Хитровский альбом

«Общество распространения полезных книг» представляет книгу очерков Г.Я. Виллиама «Хитровский альбом». Книга ярко описывает мир московского дна, где сливаются воедино детская проституция, порнография, алкоголизм, нищета и воровство.

В советской культуре есть устойчивая парадигма, где все, что имеет отношение к дореволюционной России относится к категориям мрачной сексуальности, темного сознания и невыносимой отчаянной жизни. Тьма дореволюционной жизни в ряде произведений понимается как буквально, так и метафорически. Так, например, в пьесе Николая Погодина “Кремлевские куранты” революция создает свет новой жизни посредством электрификации. Зажигая новый свет над Россией, советская власть, запуская куранты, начинает новый отсчет времени. Так, прошлое уничтожается и благодаря его свету появляется новая счастливая жизнь.

Это контрастное противопоставление является основополагающей топикой советской действительности. Нужно всего лишь запомнить, что прошлое — это тьма, а настоящее, и особенно светлое будущее — это жизнь. Преодоление тьмы, таким образом, становится одной из центральных задач советской действительности. Именно благодаря этому контрастному построению возможен пафос возникновения механической маслобойки в фильме Эйзенштейна “Старое и новое” или гимну элеваторов в музыке Александра Мосолова.

Сейчас в отдельных социальных группах произошел психологический сдвиг, благодаря которому они стали откровенно идеализировать дореволюционную жизнь. Так, прошлое стало ярким воспоминанием о потерянном счастье, вечной ярмаркой из Шмелевского “Лета господня”.

Как и любой идеализм, воспоминание о счастливой дореволюционной жизни может легко быть разрушено благодаря воспоминаниям и очеркам очевидцев того времени. В этом смысле, знаковой является книга Г.Я. Виллиама “Хитровский альбом”. Ведь, Хитровка, запечатленная во множестве литературных произведений и журналистских очерках, была воплощением бессознательной тьмы дореволюционной жизни.

Георгий Яковлевич Виллиам (1874-1926) был человеком, знавшим жизнь московского дна не понаслышке. Рано осиротев, он сменил много работ, был признан сумасшедшим за отказ служить в армии, часто жил в ночлежках. Не приняв революцию, эмигрировал, где в 1926 году покончил с собой, зарезавшись бритвой.

В своем “Хитровском альбоме” он наглядно показывает жизнь и быт московского дна. После прочтения его очерков создается впечатление, что жизнь — это страшный морок, а не праздничный медовый пряник, который ест Шмелев, сидя на плече своего слуги.

Виллиам описывает жизнь без прикрас, со всей ее омерзительной натурой. Хотя именно в этой натуре он стремится найти и доказать что даже у самых опустившихся людей есть что-то особенное. Так в очерке “Фельдшерица” приводится история женщины беззаветно любящей своего мужа алкоголика и следующая за ним по всем самым грязным притонам. Она следует за любимым даже после того как муж продает их малолетнюю дочь в сексуальное рабство какому-то состоятельному педофилу.

Во всех очерках развивается мотив социального падения, когда человеческое достоинство смешивает с грязью. Так бывший певец поет ради наперстка водки, а пожилая женщина из приличного общества систематически превращается в самую дешевую проститутку. Или же мужчина с детства насилуемый ворами становится трансвеститом-проститукой, который в свою очередь развращает молоденьких мальчиков.

В описаниях грязи быта дореволюционного дна можно найти отражение некоего культурного слоя, от которого нас отделяет не такой уж большой промежуток времени. Причем слоя который делает громкие намеки на особенности русского быта бедных раздавленных людей окруженных детской проституцией, нищетой и пьянством.

Фрагменты текста: