообще как в таком случае сейчас исключаются члены партии, или это должно было пройти на каких-то региональных конференциях?

Андрей Нелидов: В этом вся и проблема – на самом деле нас исключили из партии по факсу. То есть такой достаточно тоненький лист бумажки, где сообщается, что Генеральный совет взял и исключил за нарушение партийной дисциплины. Суть вопроса вот в чем состоит, и почему мы ходатайствуем об апелляции и восстановлении нас в партии. Дело в том, что формально партия нас исключила из своих рядов за нарушение партийной дисциплины. То есть Генеральный совет принял решение о поддержке кандидата Сердюкова, и мое решение стать начальником штаба другого кандидата Генеральный совет счет непримиримым нарушением и нарушением дисциплины.

Татьяна Валович: Андрей Витальевич, я хочу уточнить: когда вы принимали решение возглавить предвыборный штаб одного из кандидатов в губернаторы Ленинградской области Вадима Густова, уже было решение о том, что партия поддержит Сердюкова?

Андрей Нелидов: Вот в этом-то и самое главное есть, я как раз об этом хотел сказать. На самом деле решение возглавить штаб Вадима Анатольевича было мной принято за две недели до того, как вышло решение Генерального совета. Я не мог предполагать, какое оно будет. Согласно уставу нашей партии, на самом деле Генеральный совет не принимает таких решений о поддержке того или иного кандидата. Есть в уставе ссылка на то, что региональная конференция вправе выдвигать своего кандидата, и поэтому я справедливо предполагал, что вопрос о кандидате или его поддержке – это четкая прерогатива региональной конференции. Это логично, так как региональная конференция выбирает себе губернатора и, наверное, мнение людей в партии самое важное для Генерального совета, как мне казалось, мнение. И поэтому, пока оно не будет озвучено, какие-то решения принимать было нельзя. И все-таки, предполагая, что и конференция, и Генеральный совет могут принять другое решение и поддержать другую кандидатуру, я направил в Генеральный совет письмо, где предложил, что в случае принятия конференцией решения поддержки другого кандидата, не Густова Вадима Анатольевича, я предлагаю приостановить свое членство в партии на период избирательной кампании, потому что избирательная кампания проходит два месяца.

Татьяна Валович: А такое по уставу партии возможно?

Андрей Нелидов: По уставу партии предусмотрен пункт приостанови своего членства. Человек на это время становится сторонником партии. Ведь смысл какой, член партии ли не член партии, когда ты в другом штабе. Ведь основной смысл, чтобы не иметь возможности делать заявления от имени партии. Приостановка членств она предполагает, что раз вы не член партии, вы не имеете права делать заявления от имени партии как гражданин, как человек, выполняющий свое конституционное право, участвовать в выборах, голосовать, вы в принципе можете выражать, но не от имени партии, поскольку партии решила иначе. Это справедливо, разумно, просто и понятно. Тем более непонятным является такое решение, еще раз повторюсь – мое решение было до решения Генерального совета. Я предлагал приостановить членство в партии. Я рассчитывал на решение региональной конференции, которая будет проходить только сегодня. Однако уже решение состоялось. Причем, отличительной чертой является то, что ни в одной партии мира, ни в одном суде, ни в одной инквизиции, ни в одном самом страшном органе не предусматривается заочного решения. То есть всегда дается возможность подсудимому, виноватому оправдать свои действия, высказать свою точку зрения, в конечном итоге попросить о пощаде. Такое скоропалительное решение, может быть, на мой взгляд, только в том случае, когда вина человека настолько очевидна и не требует доказательств, что нужно немедленно сразу откреститься от него, чтобы не замараться.

Татьяна Валович: Как вы думаете, почему в вашем случае было такое скоропалительное решение.

Андрей Нелидов: Это для меня очень большой вопрос. У меня есть своя точка зрения на этот счет. Еще раз подчеркиваю - это мое личное мнение. Мне кажется, что сейчас в партии есть такой кризисный момент. Ведь заметьте – партия хорошая, и люди, которые эту партию возглавляют, действительно являются лицом нации. Но, скажем так, что плохого, условно говоря, говорит министр по чрезвычайным ситуациям Шойгу, что плохого делает Шаймиев, что плохого делает Грызлов? Это все очень уважаемые люди, и действительно авторитетные, действительно те, которые являются лицом партии. И у меня сложилось впечатление, что не эти люди принимают решение. На самом деле есть в американском сленге такое, что если бизнес не идет, ищите мексиканца.

Татьяна Валович: Но этим людям, наверное, даже некогда принимать решения, они настолько заняты.

