Пока Грузия принимает соболезнования в свете воскресных похорон католикоса Илии Второго, между Вселенским патриархатом и РПЦ разыгралась настоящая протокольная интрига

Смерть эпохального масштаба. В Грузии государственный пятидневный траур по главе Православной церкви, правившему 49 лет — дольше всех христианских иерархов, даже римских пап. За это время Илия Второй практически восстановил Грузинскую церковь, разрушенную советским режимом, вернул грузин в списки самых верующих наций и при этом остался непревзойденным по популярности деятелем с феноменальным авторитетом. Однако есть и тяжелое наследие: полувека оказалось мало, чтобы Грузинская церковь перестала закрываться от мира, поддерживать слишком тесные связи с Россией и следовать за политической конъюнктурой. Многие в Грузии считают, что исправить эти ошибки уже не получится, поскольку после смерти 93-летнего патриарха авторитет церкви в Грузии будет только снижаться.

Очередь к патриарху

В Грузии глубокий траур: приспущены государственные флаги, на здании парламента — огромные баннеры с фотографиями умершего патриарха, на телевидении прекращена трансляция развлекательных передач, и даже новостные выпуски выходят без музыкального сопровождения, зато с дополнительной нагрузкой, до поздней ночи. Открыто метро, в столицу назначены дополнительные рейсы поездов и автобусов из регионов. В день похорон Илии Второго, в воскресенье, как и накануне, общественный транспорт в Тбилиси будет бесплатным.

Панихида проводится круглосуточно. С каждым днем траура в храм Самеба (Святой Троицы) приходит всё больше людей. Самый большой православный храм на Кавказе не вмещает всех желающих: чтобы преодолеть километр с небольшим от станции метро, десятки тысяч людей стоят в очереди минимум два часа. Есть и те, кого пропускают сразу: панихиду организованно посетили сотрудники скорой помощи, пожарные, полицейские и военнослужащие. В толпе выделяются и крестники патриарха — это дети и подростки с белыми розами в руках. Традиция крестить детей от имени грузинского патриарха была учреждена в 2008 году. В массовом крещении мог принять участие любой ребенок, если он был третьим или последующим в семье, где родители состоят в церковном браке. Считается, что благодаря этой традиции Илия Второй за 18 лет стал крестным отцом свыше 50 тысяч детей.

Море людей в Самеба — это признание в том, что грузинский патриарх обладал феноменальным духовным и мирским авторитетом, которым не пользовался ни один светский властитель в новейшей истории страны. Поэтому власти и оппозиция пока отложили публичные споры и появляются на экранах исключительно с соболезнованиями.

Похороны 22 марта потребуют еще большей мобилизации. Синод решил учесть прижизненное желание патриарха Илии и похоронить его не в огромной Самеба, как планировалось, а в Сионском соборе на берегу Куры, в исторической части Тбилиси. Эта сравнительно небольшая церковь, основанная в VI веке, до в 2004 года была патриаршей кафедрой. Здесь Илия Второй проводил обязательную субботнюю службу, и те, кто не помещался в храме, выходили со свечами на улицу, на которой также расположены синагога и мечеть. Патриарх упокоится в приделе Сионского храма, возле алтаря.

В том же храме похоронены еще семеро грузинских патриархов, возглавлявших церковь в ХХ веке. Но ни у одного из них не было и десятой доли авторитета последнего патриарха.

Грузинская православная церковь — одна из древнейших в мире, была признана автокефалией в V веке. Российская империя лишила Грузию автокефалии и превратила ее в свой экзархат в 1811 году больше чем на век, до 1917 года. Первый же избранный после этого патриарх, Кирион Первый, вскоре был убит при загадочных обстоятельствах в своей резиденции. Его последователь, патриарх Леонид, умер от холеры. Следующий, причисленный впоследствии к лику святых патриарх Амвросий был арестован и осужден большевиками, скончался через несколько дней после освобождения в 1927 году.

Юбилей государственной религии

Власти Грузии недавно провозгласили, что в 2026 году отметят 1700-летие объявления христианства государственной религией.

В связи с этим 17 марта спикер парламента Шалва Папуашвили произнес на пленарном заседании очередную речь о том, как Грузия «должна быть благодарна богу, который довел страну до сегодняшнего дня». Заседание было посвящено отчету о деятельности парламента, принявшего за последние два года целую серию законов, ограничивающих права человека, за что «Грузинскую мечту» раскритиковали уже практически все европейские институты. Однако Папуашвили обратил внимание только на то, что «у народа Грузии не может быть никакого выбора ценой отказа от собственной идентичности, веры и самобытности», и вместо ответа западным критикам торжественно поздравил с 1700-летием патриарха.

