Адвокатура в РФ

Марьяна Торочешникова: Есть такой анекдот: Бог создал солнце, дьявол воспользовался этим и придумал солнечные удары; Бог создал любовь, дьявол воспользовался этим и создал брак; наконец, Бог создал адвоката, дьявол после долгих раздумий создал... еще одного адвоката.

В сегодняшней передаче речь пойдет об адвокатуре в России. Со мной в студии - вице-президент Федеральной палаты адвокатов Юрий Сорокин. А говорить с ним мы будем об адвокатуре в условиях действия нового законодательства, о том, как правильно выбирать адвоката, где его искать, сколько ему платить и так далее.

Юрий Геннадьевич, вот в представлении большинства людей адвокат - это просто идеальный образец респектабельности и достатка. Это человек, имеющий большие деньги, дорогие автомобили, дорогие костюмы. Но известно, что структура адвокатуры очень отличается от обычных бизнес-структур, которые дают все эти материальные блага. Сами адвокаты, кстати, говорят, что структура адвокатуры очень близка к структуре церкви. Согласны ли вы с этим. И вообще, что это за такая профессия, Юрий Геннадьевич?

Юрий Сорокин: Профессия адвоката, вообще, профессия от Бога. Она дается врачу, целителю, церковному служащему и адвокату. Потому что человек, который не имеет в своем сердце сострадания, мне кажется, это не адвокат. Сострадание, помощь человеку - это главная заповедь адвоката.

Марьяна Торочешникова: Еще, наверное, и профессионализм.

Юрий Сорокин: И профессионализм, безусловно. Этот человек должен постоянно, каждый день, работая с людьми, работать над собой.

Марьяна Торочешникова: Юрий Геннадьевич, тем не менее, есть еще такое устоявшееся в обществе мнение об адвокатуре, что адвокат - это человек, который может доказать, что черное - это белое, дважды два - это пять, и все зависит только от размера гонорара. Главное - не скупиться, и у вас все получится. Вот откуда это пошло, почему люди так относятся к адвокатуре?

Юрий Сорокин: Скорее всего, это пошло не от адвокатов. Потому что я работаю в адвокатуре уже более 23 лет, и адвокат всегда работал, конечно, за гонорар, но за гонорар, который устанавливало ему государство, и его заработная плата была ограничена. Поэтому адвокаты стремились достичь такого уровня, с тем чтобы обеспечить себе тот достаток, который ему государство определяло.

Марьяна Торочешникова: Но адвокат, вообще, может доказать, что черное - это белое?

Юрий Сорокин: Навряд ли. Вы понимаете, в чем дело, есть еще закон, который, на мой взгляд, вообще перешагивать нельзя никому, в том числе и адвокату. Мне хотелось бы, чтобы адвокат действовал именно по закону, а не "по понятиям". Тогда мы больше найдем способов защитить человека, чем если, наряду с адвокатом, еще будут существовать какие-то другие понятия.

Марьяна Торочешникова: Вот вы немножко меня опередили, и как раз у нас есть сюжет, который хорошо проиллюстрирует тему сегодняшней передачи, его подготовил наш корреспондент в Твери Евгений Новиков. Давайте его послушаем, а потом продолжим разговор.

Евгений Новиков: Прокуратура Заволжского района города Твери проводит проверку по заявлениям граждан, обманутых адвокатом Владимиром Николаевым. В заявлениях говорится, что Николаев, получая деньги от клиентов, выписывал им "липовые" финансовые документы и не выполнял уже оплаченные услуги. В 2003 году более 10 обманутых граждан вынуждены были обратиться в милицию. Говорит Муса Ахмедов, которому адвокат обещал помочь получить российское гражданство.

Муса Ахмедов: Адвоката Николаева я встретил на мини-рынке здесь, на Ленинградской заставе. Поскольку я не мог получить прописку и гражданство, - хотя я женат на гражданке России, у нас ребенок, и куда я только не обращаются, мне везде отказывали, - он мне предложил свои услуги. Я при свидетелях давал ему деньги в сумме 18 тысяч рублей, сколько он и хотел, - и за три месяца я должен был получить прописку и гражданство. Он принес мне кассовый ордер на 3 тысячи рублей, а я ему давал 18 тысяч рублей. После этого я долго искал его, я его не находил. Я заявление написал в Заволжское РОВД.