Андрей Нелидов: Моя версия в этом и заключается, что на самом деле по таким мелким решениям те люди, на которых мы ориентируемся и из-за которых мы идем в эту партию в данной ситуации не принимали никакого решения, в принимают решение его клерки, которые от имени партии пытаются сказать, что так думает партия. Вот это большая проблема.

Татьяна Валович: Это, по-моему, только дискредитирует саму партию.

Андрей Нелидов: Вне всякого сомнения – в этом проблема.

Татьяна Валович: Андрей Витальевич, сегодня такая трагическая дата – третья годовщина атомной подводной лодки "Курск". Вам все ли ясно в том, что произошло с "Курском", в истории всей катастрофы?

Андрей Нелидов: Мне, конечно же, как и многим жителям нашей стран не все ясно. Действительно, есть вопросы, на которые нет ответов, почему нет наказанных, почему об этом не было публичного как-то обсуждения. Но есть и другая правда, на мой взгляд, не всегда следует расследования комиссии полностью доводить. Есть такая правда, которую лучше не знать, есть такие события, которые могут только взбудоражить общество. И, возможно, есть понятие "военная тайна", которая заключается не только в секрете технологическом, но и в секрете моральном. И моя точка зрения здесь больше придерживается точки зрения военных, что есть комиссия, она сделала выводы, то не стоит в них сомневаться. Вообще наша проблема в стране в том, что мы сомневаемся, другое дело, что и делаем мы так, что дает повод сомневаться.Татьян Валович: Но если не сомневаться, как можно тогда найти какие-то пути решения проблемы и выйти на тот путь, который бы привел общество и Россию к процветанию, скажем?

Андрей Нелидов: Очень просто. Вот Соединенные Штаты Америки этот путь уже изобрели. Президент сказал, что есть оружие в Ираке, и никто не усомнился. Его не нашли – никто не возмутился. Вот пример совершенно конкретного общества, которое нашло пути решения. У нас объявили решение комиссии, а все сомневаются.

Татьяна Валович: Хорошо, но вот носителями демократии являются некие институты, к которым относятся также политические партии. Ситуация вокруг "Единой России", по-моему. Еще больше укрепляет уверенность россиян, что демократии в стране никакой нет. Посмотрите, что происходит: ситуация с вашим исключением из партии, ситуация с Константином Сухенко. Понятно, что там немножко по-другому, он сам решил баллотироваться в губернаторы Петербурга. Но все равно, такое недемократичное поведение лидеров партии по отношению к своим членам, как вы считаете, как может отразиться на сознании россиян? Не отвратит их вообще от участия в любом политическом процессе, в любой жизни гражданского обществ?

Андрей Нелидов: Вы задали очень хороший вопрос. Никто сейчас не делает акцента на аналитике, как прошли выборы в Законодательное собрание Санкт-Петербурга. Если вы посмотрите, то обратите внимание, что 85% кандидатов, которые прошли, не шли от политических партий самого движения. То есть это такой яркий знак тому, что люди в большой степени доверяют людям, которые идут не от партий, чем от какой-либо партии. Что это вообще сигнал очень важный всем людям, занимающимся партийным строительством в любой партии о том, что партии потерли всякой доверие у населения, с одной стороны. Что касается нашей "Единой России", то, конечно, вне всякого сомнения, я считаю, что такой новый стиль партии, партии военного типа не подходит для демократического общества и, тем более, для "Единой России". Можно было создать партию милиционеров: полковник – руководитель партийной организации районной, подполковник - его заместитель и так далее. Тогда люди будут подчиняться друг другу. Но тогда они должны получать форму, обмундирование, денежное содержание и питание. В нашей партии люди работают не за деньги. Мы не получаем, ин один член партии, руководитель районного звена не получает финансовых дотаций, он работает за идею. Он считает, что он нужен, он считает, что его мнение востребовано, он считает, что своим участием он продвигает общество к какому-то развитию. И если построить с такими людьми партию, где нудно подчиняться воле старшего начальника, то этот человек скажет – мне не интересно, я это делаю добровольно, а вы мне приказываете. Вы можете приказывать, тогда обеспечьте меня для выполнения решений тем, как обеспечивается это в армии, например. Это, я считаю, очень большая ошибка. У нас есть еще один человек, о котором мы не говорим - это Лев Дмитриев, которого исключили из партии вообще ни почему – по подозрению в том, что он ведет некую деструктивную работу. Но это должно быть каким-то образом подтверждено, не просто точкой зрения генерального совета, который откуда ее получил – вообще непонятно. И нет ни одного документа, который бы подтвердил, что он действительно вел какую-то работу. Если по мне есть формальный повод – возглавил штаб, то Лев Дмитриев исключен по навету.

Татьяна Валович: То есть возвращение 37 года.