Вечером того же дня Илия Второй скончался в Тбилисской клинике от открывшейся язвы. Правительство пыталось вызвать в Тбилиси опытного реаниматолога из Турции, однако специалист был еще в пути, когда врачи констатировали смерть 93-летнего иерарха.

Патриарх серьезно болел в последние лет двадцать, в Грузии привыкли к его частым поездкам в Германию для лечения сердечной болезни. В последние несколько лет его возили на инвалидной коляске четверо помощников, однако он при любой возможности посещал церковные службы и даже в таком состоянии удерживал единство Синода.

Перед выборами 2024 года правящая «Грузинская мечта» активно пыталась получить у церковных властей поддержку в деле провозглашения православия «государственной религией», но патриархия не без участия Илии Второго твердо отказалась переходить на зарплату от правительства. Не исключено, что «Мечта» попытается снова поднять вопрос о «государственной религии» — уже перед новым патриархом.

Как церкви поссорились

Пока главы автокефальных православных церквей, религиозные и государственные лидеры направляли в Тбилиси сотни соболезнований, отдельная протокольная интрига развернулась вокруг того, что в Тбилиси на похороны собрались приехать и Вселенский (Константинопольский) патриарх Варфоломей, и делегация Русской Православной Церкви.

Отношения между Варфоломеем и РПЦ разорваны с 2018 года, этот крупнейший раскол в современном православии произошел после того, как Константинопольский патриархат принял решение признать автокефалию Православной церкви Украины, которую Московский патриархат как раз считает своей канонической территорией.

РПЦ прекратила участие в совместных структурах с Константинополем, отказалась от совместных богослужений и запретила своим священнослужителям и пастве участвовать в таинствах в храмах, подчиненных Вселенскому патриархату.

Между тем Украинская церковь была первой, кто направил соболезнование Грузинской православной церкви по поводу смерти патриарха. Митрополит Киевский и всея Украины Епифаний в своем послании дипломатично выразил благодарность за то, что грузинский патриарх поддерживал Украину, переживающую полномасштабное вторжение России, и не стал упоминать о том, что в Тбилиси всё еще затягивают с вопросом признания Украинской церкви, чтобы не испортить отношения с Москвой.

Выжидательная позиция ГПЦ обычно объясняется тем, что признание Православной церкви Украины со стороны Тбилиси может спровоцировать РПЦ на официальное отделение приходов в Абхазии и Цхинвали. Несмотря на то что правительство России официально признало независимость Абхазии и Южной Осетии, Русская Православная Церковь до сих пор продолжает признавать грузинскую юрисдикцию на этих территориях.

На практике это абсолютно ничего не значит: патриархия даже не смогла опротестовать перестройку в Абхазии грузинской церкви Святого Георгия Победоносца в селе Илори Очамчирского района, которая датируется XI веком.

В настоящее время эта древняя церковь значительно переделана: установлен купол, характерный для русских церквей, оштукатурены и закрашены фасад и внутренние стены, чтобы скрыть надписи на грузинском языке. Тем не менее Грузинская патриархия продолжает упрямо верить в сохранение собственной церковной юрисдикции, хотя патриарх Московский и всея Руси Кирилл даже в официальной переписке не использовал полную титулатуру Илии Второго из-за последних четырех слов: Святейший и Блаженнейший Католикос-Патриарх всея Грузии, Архиепископ Мцхетский и Тбилисский, митрополит Пицундский, Сухумский и Абхазский.

И вот, играя по таким правилам, Илия Второй сумел в последние годы поддерживать тесные связи с РПЦ, не прерывая евхаристического общения с Константинополем, — всё указывало на то, что делегации РПЦ и Константинопольскому патриарху всё же придется встретиться на похоронах в Тбилиси. В последний момент в Москве нашли выход: в Грузию направят экзарха всея Беларуси митрополита Вениамина (Тупеко) — официально он приедет по поручению московского патриарха Кирилла. Видимо, в Москве решили, что раз Беларусь — это всё-таки не совсем Россия, то и на общей церемонии с патриархом Варфоломеем возникнет меньше неловких моментов.

Экзарх предварил свой приезд в Тбилиси письмом, в котором напомнил о визите Илии Второго в Беларусь в 2013 году по случаю 1025-летия Крещения Руси, и назвал его «верным тружеником виноградника Христова».

