Original Material
Об (отношении) к гомофобам
Иногда, особенно после очередных сообщений о мотивированных гомофобией преступлениях (убийствах, избиениях и пр.), я испытываю гнев, ненависть и сильное желание, чтобы гомофобы прекратили своё существование в этом мире. Я не сторонник концепции ненасилия и не достиг ещё высшего просветления, поэтому в такие моменты желаю гомофобам всевозможных мучений, какие только могли бы с ними произойти.
Чувства — естественное проявление человеческой природы. Если я чувствую, значит я ещё жив. Чувства разнообразны и проживать гнев, ненависть и жажду отмщения — нормально. Это ни хорошо, и ни плохо. Это просто чувства, которые являются реакцией на то, что происходит.
Но одно дело чувства и совсем другое — отношение. Конечно, довольно часто основой того, как мы к чему-то (или кому-то) относимся являются наши чувства. Но это первичный уровень. А дальше в формировании отношения участвует наше рациональное начало: наши ценности, убеждения, мировоззрение.
И наше отношение к нашим врагам (или, если угодно, идеологическим противникам) рассказывает о том, какие мы люди, во что мы верим и как мы относимся к самим себе на много больше, чем наше отношение к тем, кого мы любим.
«Увидеть в гомофобе человека».
В ненависти к другому я прячу ненависть к самому себе. Потому, что это удобно. Потому что не всегда легко признать, что я сам себя не люблю, что я сам себе противен и омерзителен, что на каком-то уровне я хотел бы, чтобы меня не было.
Но если есть объект для ненависти вне меня, то я получаю разрешение не только для того, чтобы чувствовать ненависть, но и для того, чтобы выражать её в своих мыслях и действиях.
На фото: ЛГБТ-активист Валерий Созаев
Именно это и делают гомофобы: они могут ненавидеть и не принимать себя из-за миллиона различных причин (часто не признаваясь себе в этом; и, нет, речь не идёт о том, что все гомофобы — латентные гомосексуалы), но для выражения этой ненависти к себе, они находят конкретную вочеловеченную цель вне себя — гомосексуалов.
Наше отношение к врагам — это наше отношение к нам самим, в котором мы боимся или не хотим себе признаться. Именно поэтому, когда я говорю об отношении к гомофобам, я говорю о том, что что необходимо «Увидеть в гомофобе человека». То есть понять чего он боится, понять, что именно он защищает, какие призраки поразили его сознание. И если это проделать по настоящему, серьёзно, то мы будем удивлены и поражены тому, что в действительности содержится за декларируемой ненавистью. Возможно, увидев это, мы сможем увидеть пространство для диалога.
И основополагающим для меня здесь является убеждение в том, что если я действительно люблю и принимаю себя, то у меня нет надобности выстраивать своё отношение к кому-то другому на основе ненависти.