Свиноторговля и прогресс

Две обратные стороны миграции в книге Йена Голдина

В массовом сознании с миграцией связано множество негативных стереотипов: низкооплачиваемый или вовсе подневольный труд, сокращение рабочих мест, неспособность стать полноправным членом принявшего тебя общества. Однако без миграции и мигрантов человечество в своем нынешнем виде просто не существовало бы, уверен экономист Йен Голдин. О том, как он пришел к такому заключению, для читателей «Горького» рассказывает Игорь Перников.

Все мы начиная с 24 февраля 2022 года оказались перед лицом наступающего варварства, насилия и лжи. В этой ситуации чрезвычайно важно сохранить хотя бы остатки культуры и поддержать ценности гуманизма — в том числе ради будущего России. Поэтому редакция «Горького» продолжит говорить о книгах, напоминая нашим читателям, что в мире остается место мысли и вымыслу.

Йен Голдин. Миграция. Мигранты. История человечества от Великого переселения народов до цифровых кочевников. М.: КоЛибри, Азбука-Аттикус, 2025. Перевод с английского Натальи Сорокиной. Содержание

Экономист Йен Голдин в книге «Миграция. Мигранты. История человечества от Великого переселения народов до цифровых кочевников» рассказывает о том, как и почему люди перемещались по миру с самого начала своего существования. Он утверждает, что человечество как вид обязано своим прогрессом именно кочевой природе: оставайся наши далекие предки все время на одном месте, они бы обязательно вымерли от голода и засух или поубивали друг друга. Но когда-то давным-давно первобытный человек отправился в путешествие, и теперь люди живут везде, продолжая активно перемещаться по поверхности планеты. Причем делают это как по своей воле (кочевники, конкистадоры), так и не по своей (рабы, беженцы).

По мысли Голдина, сама по себе миграция является безусловным благом, однако за всю историю человечества она обзавелась множеством негативных коннотаций. В позитивном смысле миграция способствует культурному обмену, позволяет скрыться от опасности или проявить гражданскую позицию, например несогласие с политической системой. Голдин не понаслышке знает, каково это: его еврейские дедушка и бабушка бежали от Гитлера в Южную Африку, а сам Голдин уехал из ЮАР в США, выступая против политики апартеида. В негативном смысле миграция предполагает рабство, кабальный наем, военные кампании и ссылку осужденных. На протяжении всей истории человечества негативные и позитивные стороны миграции постоянно переплетались друг с другом. Отследить предпосылки и последствия — как негативные, так и позитивные — подобных переплетений и призвана книга Голдина.

Главная же особенность миграции в позитивном смысле, то есть той миграции, которая осуществляется по доброй воле, — это то, что она неразрывно связана с творческими способностями человека и его склонностью к изобретательству. Автор считает, что мигранты по определению исключительны, поскольку им хватило смелости решиться на переезд, несмотря на многочисленные риски. А когда человек оказывался в незнакомом месте и в непривычных обстоятельствах, то ему, чтобы выжить и продолжить путь, порой приходилось задействовать всю свою смекалку и принимать смелые и необычные решения. Все это логичным образом вело к изобретательству, причем, что важно, не только технических средств вроде лодки или колеса, но и образов жизни.

Благодаря изобретениям у людей в доисторические времена возникало больше вариантов, из которых им приходилось выбирать. Голдин ссылается на работу антрополога Дэвида Гребера и археолога Дэвида Уэнгроу «Заря всего», которые утверждали, что именно сознательное принятие решений сделало нас людьми. Иными словами, чем больше древние люди путешествовали и экспериментировали, тем больше они отличались друг от друга, приобретали различные навыки, привычки, ценности и так далее. Когда такие люди встречались друг с другом, общение между ними вело к обмену ценным опытом и новым экспериментам, но могло и спровоцировать конфликт. Голдин считает, что такая способность сотрудничать и при этом конкурировать на заре истории сыграла роль в формировании человеческого развития и разнообразия человеческого поведения, которое мы видим сегодня.

Чтобы не показаться голословным, говоря о дне сегодняшнем, автор приводит статистические данные относительно склонности мигрантов к изобретательству и предпринимательству. Так, в США иммигранты регистрируют в три раза больше патентов, чем местные жители, и на 80 % вероятнее становятся основателями фирм. Среди мигрантов в три раза больше лауреатов Нобелевской премии, членов Национальной академии наук и режиссеров, получивших «Оскар». Треть британских писателей, получивших Букеровскую премию, — иммигранты. По словам Голдина, это, конечно, не означает, что все иммигранты — грандиозные предприниматели и мыслители. Скорее работает позитивный отбор: по сравнению с оставшимися на родине, мигранты, как правило, более целеустремленные, изобретательные, находчивые и упорные.