Евгений Новиков: В числе обманутых оказались самые разные люди. Одним Николаев обещал помочь приватизировать сложную в юридическом отношении квартиру, другим - решить спорные вопросы аренды торговых площадей. Люди платили адвокату деньги и ждали, когда он начнет решать их проблемы. Проблемы не решались, а найти самого Николаева становилось все труднее. На работе, в юридической фирме "Принцип", он появлялся все реже и реже, а наконец и вовсе исчез. Бывшие коллеги Николаева из этой юридической фирмы говорить о нем отказались.

А вот как комментирует ситуацию президент Адвокатской палаты и председатель Тверской областной Коллегии адвокатов Александр Севастьянов.

Александр Севастьянов: Адвокат Николаев был принят 27 июня 2002 года постановлением президиума в Коллегию адвокатов с местом работе в адвокатской фирме "Принцип". И фактически проработал, если можно применить такой термин, легитимно (в рамках действующего законодательства об адвокатуре) июль-сентябрь. То есть в июле-сентябре 2002 года адвокатом был сдан единственный финансовый отчет, после чего его адвокатская деятельность (а правильнее назвать - мошенническая деятельность) была прекращена.

Для нашей корпорации адвокатов Тверской области этот случай просто-напросто единичный и вопиющий, конечно, случай. Я помню эпизод 15-летней давности, когда в отношении одного из адвокатов было возбуждено уголовное дело, связанное с мошенничеством, он был осужден, мы с ним расстались. И вот, спустя, наверное, 15 лет, вот этот вот досадный случай произошел вновь.

Евгений Новиков: В ближайшее время прокуратура Заволжского района даст юридическую оценку действиям бывшего адвоката Владимира Николаева. Говорит Муса Ахмедов.

Муса Ахмедов: Я думаю, его так не отпустят, потому что у него не только по отношению ко мне... многие люди страдали от него.

Марьяна Торочешникова: Юрий Геннадьевич, когда принимался закон об адвокатуре, точнее, еще на стадии обсуждения проектов этого закона, многие надеялись, что именно закон станет панацеей от таких вот недобросовестных адвокатов, которые порочат все сообщество. А что же произошло на самом деле?

Юрий Сорокин: Вот Александр Севастьянов совершенно справедливо сказал, что этого человека нельзя называть адвокатом, это мошенник просто. Застраховаться на 100 процентов, конечно, очень сложно. Но, с другой стороны, на сегодняшний день закон дает право адвокатскому сообществу, принимая в свои ряды людей, проводить проверку, человек проходит экзамен дважды. Но, к сожалению, у нас экзамен профессиональный, а нет экзамена на нравственность.

Марьяна Торочешникова: А вообще есть моральный кодекс адвоката?

Юрий Сорокин: Есть, он предъявляет требования к тем лицам, которые приобретают этот статус. Но вот как нам разглядеть при приеме экзамена? Ведь человек может хорошо ориентироваться в законодательстве, но быть подлецом просто. Вот Александр Севастьянов сказал, что второй случай у них за 15 лет. Я вам должен сказать, что вообще по Российской Федерации за 2004 год был прекращен статус 37-ми адвокатов, которые были осуждены к лишению свободы именно за совершение мошеннических действий либо преступления против правосудия.

Марьяна Торочешникова: А сколько в России вообще адвокатов?

Юрий Сорокин: В России на сегодняшний день 59 тысяч адвокатов.

Марьяна Торочешникова: То есть 37 человек из 59 тысяч - это все-таки небольшая цифра.

Юрий Сорокин: Это небольшая цифра, но, понимаете, можно ведь и ложкой дегтя бочку меда испортить, поэтому здесь дело не в цифрах, а в том, чтобы этих случаев вообще не было в адвокатуре.

Марьяна Торочешникова: Юрий Геннадьевич, а вот этот закон, новый Закон об адвокатуре он как-то помог урегулировать эту сферу, чтобы адвокатское сообщество могло самоочищаться?