Андрей Нелидов: Ну, не 37 года. Но это на самом деле, еще раз повторяю, это не решение партии. Моя точка зрения, глубокое убеждение заключается в том, что есть группа людей, которые присвоили себе право решать за партию. И вот эти исключения, а также ситуация в Псковской организации, в Карелии, в Вологодской и так далее, на самом деле накалены накануне выборов, они приведут к решению вне всякого сомнения. То ли наш случай последний, то ли еще какой-то потребуется, но вариант развития партии по пути палочной дисциплины неприемлем на сегодняшний день сто процентов, это отторгает, это не придает партии веса. И вообще я отношусь к той возрастной категории, для которой выступление на Радио Свобода означало, что человек либо в Соединенных Штатах Америки, либо туда уже никогда не поедет больше. Но, с другой стороны, исключение из партии – это было клеймо, которое совершенно четко определяло твою дальнейшую судьбу, где нужно искать применение рукам и голове, потому что больше ты не будешь востребован в обществе. И это очень важно, так как в партии средний возраст именно таких людей, для нас исключение из партии – действительно, это событие жизненного масштаба. Я приводил пример: у меня дети гуляют во дворе и их спрашивают – а за что твоего папу выгнали? А я не могу найти ответ, что же я сделал такого, за что можно выгнать, я никого не избил, я не наркоман, не пьяница, не бомж, я не вступил в ХДС, не ношу свастику, но все-таки такое решение получил – это удивительно.

Татьяна Валович: Андрей Витальевич, скажите, пожалуйста, одна из региональных организаций гатчинской "Единой России" также приняла решение о поддержке Вадима Густова, а не Валерия Сердюкова. Были ли к ней какие-то санкции?

Андрей Нелидов: Можно предположить только, что какие-то воздействия или попытки воздействия на принятие решений районными организациями были. Поскольку, по моей информации, которая у меня есть на сегодняшний день, протокол, который сдан в мандатную комиссию, не содержит уже главы о поддержке кандидата Густова. Причем гатчинская организация далеко не одна. Таких организаций было много. И с ними совершенно точно велась работа, можно ее, наверное, считать агитационной. Но я не понимаю агитации, когда глава администрации, с одной стороны, и вице-губернатор – с другой, атакуют регионального лидера с определенным совершенно намерением, чтобы он изменил свою точку зрения. Ведь поймите, маленькие города они и отличаются от Санкт-Петербурга. Там жизнь более прозрачна, конечно. Иметь собственное мнение в маленьком городе – это большое мужество, во-первых, и большая ответственность, во-вторых. Там не переедешь в соседний район, как это можно сделать в Петербурге, и не перейдешь на другую работу, если ты там где-то работаешь, то должен работать практически навсегда. То есть такие методы административного давления, хоть это и партия власти. Причем, с аргументацией – мы партия власти, поэтому и нужно делать, как хочет власть. Но здесь есть нюанс: у нас сегодня власть находится в стадии выборов, и действующая власть, действующий губернатор на сегодняшний день является всего лишь одним из кандидатов на пост губернатора. Тогда, что есть действующая власть? Почему один из кандидатов обладает правами, большими, чем другой из кандидатов? Вот это вопросы, которые надо задать, и вот, я думаю, что сегодняшняя конференция, в том числе будет обсуждать и эти вопросы. Второй момент, который неясен абсолютно: действительно ли Генеральный совет партии, Верховный совет партии считает, что не должна региональная или районная организация иметь вообще никакой точки зрения, что она нужна только для исполнения решений генерального совета. Но я задаю себе вопрос: в Москве генеральный совет действительно лучше понимает настроения людей, понимает лучше, что нужно этим людям, знает ситуацию на местах? Даже прагматично давайте посмотрим: ведь, действительно, партии власти выгоднее всего ставить на кандидата, который выиграет. И для этого надо понять – а кто выиграет? Услышав мнение своих партийцев, более того, смысл партии в этом. Весь смысл в этом, что есть региональные конференции, где говорят, что мы вот думаем, что так. И Генсовет либо прислушивается, либо говорит - нет, мы поступим по-другому. У нас получилось все наоборот, и у меня очень большой вопрос: это действительно стратегия партии. Что не нужно больше мнений? Тогда это одна ситуация, и один выход из проблемы для всех других членов партии. Или же это ошибка или заблуждение, и мы сейчас увидим волшебным образом изменившуюся ситуацию, где скажут: нет, что вы, конечно, давайте мы вас послушаем и сделаем, как вы хотите. Это принципиальные моменты и мне кажется, рубежные для партии, во всяком случае в Ленинградской области.

Татьяна Валович: Ну что ж, посмотрим, что решит сегодня региональная конференция.