Предстоящий визит Вселенского патриарха тоже бурно обсуждается. Сначала предполагалось, что патриарх Варфоломей как самый высокопоставленный гость будет руководить литургией. Однако после было объявлено другое решение Грузинского Синода: Вселенский патриарх примет участие в ритуале прощания, но службу проведет местоблюститель грузинского патриаршего престола митрополит Шио.

Также не совсем понятно, кто приедет в Тбилиси из Еревана. Премьер-министр Армении Никол Пашинян пообещал, что страна примет участие в похоронах «на самом высоком уровне», и тут же добавил, что не знает, будет ли в делегации армянский патриарх Гарегин II, которого он не признает католикосом.

На этом напряженном фоне по-настоящему безмятежным выглядит соболезнование, которое направил в Тбилиси Папа Римский Лев XIV, предваряя приезд на похороны делегации Ватикана, в состав которой войдет кардинал Курт Кох, префект Дикастерии по содействию христианскому единству.

В письме Папы, которое распространяет информационное агентство Католической церкви, сказано, что Илия Второй «поддерживал грузинский народ в период глубоких исторических перемен, хранил традиции и наполнял сердца людей надеждой», а также «с братским духом» принимал двух предшественников нынешнего папы — Иоанна Павла II и Франциска. Понтифик особо отметил любовь патриарха к музыке, которая «объединяет народы и церкви, несмотря на культурные и богословские различия».

И, наконец, совершенно неожиданная новость пришла из Страсбурга, где в память об Илии Втором перед Дворцом Европы были приспущены флаги Европы и Грузии. Такое решение было принято Генеральным секретарем Совета Европы Аленом Берсе.

Религиозные грузины

«Ребенок прожил полгода в Грузии и теперь крестится на каждую церковь», — рассказывает мне подруга из Москвы о своей 12-летней дочери. Я ловлю себя на мысли о том, что не очень понимаю, почему для воцерковленных людей странно креститься на улице, ведь в Грузии это происходит повсеместно.

«Ах, грузины! Они такие религиозные! Какие толпы в храме Светицховели!» — восхищался другой мой знакомый иностранец, англичанин. Прожив в Грузии около года, он принял крещение, и это очень распространенная история, которую нельзя объяснить логикой — только эмоциями.

Грузины часто производят впечатление религиозной нации. Парень лет 20, который левой рукой придерживает руль автомобиля «Тесла», а правой — крестится, — это нормальная картина для Грузии.

«Кто твой духовник?» — это обычный вопрос во время светской беседы, встречающийся почти так же часто, как: «Кто твой парикмахер?» В Грузии кабинеты госслужащих без иконы или фотографии патриарха — большая редкость. «Третий тост — за патриарха», — такое вы услышите практически на любом застолье: и на правительственных банкетах, и на обеде в деревне. Ну а в соцсетях вы увидите тысячи фотографий Илии Второго, есть даже хэштег «Я люблю своего патриарха».

Конечно, любой вменяемый человек скажет, что всё перечисленное — это совсем не религиозность, а только ее видимость, и, скорее всего, будет прав. Но если учесть, как часто произнесенную с гордостью фразу: «В юности я носил стихарь (то есть был алтарником)», — можно услышать и от министра, и от оппозиционного журналиста, то понимаешь, что массовость этой зримой религиозности — всё же серьезный фактор и создает отдельные смыслы.

Как это работает? Например, культовый грузинский модельер Демна Гвасалия, чья юность пришлась на 90-е годы, в одном из интервью крупному модному изданию рассказывал о том, что ему близка эстетика Кристобаля Баленсиаги, так как он происходит «из страны, где православная религия преобладала». «Я ходил в церковь на исповедь каждую субботу. Я помню, как смотрел на всех этих молодых священников и монахов, которые носили длинные одежды, и думал: “Как красиво”».

Однако, чтобы создать условия для возникновения этого вдохновляющего фетиша для Демны Гвасалия — жителя города Сухуми 1981 года рождения, — патриарх Илия должен был проделать значительную работу.

— До сих пор Церковь в значительной степени определяла, что значит быть грузином, — считает теолог Гоча Мирцхулава. — Наиболее значимый и исторический вклад Илии Второго заключается в том, что он преобразовал Церковь не только в религиозный, но и в национальный институт. После распада Советского Союза, когда государственные институты были слабы, а общество переживало кризис идентичности, церковь под его руководством взяла на себя функцию «нравственного центра».