Юрий Сорокин: Да. И вы знаете, может быть, впервые за многие годы действия российской - советской адвокатуры он впервые позволил и назвал главными основаниями прекращения статуса адвоката совершение проступка, несовместимого с профессией и, второе, ненадлежащее исполнение своих обязанностей.

Марьяна Торочешникова: А как это выглядит на практике? То есть человек, недовольный работой адвоката, куда идет жаловаться?

Юрий Сорокин: Человек, который недоволен работой адвоката, должен обращаться в адвокатскую палату субъекта Федерации, например, города Москвы, Московской области, Брянской... Там существуют квалификационные комиссии, и любая жалоба заявителя, особенно та жалоба, которая связана с оказанием юридической помощи, является достаточным поводом для возбуждения квалификационного производства в отношении адвоката. И заявитель вправе присутствовать при рассмотрении этого заявления. И это очень важно, раньше не было этого правила.

Марьяна Торочешникова: Я хочу уйти от теории и обратиться к практике, потому что в начале программы сказала, что адвокатов считают одними из самых преуспевающих людей. Когда дело доходит до суда, то адвокат нужен всем - и бедным, и богатым. Причем и закон предусматривает обязательное участие адвоката по ряду дел. Но уже не раз назначенных, то есть бесплатных, адвокатов упрекали в, мягко скажем, некачественной работе. А из-за чего, собственно, это происходит? И вообще, адвокаты по назначению, они альтруисты или им что-то платят, какие-то деньги за работу?

Юрий Сорокин: Нет, адвокаты по назначению не альтруисты, им платят. И в прошлом году мы добились постановления правительства Российской Федерации, был издан приказ министра юстиции и министра финансов совместно о порядке оплаты труда адвокатов по уголовным делам. Адвокат получает за свою работу по назначению минимальную заработную плату - максимально это 600 рублей, но это по сложным делам, по сложным категориям дел, которые подсудны Верховному суду...

Марьяна Торочешникова: За один судодень?

Юрий Сорокин: Да, за один судодень. Потом есть три четвертых минимальной зарплаты, есть одна вторая и есть даже одна четвертая (где-то 150 рублей) - это по незначительным преступлениям. То есть адвокат деньги получает, конечно, от государства, и государство об этом записало в Конституции, постановлении, и в федеральном законе нашем это написано. А вот что касается отношения к этому адвокатов, то, вы знаете, я должен сказать, что это зависит от самого, наверное, адвоката. Не от закона, не от постановления правительства, а зависит от того, что у него в сердце есть. Адвокаты, которые работают профессионально, защищают также одинаково людей, которые платят деньги. Это по соглашению, суммы могут быть разные, в зависимости от того, кто платит - Гусинский, Ходорковский или Петров, Сидоров... Но адвокат уже по той причине, что он профессионал, свою работу должен делать качественно.

Марьяна Торочешникова: То есть бедный ты или богатый - не важно.

Юрий Сорокин: Да. И второе. Я вот, наверное, сейчас скажу и всегда говорил адвокатам, что нужно защищать бедных за счет богатых. В каком смысле? Вот бедному оказал помощь - и ты можешь добиться результата, который ты будешь вспоминать всю свою жизнь. С другой стороны, ты можешь защищать богатого, получить хороший гонорар, как это делали Плевако, Коробчевский и другие известные русские адвокаты.

Марьяна Торочешникова: И вот коль уж речь зашла о выдающихся российских адвокатах, давайте послушаем короткую историческую справку о выдающемся адвокате Федоре Никифоровиче Плевако. Рассказывает Михаил Саленков.

Михаил Саленков: Федора Плевако современники прозвали "московским златоустом" за его ум, великолепное ораторское мастерство и острословие.

Его карьера начиналась как у многих обычных людей. После окончания гимназии в 1858 году Федор приехал в Москву и поступил на юридический факультет Московского университета. Плевако-студент мало чем отличался от студентов сегодняшних - он с огромным удовольствием принимал участие во всех молодежных вечеринках, которые часто заканчивались в трактирах. Одно из таких посещений закончилось дракой студентов-юристов с извозчиками. История умалчивает, кто победил в этом поединке, но Плевако после этой истории был отчислен из университета. Он устроился гувернером в одно богатое семейство, много путешествовал и за границей, в Германии, случайно попал на лекции знаменитого юриста Пухта о римском гражданском праве. Эта встреча заставила его по-другому отнестись к предмету, который он изучал. Восстановившись в университете, Федор Плевако окончил его с отличием.

