Original Material
Экономика семьи
Марина Ефимова: Когда мы сочетаемся браком и создаем семью, возникают проблемы, ранее нам незнакомые: как распределить домашнюю работу? Как найти время друг для друга, когда хочется выпить с друзьями? Как ужиться двум людям, из которых одна беременна и страдает обострением чувствительности, а другой – нет? Как идти на компромисс, если уверен в своей правоте? Как отстоять немного личной свободы? Как не ссориться в едущем автомобиле? Как сохранить огонь? Руководит предприятием и принимает решения, как водится, совет директоров, но... совет, который не может иметь большинства голосов – поскольку директоров всего двое.
Учитывая эти сложности, экономисты и журналисты Пола Жучмэн и Дженни Андерсон (которая участвует в нашей передаче) написали книгу рекомендаций – как выжить брачному предприятию с помощью экономической науки – «Spousonomics» - «Супругономика». Вот несколько их советов. Первое: разделение труда. Надо сказать, что американцы, с их приверженностью равенству, часто пытаются делить семейные обязанности фифти-фифти.
Дженни Андерсон: Разделение обязанностей поровну неизменно ведет к счётам и обидам: «Почему я свою половину сделала, а ты свою – нет?.. почему я делаю больше... чаще, лучше?!» Наш совет: не поддавайтесь на соблазн равенства, лучше – торгуйтесь. Пусть каждый делает то, что он делает лучше и быстрее, или кому что удобнее, или кому что по силам. В экономике это называется свободный товарообмен. Одобрение этого принципа найдете у Адама Смита: «Бизнес цветет, - писал он, - когда работники разделены по специализациям». Специализация нарушает равенство, но повышает эффективность и высвобождает время – один из самых дефицитных ресурсов семьи».
Марина Ефимова: Надо, правда, учесть опасность «итальянской забастовки». Американский комик Билл Кросби говорит: «Моя жена попросила меня однажды загрузить посудомойку. Я загрузил, но так плохо, что жена больше никогда мне этого не поручала». Жучмэн и Андерсон учитывают ситуации, когда торговая система семьи, т.е., обмен товаром и сервисом (который включает в себя не только мытье посуды) перестает работать, когда один из супругов потихоньку сводит свое участие на нет (экономисты называют это free riding, то есть, бесплатный проезд). Такая ситуация чревата застоем и в делах, и в отношениях. Читаем в книге «Супругономика»:
«Когда свободный супружеский товарообмен перестает работать, появлются признаки крушения семейной рыночной системы. Таких признаков несколько: перегоревшая лампочка в кухне не меняется шесть недель. За вечер выпивается бутылка вина... каждым супругом. Посредине двуспальной кровати вырастает горбинка, последнее пересечение которой датируется позапрошлым месяцем. Появляется готовность идти к дантисту в субботу(!) «Братья Карамазовы» читаются с таким увлеченным, что все романтические намеки остаются без внимания. Появляются хобби, а также признаки умирания души. Совет экономистов: в случаях крушения рыночной системы виноват не рынок, а частичное отсутствие такового. Поэтому начинайте переговоры и перестройку своего рынка на бОльшую эффективность».
Марина Ефимова: И авторы книги «Супругономика» описывают несколько пар, которые, обсудив ситуацию, пошли на перемену рода службы, даже профессии, или взяли приходящую няню в ущерб другим нуждам – лишь бы выделить друг другу свободное время - для полноты жизни. Как и следовало ожидать, американские авторы никогда не дают совета: перетерпи. Их совет один – найди компромисс. Тесно связан с поисками компромисса и другой экономический совет – практиковать «эффективность Парето» - изобретение итальянского экономиста Вильфреда Парето.
Дженни Андерсон: Вступив в брак, многие из нас принимают свою позицию и любовные отношения с супругом как данность, как неотъемлемое право. К сожалению, это не так. Брак – предприятие переменчивое, сложное, требующее постоянных преобразований. Это вам не блаженное состояние влюбленности. Вы решаетесь на то, чтобы иметь дело с проблемами и сложностями другого человека до конца дней своих. Поэтому усвойте правило Вильфреда Парето: «уступайте партнеру в том, что ему важно, если это не делает вашу собственную ситуацию хуже». Грубый пример: на вас двоих - по четыре куска пиццы. Вам за глаза хватит трёх, а ему мало четырех. Отдайте ему свой кусок. Пример потоньше: моего мужа огорчает мой резкий тон. И я подумала: «Лучше ли мне от того, что я так с ним разговариваю? Нет. Это просто усталость и распущенность. Явно имеет смысл секунду подумать и удержаться - ради того, чтобы заметно улучшить его жизнь». Это полезно для брака».
