Мое и наше

Все годы ребятишки катались с горы на санках и снегокатах совершенно безвозмездно, а нынче некие активные люди в желтой униформе отгородили полгоры цветными флажками, втащили на гору обтянутые покрышки и начали продавать час зимнего счастья за 200 рублей.

Пока втащишь это катальное устройство на гору, пока дождешься своей очереди к спуску (пара-тройка спусков), вот и кончилось оплаченное время. Плати снова. Не знаю, как у бизнесменов с уплатой налогов обстоят дела, а с деловой сметкой у них все нормально, так что ушлые ребята быстро "нашу" гору превратили в свою собственную. Ребятишки без 200 рублей в кармане вынуждены теперь кататься в неподходящем месте или поглядывать на денежных счастливцев снизу вверх.

Я вообще замечаю, что процесс "приватизации" общественного достояния активно набирает обороты, многое, что еще недавно даже не подразумевало хозяина, как по велению волшебной палочки, начинает принадлежать кому-то в частном порядке. Причем этот кто-то и пальцем не повел для создания самого объекта, так сказать, не возводил "горный провал", как у Ильфа и Петрова в бессмертном бестселлере. Да и разрешения у общества на присвоение объекта по сбору денег не спрашивал.

Объявив общее своим, новоявленный бизнес активно защищает завоеванное.

Совсем недавно на Ленинградском вокзале в Москве я присела на стул в привокзальном буфете с "невокзальным" бутербродом. Подчеркиваю, на общем, российском вокзале, причем имея билет дальнего следования в кармане. Уборщица кафетерия трижды вытирала возле меня пол с громкими выражениями удивления и неудовольствия. Поскольку я никак не реагировала на нее, она привела милиционера. Тот тоже долго меня разглядывал, правда, ни связываться, ни выгонять меня с несоответствующим бутербродом не посмел.

Превращение нашего в мое становится общей российской тенденцией. Началось оно сверху, теперь докатилось до самого низа — до лавочек, питьевой воды, туалетов, часто без всякой альтернативы. Проходя по московским улицам в жаркую летнюю погоду, попробуйте скрыться на теневой стороне. Дудки. Вся она, будучи, без сомнения, общей собственностью, заставлена частными кафешками и лавочками исключительно коммерческого свойства. Никто не

позволит вам отдохнуть на них или выпить бутылку воды, ежели вода куплена у другого коммерсанта. Думаю, что так будет происходить, пока граждане не станут сопротивляться повсеместной приватизации быта.

В нынешние же каникулы отправилось мое семейство на выставку в московский Исторический музей. Красную площадь, как это принято в последние годы, облюбовали разнородные жалкие двойники исторических персонажей.

Всякие многочисленные Ленины, Сталины, Брежневы, даже пошлые копии ныне действующих политиков и звезд эстрады. Все они с удовольствием делают свой бизнес на фотографировании в основном с гостями столицы.

И вот подходит к небольшой очереди, ожидающей открытия музея, некто разнаряженный в костюме то ли Ивана Грозного, то ли Бориса Годунова и так невежливо палкой своей начинает людей сдвигать с места ожидания открытия музея. Поскольку фон с храмом Василия Блаженного оказался из-за очереди не вполне просматриваемым, а соответственно, вершить ему свой бизнес по фотографированию с народом не с руки. Похоже, что царственный бизнесмен уже давно в мечтах приватизировал Красную площадь и в роль вошел мастерски. Только намек на жалкую историческую участь зарывающихся властителей сбил спесь с борзеющего "владыки". Пришлось напомнить ему, что в XXI веке еще не все "наше" стало "моим".

Статья опубликована в издании "Газета", №1 от 11 января 2010

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции GZT.RU