С 1870 года он - практикующий адвокат. Самые знаменитые победы Плевако в суде - "Дело старушки" и "Дело священника". В деле старушки, подсудимая украла дешевый жестяной чайник. Прокурор, задумав нейтрализовать адвоката, сам начал с того, что должен был говорить в этом случае адвокат: бедная женщина, нужда, незначительная кража, подсудимая вызывает только жалость: Но собственность священна! - говорил прокурор. - Все наше гражданское благоустройство держится на собственности. Если мы позволим людям потрясать ее, страна погибнет!

Поднялся Плевако: "Много бед, много испытаний пришлось претерпеть России за ее больше чем тысячелетнее существование. - начал он, - Печенеги терзали ее, половцы, татары, поляки. Все вытерпела, все преодолела Россия, только крепла и росла от испытаний. Но теперь: старушка украла старый чайник. Это уж Россия не выдержит, от этого погибнет безвозвратно": Женщину оправдали.

Когда слушалось "Дело священника", который растратил церковное имущество, Плевако поспорил со своими приятелями, что добьется оправдания, потратив на свою речь чуть больше одной минуты. Выступая в суде, Плевако произнес: "Господа присяжные заседатели! Тридцать лет мой подзащитный отпускал вам грехи ваши. Простите и вы их ему один раз!" И присяжные вынесли оправдательный приговор:

Федор Плевако защищал и купцов, и миллионеров. Его гонорары были очень высоки. Однажды ему даже предложили защищать знаменитую налетчицу - Соньку Золотую ручку. Но он отказался: нравственный был человек, не хотел защищать преступницу, на которой много крови.

А старушек и священников защищал бесплатно. Плевако был глубоко верующим человеком, к тому же церковным старостой (чего никогда не афишировал). Помогал бедным студентам и талантливым ученым, порой весьма крупными денежными суммами.

В память о Федоре Плевако в России в 1997 году учреждена Золотая медаль его имени. Она вручается адвокатам за высокое профессиональное мастерство, крупный вклад в развитие адвокатуры, за успехи в защите конституционных прав граждан. Но кроме адвокатов медали удостаиваются и общественные деятели, ученые, журналисты.

Марьяна Торочешникова: Раз мы заговорили о стоимости адвокатских услуг, понятно, что у адвоката по назначению одна ставка, вы об этом рассказали. А сколько стоит адвокат вообще, есть какая-то фиксированная ставка, от которой можно отталкиваться? Прежде чем вступить в какую-то судебную тяжбу, надо же иметь представление о том, сколько денег отложить на адвоката...

Юрий Сорокин: В свое время российские адвокаты, поскольку они привыкли к каким-то ставкам, начали ориентироваться на западные ставки, и тогда появились адвокаты, которые заявляли... Я не буду называть их фамилии, но об этом наши, российские журналы писали, - журнал "Деньги", например, - что вот этот адвокат стоит 200 долларов в час, этот - 100, а четвертый говорил: "Я вообще меньше чем за 500 долларов в час не берусь за такие дела..." Я так полагаю, что эти ставки писались не для граждан России, а они писались для богатых людей, для олигархов, и там можно такие ставки устанавливать.

Мы всегда, в общем-то, возражали в нашем адвокатском сообществе, еще раньше, еще лет 8 назад, в середине 90-х годов, когда в отдельных юридических консультациях появились тарифы такие: консультация стоит 10 долларов, ведение уголовных дел в суде за судодень - 50 долларов. И вот такие были тарифы, потому что государство ничего не установило, а в законе было: "По соглашению между сторонами..." А какое это соглашение?

Марьяна Торочешникова: Конечно, это постановка перед фактом.

Юрий Сорокин: Вы понимаете, это не соглашение, этого нельзя делать. И мы тогда с этим боролись и сказали: вы это все убирайте, этого нельзя делать. Но тогда был такой период, что все возможно, "межсезонье" такое. И говорили, что все разрешено, что не запрещено законом. Но это неправильно...

