«Ереван — это не Чечня!»

Пикет памяти Айшат Баймурадовой в столице Армении

(18+) НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН, РАСПРОСТРАНЕН И (ИЛИ) НАПРАВЛЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ НОВАШОВЫМ АНДРЕЕМ ВАЛЕРЬЕВИЧЕМ ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА НОВАШОВА АНДРЕЯ ВАЛЕРЬЕВИЧА.

4 ноября в Ереване друзья убитой в середине октября чеченки Айшат Баймурадовой и активисты вышли на пикет, чтобы привлечь внимание к этому преступлению и потребовать, как сказано в анонсе, «прозрачного, независимого расследования». Айшат бежала в Армению из Чечни, спасаясь от домашнего насилия. Правозащитники уверены, что с 23-летней чеченкой расправились, потому что она открыто критиковала чеченское патриархальное общество.

Обычно акции российских релокантов в Ереване проходят у российского посольства, но нынешняя состоялась на площади Республики, где находится Дом правительства Армении. Пикет памяти убитой адресован и армянскому обществу.

Из всех публичных акций, которые провели релоканты в Ереване, нынешняя — самая законспирированная. Накануне вечером коллега прислал мне анонс — пост из закрытой ТГ-группы «Друзья Айшат». Место встречи — площадь Республики. Время — 12.00. Но в полдень акция не начинается. Людей с плакатами не видно. Изменилось время или место? Лихорадочно пишу знакомым активистам, которые, может быть, в курсе. Они тоже не знают.

Уже собираюсь уйти, но в четверть первого на площади появляется активистка Алипат Султанбегова. Объясняет, что не была знакома с убитой, не является организатором акции, но сама давно хотела такую акцию провести. Разворачивает большой плакат, на котором портрет Айшат Баймурадовой и слоганы: «Ереван — это не Чечня!»; «Справедливость для Айшат!». Одинокую пикетчицу окружают журналисты с видеокамерами, фотоаппаратами и смартфонами. Рядом с Алипат встает еще одна участница, через несколько минут к ним присоединяются человек десять, которые подошли вместе. В основном это молодые женщины. Алипат произносит речь. Звукоусиливающей аппаратуры нет, но активистка говорит громко и эмоционально:

— Девушка открыто говорила о домашнем насилии. О том, что происходит в Чечне, на Северном Кавказе. Она хотела укрыться в безопасном месте, но ее находят даже здесь и убивают. Чеченские силовики Армению хотят превратить в проходной двор!

Активистка возмущается лицемерием омбудсмена Чечни Мансура Солтаева, заявившего, что Айшат убили правозащитники, которые помогли ей сбежать в Армению.

— Какую-то историю придумал, что правозащитники людей на органы сдают. Это заявление само по себе говорит о том, что чеченские силовики могут иметь отношение к убийству Айшат, — предполагает Султанбегова.

В анонсе акции организаторы, в частности, написали: «Если вы опасаетесь за безопасность, можно прийти в маске, очках или закрыть лицо любым удобным способом». Меры предосторожности для Еревана вроде бы избыточные. На митинге в столице Армении местная полиция задерживала российских релокантов лишь однажды. Это было ровно через полгода после начало СВО. Обвинений никому не предъявили, отпустили без протоколов. Больше подобного не повторялось. Сами задержанные отнеслись к случившемуся как к недоразумению. В Армении могут задержать релоканта, если он объявлен в розыск в России, но не совершивших настоящих преступлений вскоре освобождают. Был драматичный эпизод с российским дезертиром, но ни одного политического активиста после 24 февраля в Россию из Армении не выдали.

Однако многие из пришедших на пикет памяти Айшат послушались организаторов и закрыли лица медицинскими масками, платками или шарфами. Некоторые держали плакаты так, чтобы за ними не было видно их лиц.

— Мы хотим, чтобы эта история стала резонансной. Совершившие преступление этого наверняка не хотят. Больше ничего не могу сказать, — говорит одна из участниц, пришедшая в маске, к которой обратился за разъяснениями.

