Раскол элит

Сурков и Кудрин непохожи в той мере, насколько вообще политики в России могут быть непохожи. Однако кое-что их все-таки объединяет: оба сыграли важную роль в укреплении авторитарного режима, установленного президентом Владимиром Путиным более десяти лет назад.

Яркие трюки из богатого арсенала, которым пользовался Сурков, оставались частью неведомого мира кремлевской политики. Будучи архитектором и смотрителем российской фальшивой демократии, он искусно вел политические интриги, создавая иллюзию плюрализма – и тем самым обеспечивая правящие классы безраздельной и неприкосновенной властью.

Интеллектуал Кудрин, напротив, отвечал за экономику страны. Как и положено министру финансов, он руководил компанией дотошных экономистов, которые умело считали и (отчасти благодаря высоким ценам на нефть) держали экономику страны в узде – даже в условиях дикой коррупции.

Общим знаменателем Суркова с Кудриным было то, что оба понимали необходимость в реформировании и изменении политической системы страны, которой в противном случае грозили застой и стагнация. В итоге, по различным причинам, один покинул политическую сцену отчасти по собственному желанию, а другой – был вынужден это сделать.

Сурков отдавал себе отчет в том, что искусственный и им же усердно построенный "плюрализм" неизбежно окажется в ситуации, когда общество (тем более – поднимающийся "креативный класс"), потребуют права голоса и больших свобод. Следовательно, Государственная дума должна пополниться новыми партиями – а это уже открытый конфликт с правящей "Единой Россией".

Он также понимал, что возвращение Путина на пост президента всколыхнет средний класс и расколет правящую элиту. По некоторым сведениям, Сурков хотел, чтобы Медведев оставался в Кремле, а Путин (пусть неофициально, но твердо) – в роли "национального лидера". Это настраивало против него путинских силовиков и, конечно, самого Путина.

В разгар декабрьских выборов в Государственную думу Сурков был бесцеремонно уволен из Кремля с поста первого заместителя руководителя администрации президента и главного идеолога режима. Чтобы усилить посттравматический шок, на его место поставили Вячеслава Володина, давнего соперника Суркова.

Сегодня же все идет к тому, что Сурков вернется в большую политику. "Коммерсант", ссылаясь на анонимные источники, сообщает, что Сурков, скорее всего, возглавит аппарат правительства РФ, сохраняя при этом позицию вице-премьера. По данным газеты, решение о назначении Суркова можно считать "почти окончательным", однако "всегда есть некий процент того, что все изменится".

Кудрин, как и Сурков, понимал, что система нуждается в изменениях. Будучи одаренным экономистом, он осознавал, что если когда-нибудь Россия и решится на модернизацию экономики, отходя от существующей опасной модели нефтегазовой зависимости, то политическая система должна стать в таком случае более открытой, дав молодому предпринимательскому классу место для роста и развития.

В течение нескольких дней после того, как Путин и Медведев объявили о своей рокировке, Кудрин ушел в отставку – и c тех пор воспринимается режимом прохладно, если не критически. А на прошлой неделе бывший министр финансов заявил, что протесты, жестоко подавленные ОМОНом 6 мая, должны сигнализировать нынешней власти о необходимости политических преобразований. Несмотря на отставку, Кудрин останется важным игроком на политической сцене. Он лично в хороших отношениях с Путиным, который назвал его ценным членом своей команды. Поговаривали, что ему прочили премьерское кресло, если оступится Медведев.

Отставка Кудрина (временная) и увольнение Суркова (временное), произошедшие с двухмесячным перерывом, указывают на серьезные противоречия, разъедающие самое сердце российский правящей элиты, я бы сказал, "на глубоком уровне". И этот "уровень", или "круг", насчитывает порядка тридцати человек, эдаких "акционеров" и "менеджеров", как их называет аналитик московского Карнеги-центра Николай Петров.

В недавнем интервью Радио Свобода Петров пояснил: эти "акционеры" "наполовину независимы, так как контролируют значительные части богатств или систем управления". "Менеджеры", напротив, находятся в строю благодаря своим практическим навыкам, например, в политической организации или в управлени – политическими интригами или финансовыми потоками, неважно.

Игорь Сечин, предводитель силовиков и воротил российского энергетического сектора, выступает в роли "акционера". Также как бизнесмены Геннадий Тимченко и Юрий Ковальчук.

Сурков и Кудрин, наоборот, – менеджеры, и очень уязвимы из-за этого.

Получается, что элита поделена между "менеджерами", которые хотят реформирования системы, и "акционерами", которые, в свою очередь, опасаются перемен, угрожающих их богатствам и положению.

В этой кулуарной схватке "акционеры" выиграли первый раунд – Путин вернулся в Кремль и политическая реформа в лучшем случае будет косметической. Однако общественный подъем последних нескольких месяцев доставляет массу хлопот правящим кругам, нервирует элиты, и доказывает, что предупреждения и Суркова, и Кудрина были как нельзя кстати.