С экономической точки зрения мигранты в современном обществе обычно вносят больше вклада в системы социальной безопасности в виде налогов, чем получают в качестве пособий, обеспечивая таким образом государству экономический рост. Голдин отмечает, что так происходит потому, что мигранты в большинстве своем — люди трудоспособного возраста, чьи родные и близкие остались в другой стране. Кроме того, мигранты, как правило, больше работают и редко обращаются к государству за социальным обеспечением (школьное образование, пенсии, здравоохранение и уход за престарелыми):

«В Великобритании исследования населения, родившегося за пределами страны, показывают, что мигранты приносят государству примерно на 10 % больше дохода, чем получают в качестве пособий. Без иммигрантов „либо пришлось бы урезать социальные услуги, либо правительству пришлось бы поднять базовую ставку подоходного налога на один пенс на каждый фунт“».

Эти данные противоречат карикатурам, изображающим мигрантов как «иждивенцев, живущих на пособия». Как правило, к подобным образам обращаются политики правого толка, преследующие собственные цели, чаще всего совершенно не связанные с регулированием миграции. На деле же, по словам Голдина, расхождения между экономической реальностью и политическим дискурсом поразительны — исследования не выявляют почти никакой связи между числом мигрантов, которых принимает страна, и отношением населения к «инородцам». Также автор утверждает, что антимигрантские высказывания политиков чаще всего находят отклик у уязвимых людей, беспокоящихся из-за безработицы или доступа к социальным услугам. Как это ни парадоксально, именно мигранты, по мнению Голдина, способны помочь справиться с подобными проблемами, например заполнив нехватку обслуживающего персонала (проблема, распространенная в Великобритании) и освободив тем самым местное населения для других видов труда.

Еще один распространенный страх, связанный с мигрантами, — снижение зарплаты, поскольку, как принято думать, мигранты соглашаются на работу за меньшие деньги, чем местные. Голдин же уверен, что этот страх безоснователен. Он ссылается на экономиста Джорджа Х. Борзаса, который когда-то был одним из главных критиков миграции, а теперь, проанализировав множество исследований о влиянии миграции на заработную плату, пришел к выводу, что это влияние в принимающем государстве «колеблется в районе нуля». Тем более что во многих странах труд мигрантов узкоспециализирован:

«Иностранцы обычно заполняют основные пробелы там, где не хватает местной рабочей силы, — работают в сантехнике или банковской сфере, где не хватает стажеров, или выполняют работу, которую местные стараются избегать: сбор плодов, тяжелый физический труд или работа в ночную смену. Некоторые страны, например государства Персидского залива, настолько полагаются на труд мигрантов, что без них их экономика обречена на коллапс».

Однако то, что миграция позитивно влияет на экономику принимающей страны, не отменяет того факта, что она далеко не всегда позитивно сказывается на самих мигрантах. Действительно, если жизнь мигранта в стране пребывания сводится к узкоспециализированной работе без доступа к социальному лифту и возможности личностной реализации, это ведет к одиночеству, отчуждению и депрессии. Голдин пишет про женщин, которые работают за границей в частных домах уборщицами и поварами или присматривают за детьми или престарелыми людьми. Такие домработницы часто говорят о том, что им тяжело в изоляции и одиночестве, а также о снисходительном обращении, злобе и даже насилии со стороны нанимателей.

Словом, все это возвращает нас к проблеме рабства, которой посвящена значительная часть книги. По Голдину, рабство представляет собой обратную сторону миграции, и, хотя оно в свое время спровоцировало невероятный экономический рост, с последствиями настолько несправедливого обращения с себе подобными люди вынуждены разбираться до сих пор. К слову, рассказывая о жесткости и несправедливостях рабского труда, автор в том числе обращается к литературным источникам, например к книге бывшего раба и замечательного чернокожего писателя XVIII века — Олауды Эквиано.

То же самое касается кабальной системы найма, которая была задокументирована куда хуже рабства, хотя порой практически от него не отличалась. Голдин пишет, что в долговую кабалу можно было попасть по принуждению, люди могли быть похищены, либо обязаны выплачивать штраф, либо по добровольному решению обеспечить себе кредит заранее в счет своего труда:

«В середине XVII века люди, связанные договором найма, составляли четверть всех приезжавших через Атлантику, и их число значительно выросло в следующем столетии. Разные системы подневольного труда и найма в разных частях света были известны под разными названиями, которые иногда отражали мрачную суть такого найма и перевозки работников, а также положение тех, кто был включен в эти системы: блэкбердинг (букв. „охота на черных дроздов“) в Южно-Тихоокеанском регионе, „свиноторговля“ в Китае и торговля кули (батраками) в Индии».

Говоря уже о современности, Голдин приводит пример таксистов из ОАЭ, которые порой вынуждены работать по три месяца в счет оплаты долга за устройство на работу, то есть за триста лет некоторые аспекты миграции остались практически неизменны.

Проблем, связанных с миграцией, множество: не только правый популизм, но и отчуждение человека на чужбине, не только сам юридический статус мигранта, лишенного прав, но и торговля людьми, а также возрастающее число беженцев из-за военных конфликтов по всему миру. Тем не менее Голдин уверен в человеческой способности изменяться и преодолевать сложности в самых непростых обстоятельствах, иначе человеческий род давным-давно исчез бы с лица земли.