Марина Ефимова: Но как быть с теми, кто не в состоянии удержаться, не думает о последствиях, лишь бы выпустить пар?.. Им лучше познакомиться с термином loss aversion - «ненависть к проигрышу, отвращение к потерям». Во многих людях огорчение и гнев по поводу проигрыша сильнее радости по поводу выигрыша. Такие автомобилисты расстраиваются, когда цены на бензин повышаются, но не радуются, когда они понижаются. Такие супруги ведут споры ночи напролет, лишь бы сказать последнее слово. Вот цифры из книги «Супругономика»: «71 % из опрошенной тысячи супругов признались, что спорят, даже если чувствуют, что битва проиграна. 53 % продолжают спорить, когда понимают, что они уже повторяют одни и те же аргументы. 34% признались, что не прекращают спор даже тогда, когда забывают, с чего он начался. А 35% продолжают борьбу и тогда, когда понимают, что неправы». Возможное решение проблемы – time out – перерыв. «Переспите с этой идеей», - говорят американцы. «Утро вечера мудренее», - говорят русские. А вот что говорит Дженни Андерсон:
Дженни Андерсон: Я не считаю, что спорить надо меньше. Я согласна с теми психологами, которые говорят, что ссоры и споры важны как ранние симптомы супружеских проблем – когда их еще можно исправить. Другое дело – как мы спорим. Народная американская мудрость говорит: «не ложись в постель, не помирившись». Не согласна. Лучше лечь в постель злым и не победившим, чем договориться (или дослушаться) до слов, которые нельзя взять назад, до point of no return - до бесповоротности. Остановиться легче, если вспомнить, что для тебя важней не победить в споре, а добиться решения возникшей проблемы. Даже ссориться лучше эффективно. Советую найти способ.
Марина Ефимова: Недавний опрос, проведенный престижным исследовательским институтом Pew Research Center, показал, какие два условия большинство американцев считают залогом прочного брака. Первое – верность супругов. Второе – счастливые и регулярные сексуальные отношения. Соответственно, в книге «Супругономика» этой теме посвящен целый раздел. Его название: «Предложение и спрос».
«Судя по проведенному нами опросу, в первые три года брака 78% супругов довольны и качеством супружеского секса и его частотой - от 2-х до 6-ти раз в неделю. Через 6 лет брака в том же статусе остается лишь 28% опрошенных. 54 % хотят улучшить свою сексуальную жизнь и прибегают к помощи сексологов, специальной литературы или интернета. И еще цифра: 44 % тех супругов, чья сексуальная жизнь сократилась до одного раза в несколько месяцев, считают свой брак несчастливым».
44%?! А значит, 56% вполне довольны такой ситуацией? или делают вид, что довольны? В книге «Супругономика» приводится много примеров сокращения сексуальной жизни после 3-4-х лет брака до одного раза в несколько недель, месяцев и даже лет! Когда я готовила эту передачу, появилась автобиографическая статья консультанта по вопросам брака Шэрин Вольф, автора книги «Любовь усыхает». Вот что она пишет о себе и о своем бывшем муже:
«Вначале мы занимались любовью чуть ли ни каждый день, и я была счастлива. Но однажды, когда муж уехал в очередную командировку в Японию, я нашла письмо, из которого поняла, что у него уже давно роман с японской женщиной. После этого открытия мы вошли в фазу брака без секса. Она длилась 13 лет! Сначала он хотел, чтобы всё оставалось по-прежнему, а я не могла и не хотела. Потом и он смирился. Мы любили другу друга и не хотели расставаться. Теперь, когда супружеские отношения стали моей специальностью, я знаю, как много пар проходят безсексуальные стадии брака».
Марина Ефимова: Я призналась Дженни Андерсон, что у меня - шок от этих сведений и что, живя в России, я не могла себе представить такого скудного любовного рациона.
Дженни Андерсон: Может быть, в России мужчины более распущены в сексе (или, чтобы это не звучало обидно, - более свободны). А, возможно, и женщины?.. Может быть, поэтому их внебрачные связи не так отражаются на браках. Но не забудьте, что Америка – все еще держится за свои пуританские корни. Недаром на первом месте среди условий прочного брака американцы ставят верность. Одно могу сказать: опрос показал множество случаев сексуальной дисфункции в многолетних браках. Я тоже нахожу это грустным, но точных причин не знаю. По словам супругов, которых мы опрашивали, причиной ухудшения сексуальной жизни часто бывает усталость, стресс, плохое настроение, ссоры... И для таких вот простых случаев мы даем свою экономическую рекомендацию: уменьшить стоимость секса – то есть, выяснив ситуацию с партнером и узнав, кому чего хочется, распределить дела так, чтобы секс не мешал ничему неотложному, и выделить на него время.
Марина Ефимова: А в России как-то всегда считалось, что нельзя слишком много обсуждать любовные отношения, а то слова могут убить чувства.