«Вы получаете церковь в саване», — сказал один из епископов после интронизации Илии Второго в 1977 году, в период воинствующего советского атеизма. В Грузии на тот период было мало действующих церквей, как и духовных лиц. Иногда на целый регион приходился только один священник. Паствы практически не было. Люди ходили в храмы только на Рождество и Пасху, обычные службы, даже если литургию вел патриарх, посещали 10–20 человек. Самым желанным подарком для интересующейся церковью молодежи была библия: Евангелие невозможно было достать, а на грузинском языке духовная литература в принципе не печаталась.

Москва признала автокефалию Грузинской Православной Церкви только в 1943 году. К 1977 году на всю Грузию было 48 действующих церквей, сейчас их около тысячи.

Илия Второй был избран 141-м предстоятелем Грузинской церкви, но стал первым, обладавшим таким огромным авторитетом. Трудно считать преувеличением, когда говорят, что этот патриарх «заново крестил Грузию».

Конечно, этот феномен прежде всего объясняется тем, что Илия II целых полвека олицетворял стабильность самим фактом своего существования на фоне геополитических катаклизмов. Он был на престоле на фоне застоя, перестройки, развала СССР, обретения независимости, гражданской и территориальных войн, только за последние тридцать лет при нем сменилось четыре национальных правительства: Звиада Гамсахурдия, Эдуарда Шеварднадзе, Михаила Саакашвили и Бидзины Иванишвили.

Митрополиту Илии было 45 лет, когда он стал патриархом в 1977-м. На кадрах с церемонии интронизации, очень скромной, запечатлен Синод — всего пятеро митрополитов на 15 епархий, все в преклонном возрасте.

Сегодня в Грузинской православной церкви 44 епископа, 42 епархии в пределах Грузии и еще семь — за рубежом. Заграничные епархии сильно отличаются от тех, что внутри Грузии. Например, настоятелю Североамериканской епархии грузинского прихода в Манхэттене отцу Иринеосу Шенгелия всего 30 лет. Образование он получил в Экуменическом институте Боссэ в Швейцарии. В публичных данных на странице молодого священника в фейсбуке указано традиционное для патриотичной грузинской молодежи напоминание: 20% of my country is occupied by Russia.

Патриарх — дипломат или агент КГБ? Претензии и объяснения

На фоне массовой экзальтации вокруг фигуры духовного лидера в Грузии всегда были и те, кто многие годы предъявлял патриарху очень серьезные упреки. Претензии обычно такие: «Шиолашвили — агент КГБ, в сети есть документы. Он ушел с площади перед трагическим разгоном митинга 9 апреля 1989 года, не поддержал народ, не был на стороне диссидентов во время национально-освободительного движения. Во время гражданской войны встал на сторону Джабы Иоселиани и его военизированного формирования “Мхедриони”, а значит, поддержал вооруженное свержение президента Звиада Гамсахурдия, а затем грабежи и убийства жителей региона Самегрело на западе Грузии. После трагической гибели Гамсахурдиа отказался проводить панихиду, зато публично крестил коммуниста Эдуарда Шеварднадзе. Кроме того, священники невежественные и корыстные, многие митрополиты — очевидные мракобесы, а в семинарию берут даже тех, кто не смог сдать школьные экзамены. Ну а еще ГПЦ не платит налоги, получает от государства финансирование, земельные участки, джипы и вообще поблажки, которых нет у других конфессий».

И если обычно такие темы не особенно обсуждаются в СМИ, потому что все и так давно знают, кто в чьем лагере, либеральные СМИ неожиданно решили внести ясность и привели аргументы в защиту патриарха.

Мировоззрение Илии Второго сформировалось в 50-е годы, в период сталинской «оттепели», и на него повлияло постоянное ожидание того, что вскоре окно возможностей захлопнется так же неожиданно, как открылось, считает обозреватель оппозиционной телекомпании Formula Ираклий Кикнавелидзе.

— Семья Ираклия Гудушаури-Шиолашвили (мирское имя патриарха) жила в Казбегском районе. Они были верующими людьми. Родители вскоре купили дом в Орджоникидзе (так назывался Владикавказ в советский период), там он закончил русскоязычную школу и отправился учиться в семинарию в подмосковный Загорск. Это произошло потому, что Сталин, сам выпускник семинарии, решил, что для пропаганды, для Восточного фронта, нужны священники. Была разрешена работа семинарий и рукоположение священников. Потом это окно закрылось, оставив страх перед будущим и ожидание, что всё происходящее — только временная уступка советской власти, — предполагает Кикнавелидзе.