Марьяна Торочешникова: Юрий Геннадьевич, а можно какие-то претензии предъявлять к адвокату, который не смог отстоять интересы в суде?

Юрий Сорокин: Нет. Здесь, наверное, претензии предъявлять адвокату нельзя. Нет, все-таки мне думается, что все решать должен закон. А во-вторых, еще адвокат - помимо всего прочего, что он слуга закона - он еще и правозаступник, он представитель человека. И он, конечно, должен поддерживать позицию, которую его доверитель выражает (он же может не признавать своей вины).

Марьяна Торочешникова: Но при этом адвокат не всемогущ.

Юрий Сорокин: Нет, конечно.

Марьяна Торочешникова: Юрий Геннадьевич, у нас есть звонки, я предлагаю послушать.

Слушатель: Сергей Гребедев, Ижевск. Я очень недоволен работой адвоката, который помог оставить мою плохо видящую и глухую мать со сводным племянником, помог оставить без жилья. Я сам инвалид по зрению. Могу ли я что-нибудь предпринять?

Юрий Сорокин: Вы знаете, Сергей, конечно, надо предпринимать. Если вы уверены в своей правоте, надо, конечно, использовать все законные способы защиты в суде, и в кассационном порядке, и в надзорном. А что касается адвоката, который вам помешал, наверное, все-таки следует обратиться в Адвокатскую палату Удмуртии, они там разберутся. Я не могу сейчас вам ответить на вопрос, сможете вы отстоять, не сможете отстоять свое право. Но вообще за него бороться надо.

Марьяна Торочешникова: Юрий Геннадьевич, вот вы говорите: "Нужно найти адвоката..." А как его найти? У него же на лбу не написано, что "я хороший, честный, порядочный адвокат, еще и профессиональный". Как его выбирать? Может быть, вы дадите какие-то рекомендации, куда вообще за ним идти?

Юрий Сорокин: Нужно обращаться в адвокатские образования, которые есть в каждом регионе, в каждом муниципальном округе, в каждом районе.

Марьяна Торочешникова: Хорошо, вот я пришла в какую-то юридическую консультацию, которая рядом с домом оказалась. Вот передо мною десяток адвокатов, один другого краше. Я же не буду их выбирать по признаку цвета волос или цвета глаз. Какие вопросы мне ему задать? Как узнать, насколько вообще он профессионален?

Юрий Сорокин: Во-первых, прием в адвокатских образованиях ведут дежурные адвокаты, будем так говорить. И здесь, главное, не ошибиться, потому что может случиться так, что адвокат владеет правом - и гражданским, и уголовным, и все прочее, но он сегодня сидит, принимает граждан, заработать хочет, и он может, допустим, сказать человеку: "Ну, давайте, вот я буду вам помощь оказывать", а на самом деле, может быть, он и не очень большой специалист именно в этой отрасли права.

Марьяна Торочешникова: То есть спросить нужно адвоката, какими делами он чаще всего занимается, да?

Юрий Сорокин: Да, какими делами занимается и по каким работает - это прежде всего. И второй вопрос, все-таки, когда граждане выбирают себе адвоката, стоит обратиться к руководителю адвокатского сообщества, образования, потому что он знает, кто чем занимается, и он может подсказать человеку, что "вот я вам рекомендую обратиться к адвокату Петрову..." Это одна сторона. А вторая сторона, если проблема какая-то случилась, то поговорите со знакомыми, спросите, может быть, у кого-то были такие ситуации, случалось встречаться с адвокатами. Вы знаете, рекомендации человека, которому помощь была оказана квалифицированно, она дорогого стоит, потому что люди оценивают работу адвоката по заслугам.

Марьяна Торочешникова: У нас есть звонки еще.

Слушатель: Это Георгий Сергеевич из Петербурга. В 1947 году у нас жила некая Вера Федоровна Лапицкая из Горького, адвокат. По просьбе каких-то маминых знакомых мы ее приютили на Поварском переулке. Ну и малоквалифицированные люди вдруг моей маме посоветовали подать на реабилитацию моего отца Иосифу Виссарионовичу Сталину. Адвокат пришла в ужас сама и сказала: "Ни в коем случае, это очень опасно! Почти наверняка вас вышлют". Ну, он потом был реабилитирован, но я на всю жизнь запомнил ее имя, фамилию и отчество. Она у нас года полтора прожила и потом уехала в Горький опять.