Дженни Андерсон: Да и у нас здесь есть книги с идеей, что мы заговариваем наше либидо до смерти, что своими откровениями и обсуждениями убиваем магию влечения. И я думаю, что в этом много правды. Но в Америке нельзя преуменьшать и значение стресса, связанного с карьерой и с детьми. Здесь отсутствие секса часто бывает временным, пока дети маленькие. И иногда не мешает об этом поговорить (то есть, в экономических терминах – создать «прозрачный рынок» - transparent market). Настоящая интимность невозможна без откровенности. Иногда достаточно намекнуть, сказать, например: «мне нужны комплименты, чтобы возбудить желание». И муж на это скажет: «Ой, конечно! Ты такая красивая, давай займемся любовью!» (смех)
Марина Ефимова: Предположение, что сексуальность браков ослабляется именно стрессом и усталостью, подтверждается любопытной статистикой в книге «Супругономика»: в долгих браках замечается оживление сексуальной жизни после выхода супругов на пенсию. 66% мужчин и женщин в возрасте от 65-ти до 74-х лет утверждают, что занимаются сексом 2-3 раза в месяц. При этом, по их словам, с возрастом секс улучшается. Не исключено, что опрошенные пожилые супруги просто хвастаются, или что мужчины имеют в виду секс не с супругами, а с более молодыми дамами. Но авторы книги приводят и доводы в пользу правдивости опрошенных: «Во-первых, - пишут они, - когда дети разлетаются из гнезда, нет опасности, что в решающий момент в спальню начнет ломиться какой-нибудь требовательный отпрыск. Во-вторых, после климакса уходит страх забеременеть. В-третьих, сексуальный порыв больше не приходится откладывать ради общесемейного удобства, даже если он налетел на вас посреди дня, у стиральной машины». Так считают авторы книги «Супругономика». Однако стоит учесть и выводы консультанта по вопросам брака Шарин Вольф:
«У каждой женатой пары, которая живет без секса, есть какая-нибудь скрытая причина - не та, в которой супруги легко признаются. И дело почти никогда не объясняется усталостью или занятостью. Это могут быть разные сексуальные аппетиты или разные принципы, жар всепоглощающей страсти или, наоборот, попытки подавить свою чувственность; это может быть паралич желаний, поразивший человека с комплексом вины; или насильственное сдерживание себя в угоду идее супружеской верности... Вариантов - миллион. И хотелось бы, чтобы и мужчины, и женщины учитывали сложность собственной природы и принимали ее во внимание прежде, чем выносить приговоры».
Марина Ефимова: Книга «Супругономика» написана для супругов и о супругах, способных и желающих договориться, прийти к компромиссу, который бы устраивал обоих. (Не о тех мужьях, которые уворачиваются от летящих сковородок, и не о тех женах, которые за несогласие с мужем получают по уху). Более того, авторы книги не учитывают и более тонкого неравенства между супругами: разницу в интеллекте, в силе воли, силе желаний, силе любви и жертвенности, или в искусстве семейной дипломатии.
Миссис Андерсон, вашу книгу я обсуждала со своим мужем. По его мнению, семья (как каждое предприятие), чтобы выжить, должна иметь одного директора. Это может быть муж, или жена, но кто-то один. И только этот директор, выслушав и взвесив все мнения и предложения, должен принимать окончательное решение.
Дженни Андерсон: И с точки зрения эффективности семейного предприятия, я уверена, что ваш муж прав. Вопрос в том, согласна ли на это вторая половина. Я бы никогда не согласилась. Я желаю быть равноправным участником всех важных решений. Поэтому по общим серьезным вопросам мы с мужем устраиваем бесконечные переговоры и торги. Ведь, действительно, у супружеской пары при решении проблем не может быть большинства голосов. Поэтому на достижение компромисса уходит куча времени и нервов. Демократия вообще-то хаотична и беспорядочна, а семейная демократия – вдвойне. Но, как сказал Черчилль, это пока лучшее, что у нас есть. И я ни за что не променяю ее неэффективность и хаос ни на какой порядок.
Марина Ефимова: Сохранить семейную демократию – особенно сложная задача, если согласиться с идеей экономистов Жучмэн и Андерсон, что брак – «долгосрочный ин-вестмент». Окупится ли он? Половина, как известно, не окупается. «Сейчас, - пишут авторы «Супругономики», - молодые мужчины и женщины подолгу живут вместе прежде, чем пожениться, поэтому они могут лучше узнать друг друга. И все же брак - это то, что в экономике называют speculative venture – «спекулятивное предприятие» - т.е., рискованное, со многими неизвестными, с интуитивными решениями, а потому и с вероятными неожиданностями. Но раз в него уже инвестировано столько душевных сил, нервов, времени, столько труда, любви, разочарований и надежд, имеет смысл беречь его и в трудные времена – даже когда в прибылях застой и держатели акций бунтуют».