Уже на следующий год после избрания патриархом, в 1978 году, Илия Второй на пять лет стал президентом Всемирного совета церквей (The World Council of Churches) — крупнейшей международной экуменической организации, основанной в 1948 году в Амстердаме, объединяющей 352 христианские церкви из более чем 100 стран мира.

Также благодаря усилиям патриарха в 1990 году, еще до объявления государственной независимости Грузии, удалось добиться полного признания автокефалии и от Вселенского Патриархата.

— Тогда своей главной задачей патриарх Илия видел как можно более широкое открытие дверей грузинской церкви. На этом поприще он был очень успешным. Принятие Грузии во Всемирный совет церквей после абсолютной изоляции 60-х годов стало настоящим чудом.

Высокопоставленные священники практически были на дипломатической службе, их выпускали за границу, но они становились частью соответствующей системы и составляли отчеты о своей деятельности, — объясняет Кикнавелидзе.

Тот факт, что церковные иерархи сотрудничали с органами, в свое время признал и почетный патриарх Украины Филарет, скончавшийся через три дня после смерти Илии Второго. По этому поводу в соцсети сделал комментарий бывший президент Грузии Михаил Саакашвили.

«Символично, что патриарх Филарет был учителем Илии II в Загорском училище. Именно он вывел Украинскую Православную Церковь из подчинения Русскому Патриархату и добился независимости, которая завершилась принятием автокефалии. Филарет был единственным среди церковных иерархов советской эпохи, кто публично признал, что, будучи митрополитом, сотрудничал с КГБ, и попросил за это прощения».

Несмотря на успехи на международном поприще, открытость грузинского патриарха в 80-х годах сменилась курсом на изоляцию в 90-х.

В 1997 году Грузинская православная церковь вышла из Всемирного совета церквей. Ухудшились отношения и с Вселенской церковью — после скандального отказа Священного Синода Грузинской церкви присутствовать на Великом и Священном Критском Соборе 2016 года, где должны были быть представлены 14 автокефальных церквей. Тогда Русская, Антиохийская, Грузинская и Болгарская православные церкви не приехали на Крит, как было объявлено, из-за «разногласий по документам». Между тем Критский Собор обсуждал вопрос допустимости либерализации миссии церкви, в том числе вопросы брака, поста и отношений с представителями иных конфессий.

Что касается отношений с правительствами, то, по мнению многих обозревателей, в конфликте с первым президентом Звиадом Гамсахурдиа патриарх сделал серьезную ошибку, когда «выбрал сторону». После этого он переосмыслил роль церкви и старался явно не выражать поддержку представителям какой-то одной стороны в конфликтах. При этом патриарх почти десять лет не посещал регион Самегрело, жители которого пострадали от действий «Мхедриони».

С президентом Саакашвили у патриарха тоже были непростые отношения.

— Церковь тогда невероятно усилилась, ее популярность достигла зенита, однако у нее всё равно был статус притесняемой, — отмечает Кикнавелидзе.

Правительство Саакашвили часто упрекают в «задабривании» духовенства дорогими подарками — например, когда после смены власти бывший глава Министерства обороны попал под суд, в деле фигурировала покупка за государственный счет автомобиля для патриарха за 100 тысяч долларов. На самом деле толку от таких подарков было мало, так как оппозиция всё равно обвиняла реформаторское правительство Саакашвили в борьбе с верой и традициями.

— Когда после «революции роз» начались драматические социальные изменения, патриарх для многих стал гарантом безопасности. Тогда, в период с 2004 по 2006 годы, сформировался его окончательный авторитет, и в церкви был пик роста числа прихожан, — объясняет Кикнавелидзе.

А вот в период правления «Грузинской мечты» церковь пережила несколько скандалов, которые многие называют заговорами с целью испортить репутацию патриархии. Считается, что патриарх тяжело переживал «дело о цианиде», когда прокуратура внезапно арестовала близкого к Илии Второму священнослужителя. Протоиерея Георгия Мамаладзе задержали в 2017 году и обвинили в том, что он якобы собирался отравить секретаря-референта патриарха. Мамаладзе провел в заключении семь лет. Семья считает, что обвинения были надуманными и в деле замешаны спецслужбы. Также много неприятностей патриархии доставили случаи утечек из прослушки священнослужителей, за которыми, по мнению наблюдателей, также стоят спецслужбы.