— Это убийство было демонстративным — чтобы запугать других беженок из Чечни. Убийцы действовали почти открыто, все на камеры попало. (Выходившие из квартиры, где было совершено преступление, действительно попали на камеры видеонаблюдения. — Ред.) Поэтому мы боимся угроз в наш адрес и опасаемся за свою безопасность, — дополняет девушка, стоящая рядом, нижняя часть лица которой тоже закрыта.

— Мы не активисты и не правозащитники — просто друзья Айшат, — объясняют они.

Насколько понял, среди закрывавших лица не было земляков убитой. Это релокантки из европейской части России, познакомившиеся с Айшат в Армении.

Пикетчицы не запрещают фото- и видеосъемку, отвечают на вопросы журналистов. Пришедшие в масках остаются в них, но те, кто прикрывался еще и плакатами, постепенно опускают их ниже. Своих имен не называют и даже отказываются выбрать псевдонимы.

— Предоставляем это сделать вам.

Подробнее других «Новой» рассказала о погибшей участница пикета, которую буду называть Ольгой.

— Айшат была обычной девушкой. Не считали себя активисткой. Просто была неравнодушной и высказывалась в соцсетях, — говорит Ольга.

Айшат рассказывала Ольге про свою жизнь в Чечне. Замуж выдали рано, причем хотели это сделать еще раньше.

До замужества Айшат подвергалась в своей семье насилию, в том числе и сексуализированному. Муж Айшат тоже был с ней жесток. Она не хотела заводить ребенка, но родня заставила.

Айшат ограничивали в свободе передвижения — со временем все больше. Ее смартфон просматривали. Несколько раз она неудачно пыталась убежать из дома. Одна из родственниц была на стороне Айшат, благодаря этому у девушки появился второй смартфон, о котором не знала родня. С него она писала друзьям и правозащитникам, которые помогли ей сбежать из Чечни.

Из-за патриархальных установок Айшат не смогла получить достойного образования. В Армении трудилась на неквалифицированных работах: клининг, низовые должности в общепите. При этом она любила готовить и хотела стать поваром. Еще мечтала накопить денег и переехать в Европу. Ольга уточняет, что планы могли и измениться — в последние недели она не виделась с Айшат.

Другие участники пикета дополнили, что в Армении Айшат трудоустраивалась нелегально, и некоторые работодатели кидали ее на деньги. Сначала жила в маленьком армянском городе (собеседницы попросили его не называть), несколько месяцев назад перебралась в Ереван. Снимать жилье помогала российская правозащитная организация, название которой тоже просили не публичить.

В Армении Айшат ходила в спортзал.

— Хотела быть сильной, уметь сражаться, постоять за себя. Еще она рисовала — портреты, аниме. Это было мило. Она же столько лет не могла самовыражаться, и тут появилась такая возможность, — говорит Ольга.

Вспоминает, что в феврале этого года гуляла с друзьями по улице, Айшат сама подошла к ним, предложила познакомиться и зайти к ней в гости. Другие участницы пикета, знакомые с убитой, тоже рассказывают, что Айшат была очень открытой и контактной. Роковую роль в ее судьбе сыграло знакомство с Кариной, которая говорила, что она с Северного Кавказа и тоже натерпелась из-за патриархальных установок. Карина заманила Айшат в квартиру, где через несколько дней девушку нашли убитой.

— Я не знаю, кто именно организовал это убийство, но не сомневаюсь, что это «убийство чести». Мы консультировались с экспертами, которые такие убийства изучают. Семья действительно считала ее позором рода. Ей поступали угрозы. Хочу уточнить, что «убийство чести» — общепринятая, но некорректная формулировка. Убить женщину — свою родственницу, свою дочь — в этом никакой чести нет, — объясняет Ольга.

— Я здесь, потому что меня потрясло это убийство. Шокирует, что оно произошло в Армении, которая воспринималась как относительно безопасная для россиян страна, где можно выдохнуть. А теперь… Если расследование в Армении закончится ничем, как это часто бывает в России, то, получается, никакой безопасности нет, — сказала «Новой» Анна, которая не прятала лица.