Марьяна Торочешникова: То есть вы остались довольны этим советом...

Слушатель: Очень довольны, потому что впоследствии выяснилось, что так и было бы. Высылали. Не обязательно расстреливали, но высылка была, можно сказать, гарантирована.

Марьяна Торочешникова: Я так думаю, что это как раз тот самый случай, когда адвокат проявил себя не только как профессионал, человек, который работает с законом, но и как хороший, проницательный человек.

Юрий Сорокин: Кстати, о тех временах, о которых Георгий Сергеевич нам рассказал, даже совет адвоката спасал людей, потому что иногда просто нельзя было обращаться к правосудию, лучше было подождать немножко.

Марьяна Торочешникова: Давайте вернемся во времена сегодняшние. И у нас есть еще звонки. Пожалуйста.

Слушатель: Валерий Васильевич меня зовут. Я в Москве нахожусь, но я сам туляк. Вот у меня к Юрию Геннадьевичу вопрос. Юрий Геннадьевич, я понимаю, что адвокатам очень тяжело, потому что суды сейчас как китайская стена - их тяжело прошибить. В 2003 году изменился Гражданско-процессуальный кодекс, и вот если обратиться к 59 тысячам адвокатов в нашей стране, то 58 тысяч не скажут порядок прохождения дел в судах: сколько должен рассматриваться иск, сколько - кассационная жалоба, сколько - надзорная жалоба, сколько может длиться гражданское дело. Не могли бы вы в короткой форме сказать, вообще-то, проходят адвокаты какую-то переподготовку? Мы, конечно, русский народ, юридически очень безграмотны. И в прошлые времена, советские, и сейчас все делается для того, чтобы мы с юридической точки зрения ни в чем не разбирались.

Марьяна Торочешникова: Спасибо, Валерий Васильевич. Вот видите, наша передача как раз на то и направлена, чтобы вы становились юридически грамотнее. Юрий Геннадьевич, скажите, повышают квалификацию адвокаты?

Юрий Сорокин: Адвокаты квалификацию повышают. Каждый адвокат обязан хорошо знать закон. У нас есть, конечно, повышение квалификации в Российской правовой академии, на различных курсах.

Но мне кажется, что эта беда, о которой сейчас сказали, она касается не только наших доверителей, но и самих адвокатов. Дело в том, что вот эта судебная бюрократия, она зависит от многих причин. Есть, конечно, сроки. Есть случаи, когда сроки нарушаются по вине суда, а есть - когда сроки нарушаются по вине самих доверителей. Вот жена подает на мужа, а муж в суд не является - раз отложили, два отложили, три отложили... Дело тянется, сроков там нет. Есть сроки, установленные по принятию заявления к производству: в течение 10 дней принять к производству, назначить слушания. И потом пошел процесс, который может длиться два-три года, бесконечно.

Марьяна Торочешникова: Джарндисы против Джарндисов:

Юрий Сорокин: Да-да. Причем есть жалобы даже и на адвокатов, потому что две стороны и есть два адвоката...

Марьяна Торочешникова: Одному интересно затянуть процесс...

Юрий Сорокин: Да, а другому - нет... Нельзя издеваться над человеком, кто бы он ни был, проиграет он процесс, выиграет процесс. Стороны приходят в суд для того, чтобы получить ответ.

Марьяна Торочешникова: Чтобы решить вопрос.

Юрий Сорокин: Да, решить вопрос, и они хотят его решить как можно быстрее. Кто-то хочет это затянуть. Задача закона и адвоката - чтобы вопрос был разрешен в законном порядке. Другое дело, что требуется время на собирание доказательств, чтобы подготовиться, - это да. Но когда дело просто волокитится, граждане совершенно справедливо возмущаются.

Марьяна Торочешникова: И вы делаете представление в адрес таких вот адвокатов, то есть вы их ругаете.

Юрий Сорокин: Безусловно. И мы им указываем на это. А кроме того, кодекс этики не позволяет адвокату так поступать.