Очарование патриарха

Даже те, кто всегда критикует патриарха, обычно отмечают его личную харизму и обаяние, с которыми трудно было не считаться. Он умел обнадеживать: многие из тех, кто сегодня приходит на панихиду, рассказывают, как патриарх утешал их в трудные моменты простым благословением.

— Его служение не было таким уж ортодоксальным, — говорит философ Леван Шатберашвили, представитель политического движения «Площадь свободы». — Его открытость к миру была интересной, подчеркивала христианские ценности. Сейчас это дефицит в нашей церкви.

Патриарх Илия мог рассуждать об индийском трактате о любви или цитировать японские хайку, находясь на суперконсервативном форуме «защиты семьи». Он обладал талантом создавать простые и понятные традиции. Например, зажигать свечку у окна на Рождество — однажды он предложил, и теперь так делает вся Грузия.

Он писал отличную музыку — его церковный гимн Kyrie eleison (Господи, помилуй) стал популярным среди исполнителей далеко за пределами Грузии.

Ему нравилось общаться со знаменитостями. Обычно на прием в патриархию попадали звезды, занимающиеся благотворительностью. Оперная певица Монсеррат Кабалье обсуждала с патриархом свою приближающуюся смерть. Звезду индийского кино 70-х, актрису Хему Малини, Илия Второй попросил прийти на прием в национальной одежде, чтобы исполнить и объяснить традиционный индийский танец бхаратанатьям.

Ну а как не вспомнить эпизод с камео голливудской звезды Шэрон Стоун в фильме Паоло Соррентино «Новый папа»? По сценарию на приеме в Ватикане знаменитая актриса смущает кардиналов и дарит Римскому Папе свои туфли. Так вот в Тбилиси на реальном приеме в 2011 году Шэрон Стоун не нарушала ничей покой — она сама так сильно прониклась музыкой патриарха, что плакала навзрыд.

Хотя, пожалуй, было в этих сценах что-то общее. В фильме Соррентино актриса Шэрон Стоун тщетно просит Папу Римского сделать церковь более либеральной. Грузинский патриарх с такой просьбой тоже бы не согласился.

«Либерализм учит человека, что он может делать всё, что хочет, — говорил он. — Но человек не может так поступать. Есть закон Божий. Есть границы, которые нельзя переходить. Когда человек теряет эти границы — он теряет себя, свою душу. Поэтому церковь вынуждена защищаться. Мы не боремся с человеком. Мы боремся с грехом. И мы должны сохранить веру, семью и традиции».

После траура — выборы

Грузинская церковь должна продержать траур 40 дней, после чего будет выбираться новый патриарх — максимум в течение двух месяцев. Выборы пройдут в два этапа: сначала Синод выберет трех кандидатов, которые предстанут на расширенном заседании Церкви, а затем за них проголосуют 44 члена Синода.

«Патриарх говорил мне, что никто не должен вмешиваться в выборы и что нового патриарха первосвященники должны избирать по их собственному решению…

Он был обеспокоен тем, что будет после его смерти. Ни правительство, ни кто-либо еще не должен вмешиваться в это. Таким было его желание», — заявил в дни траура архиепископ Дманиси Зенон.

—Это непростое время для Грузии. Скончался человек, который на протяжении десятилетий был главным авторитетом в этой стране, —говорит Арчил Гамзардия, аналитик, доктор политической философии. —Это и большой вызов для духовенства. Несмотря на то что патриарх в последнее время тяжело болел, сам факт того, что он еще был жив, для многих вызывал ощущение стабильности и мира. Теперь всё это изменится. Новому патриарху придется начать общение с людьми практически с нуля, у его слов не будет такого веса.

Теолог Гоча Мирцхулава считает, что фавориты на пост патриарха, «конечно же, существуют, но не в логике классических политических «выборов». По его мнению, внутри церкви уже сформировались влиятельные группы.

— Есть консервативное, реакционное ядро, которое пытается сохранить существующую модель, в том числе и с учетом влияния, сформировавшегося за эти годы, в том числе и в российском контексте. И есть более образованные и менее политизированные группы, которые видят будущее церкви в реформах, уважении к секуляризму и диалоге с современным обществом.

В конечном счете борьба будет не только между личностями — это будет противостояние двух моделей: Церковь как институт власти и Церковь как духовное пространство. И именно от этого выбора будет зависеть, какой станет Грузинская церковь после Илии.