Участницы митинга говорят, что Армения, куда гражданин России может попасть без загранпаспорта, все равно остается привлекательной страной для беженок из Чечни и других республик Северного Кавказа.

— Если родственники держат девушку под домашним арестом, кто ей разрешит делать загран? Документы таких девушек, как привило, лежат в сейфах их мужей или отцов, — говорит женщина, пришедшая на пикет.

В ереванском пикете вместе с релокантками стояла соосновательница российского фонда «Безопасный дом» Вероника Антимоник. Именно Вероника подошла к Алипат Султанбеговой и встала рядом, когда остальных участников еще не было на месте. Вероника приехала в Армению по другим делам, но не могла не присоединиться. Ее фонд борется против торговли людьми и современного рабства. В повестке «Безопасного дома» и проблема насилия над женщинами. Среди подопечных — женщины с Северного Кавказа, доверившиеся не правозащитникам, которых демонизирует омбудсмен Чечни, а настоящим рабовладельцам.

— Такие женщины готовы на что угодно, чтобы сбежать из семьи, где они подвергаются насилию. Возвращаться им страшно. Их уязвимостью пользуются. В результате они из одной насильственной ситуации могут попасть в другую. Оказаться фактически в современном рабстве, подвергнуться сексуальной или трудовой эксплуатации, — говорит Вероника.

Рассуждая о том, почему стало возможным убийство Айшат, некоторые правозащитники говорят, что она была неосмотрительной, игнорировала «протоколы безопасности».

— Если она не соблюдала правила — это не повод ее убивать. Кого-то задело, что она публично высказывалась о насилии в Чечне, привлекая внимание к проблеме. Но говорить об этом — ее право.

Очень важно расследовать такие преступления и наказывать виновных, потому что никто не имеет права убивать женщин, какой бы выбор они ни сделали, в какой бы стране ни жили, — подчеркивает Антимоник.

Почти одновременно с новостью об убийстве Айшат стало известно, что в России закрывается центр «Насилию.нет*».

— Я бы не искала тут связи. Конечно, есть общие глобальные причины. Насилия становится все больше, в России происходит его нормализация. Центр «Насилию.нет» — не единственная занимавшаяся этой проблемой организация, которая закрылась в России за последний год. Внутри страны такие организации не получают серьезной поддержки и сейчас не могут получать зарубежную помощь. Конечно, закрытие центра — большая потеря для российского НКО. Это была очень известная организация, поэтому ее закрытие вызвало такой резонанс, об этом много писали. Центр пока еще работает, принимает обращения. Специалисты «Насилию.нет» — юристы, психологи — и дальше найдут какую-то форму, чтобы продолжить помогать, хотя масштаб будет не тот. Правозащитники будут это делать, пока в России сохранится хоть какая-то возможность, — говорит Вероника.

У Алипат Султанбеговой, открывшей этот пикет, в России было семь административок за политический активизм, в том числе за участие в акции 24 февраля 2022 года. Она успела улететь в Ереван, когда узнала, что против нее возбуждено уголовное дело. Большая часть ее жизни связана с Краснодаром, но родилась она и свои первые годы жила в Дагестане, как и Айшат, воспитывалась в патриархальной семье. После акции рассказала «Новой», что в отношении женщин в Дагестане нет такой жести, как в Чечне, но для многих дагестанцев домашнее насилие — норма.

— К мужчинам грязь не липнет, а к женщинам — липнет. Женщина должна молчать, у нее нет своего мнения. Жертва сама виновата, — перечисляет Алипат. — Такие мизогинные, патриархальные стереотипы. Насколько понимаю, в Армении женщины свободнее говорят о дискриминации, но домашнее насилие есть и в этой стране. Сегодняшняя акция — и о том, что в опасности не только беженки с Северного Кавказа, но и сами армянки. Необходима реакция армянского общества, которое тоже должно требовать открытого и объективного расследования убийства Айшат. Нельзя допустить, чтобы Армения превратилась в страну, где совершаются средневековые казни, — говорит Алипат Султанбегова.

Андрей Новашов*

* Внесены властями РФ в реестр «иноагентов»